Ших Е.В., Жукова О.В. Реалии импортозамещения:
Септофемин – первый отечественный дженерик
деквалиния хлорида. Фармакология & Фармакотерапия.
2024; 2: 8–17.
DOI 10.46393/27132129_2024_2_8
Септофемин – первый отечественный дженерик
деквалиния хлорида. Фармакология & Фармакотерапия.
2024; 2: 8–17.
DOI 10.46393/27132129_2024_2_8
В настоящее время вопрос сохранения здоровья нации является актуальным и приоритетным для Российской Федера‑
ции. Огромное значение для охраны здоровья имеет продукция отечественной фармацевтической промышленности,
которая является важнейшей социально значимой отраслью экономики. Обеспечение граждан лекарственными препа‑
ратами – базовая составляющая национальной безопасности государства.
По данным Минпромторга на 2015 г., в России степень зависимости фармацевтической промышленности от импор‑
та составила 73%, медицинской промышленности – 81%. Критическая зависимость от импорта, по мнению экспертов,
создает потенциальную угрозу национальной безопасности, может привести к возможному дефициту лекарственных
препаратов и дальнейшему кратному удорожанию лекарств и медицинских услуг.
В современных экономических и геополитических условиях импортозамещение, особенно в сегменте таких товаров,
как медикаменты, – стратегически значимая цель. Программой «Фарма‑2030», принятой в 2023 г., поставлена цель
увеличить экспорт фармацевтической продукции в четыре раза – до 2,8 млрд долл. Это возможно только при выпу‑
ске конкурентоспособной на внешних рынках инновационной продукции, что соответствует модели фарминдустрии
внешнеориентированного импортозамещения. Для реализации такой политики требуется комплексная поддержка го‑
сударства, в том числе инвестиционная, инфраструктурная, научно-исследовательская.
Разработка оригинальных лекарственных средств – сложный, длительный, трудоемкий, затратный и рискованный про‑
цесс. Создание дженериков требует существенно меньших затрат, чем разработка оригинального препарата, поскольку
стоимость не включает расходы, связанные с длительными экспериментальными и клиническими испытаниями.
Дженерики, или, согласно российскому законодательству, воспроизведенные лекарственные препараты, нашли широ‑
кое применение на отечественном фармацевтическом рынке. Государственная система, регулирующая обращение ле‑
карственных средств на территории страны, обеспечивает то, что отечественный дженерик уступает оригинальному
препарату только ценой, но не качеством.
Септофемин – первый отечественный дженерик деквалиния хлорида на фармацевтическом рынке РФ. Экономическая
доступность лекарственного средства открывает перспективу расширения его медицинского применения, что обеспе‑
чит высокую эффективность и хорошую безопасность, приведет к сокращению применения антибиотиков в фармако‑
терапии вульвовагинальных инфекций и, соответственно, снижению антибиотикорезистентности.
Задачи в рамках Стратегии развития
фармацевтической промышленности Российской
Федерации на период до 2030 года
В настоящее время вопрос сохранения здоровья
нации является актуальным и приоритетным для Рос‑
сийской Федерации. Огромное значение для охраны
здоровья имеет продукция отечественной фармацевти‑
ческой промышленности, которая является важнейшей
социально значимой отраслью экономики. Обеспечение
граждан лекарственными препаратами – базовая со‑
ставляющая национальной безопасности государства.
От качества фармацевтической продукции зависит со‑
стояние здоровья населения.
Следует отметить, что в современных реалиях
ни одно государство, даже с наиболее развитой экономической системой, не в состоянии полностью обеспе‑
чить все потребности национального здравоохранения.
По данным Минпромторга на 2015 г., в России
степень зависимости фармацевтической промышлен‑
ности от импорта составила 73%, медицинской про‑
мышленности – 81% [1]. Такая критическая зависи‑
мость, по мнению экспертов, создает потенциальную
угрозу национальной безопасности, может привести
к возможному дефициту лекарственных препаратов
и дальнейшему кратному удорожанию лекарств и ме‑
дицинских услуг [2].
Учитывая сложившиеся экономические и гео‑
политические условия, импортозамещение, особенно
в сегменте таких товаров, как медикаменты, в настоя‑
щее время стратегически значимая цель.
В целях решения проблем лекарственной без‑
опасности в рамках политики импортозамещения
в России начиная с 2009 г. был сформирован пакет до‑
кументов, которые определили цели, этапы, инструмен‑
ты поддержки, принципы финансирования и другие
аспекты развития фармацевтической отрасли. Основ‑
ные из них – Стратегия развития фармацевтической
промышленности Российской Федерации на период
до 2020 года (Стратегия «Фарма‑2020»), принятая
в 2009 г. и предусматривавшая поэтапную реализацию
стратегии развития отрасли. На первом этапе ставилась
главная задача по усилению процессов локализации
производства и разработки лекарственных средств (ЛС)
на территории России, на втором – развитие фармацев‑
тической отрасли как на внутреннем, так и на внешнем
рынке [3, 4].
Ключевыми приоритетами стратегии «Фар‑
ма‑2020» стали:
• импортонезависимость;
• увеличение производственных мощностей
предприятий фармацевтической и медицин‑
ской промышленности;
• создание условий для разработки инновацион‑
ных фармацевтических препаратов и медицин‑
ского оборудования.
За период реализации программы отмечено
значительное развитие отрасли, в результате чего
стал возможным выпуск лекарственных препаратов
на территории РФ во всех сегментах фармацевтиче‑
ского рынка, увеличилась доля отечественных про‑
изводителей в государственных закупках. Несмотря
на сохранение высокой импортозависимости отрас‑
ли, отмечается снижение доли продаж препаратов
зарубежных производителей (в 2012 г. – 77% продаж,
в 2018 г. – 60%). В 2018 г. импорт медикаментов пре‑
вышал экспорт в 13 раз, в то время как в 2011 г. этот
показатель составлял 27,5 раза. Анализ динамики
экспорта показал, что в целом за последние 8 лет рост
составил 164%, а по физическим поставкам экспорт
вырос в 2,5 раза [4, 5].
Федеральная целевая программа «Фарма‑2020»
закрыта досрочно (31.12.2017). Принципы и механиз‑
мы, опыт реализации программы «Фарма‑2020» лег‑
ли в основу Стратегии развития фармацевтической
промышленности Российской Федерации на период
до 2030 года («Фарма‑2030»), принятой в 2023 г.
Следует отметить, что, если в рамках програм‑
мы «Фарма‑2020» в большей степени решались во‑
просы импортозамещающего производства, то на со‑
временном этапе, в соответствии с разработанной
программой «Фарма‑2030», поставлена цель увели‑
чить экспорт фармацевтической продукции в четыре
раза – до 2,8 млрд долл. Это возможно только при вы‑
пуске конкурентоспособной на внешних рынках ин‑
новационной продукции, что соответствует модели
фарминдустрии внешнеориентированного импортозамещения
[4–6].
Для реализации такой политики требует‑
ся комплексная поддержка государства, в том чис‑
ле инвестиционная, инфраструктурная, научно-исследовательская
[4, 6].
Разработка оригинальных лекарственных
средств: путь от идеи до препарата
Разработка оригинальных ЛС – сложный, дли‑
тельный, трудоемкий, затратный и рискованный про‑
цесс. Вне зависимости от различных особенностей
лекарственных препаратов, их создание сопряжено
с последовательным прохождением ряда стадий раз‑
работки [7].
Любое новое ЛС начинается с идеи и синтеза
потенциально эффективной молекулы. Первые, до‑
клинические, исследования проводят после синтеза
новой молекулы. Их суть заключается в проверке
гипотезы о предполагаемом фармакологическом эф‑
фекте нового соединения. Параллельно изучают ток‑
сичность соединения, его онкогенное и тератогенное
действие. Эти исследования выполняют на лаборатор‑
ных животных. На основе полученных результатов
производитель ЛС готовит и направляет в регуля‑
торный орган регистрационное досье для получения
разрешения на проведение клинических исследований
нового ЛС [8].
Клинические исследования подразделяются
на четыре фазы. Начальные фазы – I и IIa – включают
в себя главным образом оценку безопасности меди‑
цинского средства. На более поздних этапах акцент
смещается на эффективность и на отличия (преиму‑
щества) по безопасности в сравнении с аналогичными
средствами, представленными на рынке. Положитель‑
ные результаты клинических исследований (III фазы)
могут являться основанием для одобрения регули‑
рующим органом нового ЛС, после чего начинается
этап постмаркетинговых исследований эффективно‑
сти и безопасности [9]. В ходе постмаркетинговых
исследований продолжается набор данных. В ряде
случаев в ходе широкого медицинского применения
ЛС обнаруживаются сведения, препятствующие его
дальнейшему применению [10].
Опубликованные данные показали, что стоимость
разработки нового препарата составляет 1–2 млрд долл.
США; средний срок разработки – 15–20 лет; доля соединений,
в итоге получающих одобрение, не превыша‑
ет 5% [11]. К специфике современной фарминдустрии
можно отнести, с одной стороны, ускорение разработ‑
ки новых лекарств, с другой – усложнение и удорожа‑
ние. Повышение скорости создания новых лекарств
обусловлено стремительным ростом уровня знаний
и технологий. Усложнение определяется, с одной сто‑
роны, исчерпанием лимита простых решений, а с дру‑
гой – стремлением компаний-разработчиков
обезопа‑
сить продукт от выпуска конкурентами аналогичного
по химической структуре или с таким же механизмом
действия, что в совокупности со стремлением к максимальной прибыли объясняет высокую стоимость
оригинальных ЛС [12].
Недостатком оригинальных ЛС является их вы‑
сокая стоимость, в которой 20% затрат приходится
на работы, связанные с синтезом новой субстанции,
80% – на его последующее экспериментальное и кли‑
ническое изучение, а также расходы на производство
по стандарту Надлежащей производственной практики
(Good Manufacturing Practice, GMP), затраты на обу‑
чение врачей и провизоров, мониторинг эффективно‑
сти и безопасности в начальной стадии продвижения
на фармацевтический рынок и маркетинг.
По истечении срока патентной защиты любая
фармацевтическая компания может приобрести право
на производство собственной версии оригинально‑
го препарата, то есть создать дженерик. Создание
дженериков требует существенно меньших затрат,
чем разработка оригинального препарата, поскольку
стоимость не включает расходы, связанные с дли‑
тельными экспериментальными и клиническими
испытаниями
[13].
Таким образом, в настоящее время многие фар‑
мацевтические компании сокращают расходы на ин‑
новационные исследования, фокусируясь на менее
рискованных и затратных проектах, таких как вос‑
производство дженериков [11].
Дженерики versus оригинальные препараты
Дженерический (генерический) препарат пред‑
ставляет собой воспроизведенное ЛС, взаимозаменя‑
емое с его патентованным аналогом (оригинальным
препаратом) и выведенное на рынок по окончании
срока патентной защиты оригинала [13].
Дженерические ЛС имеют широкое распростра‑
нение во всем мире, что является требованием времени
и позволяет значительно снизить расходы на ЛС. Дже‑
нериковые замены рекомендуют Всемирная организа‑
ция здравоохранения (ВОЗ) и другие международные
организации, занимающиеся разработкой системы ра‑
ционального использования ЛС [13].
В настоящее время большое внимание уделяется
вопросу взаимозаменяемости дженериков и ориги‑
нальных препаратов. Данная проблема стоит доста‑
точно остро ввиду большого количества препаратов
различных производителей на рынке. Чтобы грамотно
решить вопрос о возможности взаимозаменяемости
оригинального препарата и дженерика, специалисту
необходимы данные о фармацевтической и фармакоки‑
нетической эквивалентности каждого дженерика ори‑
гинальному ЛС [14, 15]. Для клинического применения
важны сведения о сравнительной терапевтической
эффективности и переносимости дженерического ЛС
и оригинального препарата, полученные в результате
исследований, выполненных по регламентированному
протоколу [16].
Отличительной чертой современного фармацев‑
тического рынка России является преобладание дженерических ЛС как импортного, так и отечественного
производства.
Благодаря реализации федеральной целевой про‑
граммы «Фарма‑2020», направленной на повышение
независимости России в области лекарственного обеспечения
от импорта, успешно налажено производство
дженериков [3].
По данным агентства DSM Group, в январе – ок‑
тябре 2023 г. доля дженериков выросла на 2,6% в рублях
и на 0,7% в упаковках по сравнению с аналогичным
периодом 2022 г. Преобладание группы дженериковых
лекарственных средств по-прежнему значительно –
70,8% в стоимостном выражении и 87% – в натуральном
эквиваленте [17].
Следует отметить, что в российском законода‑
тельстве используется термин не «дженерик», а «вос‑
произведенный лекарственный препарат» (Федераль‑
ный закон от 12 апреля 2010 г. № 61-ФЗ «Об обращении
лекарственных средств» (далее ФЗ № 61-ФЗ)) [18].
Воспроизведенным лекарственным препаратом
признается лекарственный препарат, который имеет
эквивалентный референтному ЛС качественный и ко‑
личественный состав действующих веществ в эквива‑
лентной лекарственной форме, биоэквивалентность
или терапевтическая эквивалентность которых соот‑
ветствующему референтному лекарственному препара‑
ту подтверждена соответствующими исследованиями
(часть 12 статьи 4 ФЗ № 61-ФЗ) [18].
В Российской Федерации взаимозаменяемость
лекарственных препаратов регулируется на законода‑
тельном уровне. В соответствии с частью 1 статьи 27.1
ФЗ № 61-ФЗ взаимозаменяемость лекарственных пре‑
паратов определяется Минздравом России в рамках
одного МНН на основе заключения комиссии экспер‑
тов экспертного учреждения ФГБУ «Научный центр
экспертизы средств медицинского применения». По‑
рядок определения взаимозаменяемости определен по‑
становлением Правительства РФ от 5 сентября 2020 г.
№ 1360 [19].
По общему правилу, оценка взаимозаменяемости
осуществляется на основании следующих критериев:
эквивалентность качественных и количественных ха‑
рактеристик фармацевтических субстанций; эквива‑
лентность лекарственной формы; эквивалентность
или сопоставимость состава вспомогательных веществ
лекарственного препарата. При этом различия состава
вспомогательных веществ не являются препятствием
для признания взаимозаменяемости, если при проведе‑
нии исследования биоэквивалентности лекарственного
препарата доказаны отсутствие клинически значимых
различий; идентичность способа введения и способа
применения; соответствие производителя лекарствен‑
ного средства требованиям правил GMP [19].
Дженерики, или, согласно российскому законо‑
дательству, воспроизведенные лекарственные препа‑
раты, нашли широкое применение на отечественном
фармацевтическом рынке.
Септофемин – первый отечественный дженерик
деквалиния хлорида
Учитывая остро стоящую в настоящее время
проблему антибиотикорезистентности, антисепти‑
ки все чаще упоминаются в литературе в качестве
альтернативной терапии при ряде патологических
состояний, в частности вульвовагинальных инфек‑
циях. Наиболее частыми патологиями среди вульво‑
вагинальных инфекций являются бактериальный
вагиноз (распространенность 16–65%) [20] и канди‑
дозный вульвовагинит (17–40%) [21]. В 30% случаев
причиной влагалищных выделений являются микст-инфекции.
Количество обращений за медицинской
помощью по причинам, связанным с патологическими
влагалищными выделениями, достигает почти 10 млн
в год [22, 23].
Преимуществом антибиотика является более
широкий спектр действия, охватывающий трудноиден‑
тифицируемые анаэробные микроорганизмы, а также
аэробы. Однако ряд исследователей предостерегают
от назначения клиндамицина при первом эпизоде бак‑
териального вагиноза, поскольку анаэробная флора
достаточно быстро формирует устойчивость. Эффек‑
тивность антибиотикотерапии в долгосрочной пер‑
спективе вызывает вопросы. В основном сообщается
о показателях излечения через один месяц, варьирую‑
щих от 80 до 90%. Однако анализ ситуации показывает,
что частота рецидивов может достигать 58% в первый
год после лечения [24].
В 2023 г. ВОЗ впервые включила в гайдлайны
лечения вульвовагинальных инфекций антисептик
деквалиния хлорид [25].
Важным свойством
антисептиков, в отличие
от антибиотиков, является полипотентное действие
практически на все патогены, способные нарушить
нормоценоз влагалищного биотопа [26].
Вторым важнейшим преимуществом антисепти‑
ков является меньшая вероятность развития резистент‑
ности из-за неспособности возбудителей вырабатывать
к ним устойчивость, что обусловлено универсальным
принципом действия антисептических средств [26–28].
Основу механизма антимикробной активности состав‑
ляют денатурация белков патогенных микроорганиз‑
мов, критическое окисление компонентов клеточной
стенки и, как результат, дегидратация и гибель возбу‑
дителя. До сих пор патогены «не научились» противо‑
стоять антисептикам, поскольку не способны нейтра‑
лизовать воздействие концентрированных щелочей
или кислот.
Антисептики обладают хорошей проникающей
способностью, в том числе в биопленки [27], ограни‑
ченной инактивацией органическими соединения‑
ми [26], хорошей местной переносимостью при мини‑
мальной системной абсорбции [26].
Частью проблемы рациональной фармакоте‑
рапии вагинальных инфекций является восстановле‑
ние вагинального микробиома, подавляющую часть
которого – 90–95% – составляют лактобациллы [29].
Наличие вагинальных инфекций само по себе ведет
к дестабилизации микробиома влагалища [30]. Кроме
того, применение антибиотика подавляет рост лак‑
тобактерий и снижает местную иммунную защиту,
что также способствует рецидивирующему течению
вульвовагинитов
[31].
Антисептики не повреждают лактофлору влага‑
лища, что является их важным преимуществом [32, 33].
При большом разнообразии препаратов для ле‑
чения бактериального вагиноза и вульвовагинальных
инфекций большинство антибиотиков не могут быть
применены во время беременности, особенно в пер‑
вом триместре. Вместе с тем распространенность
бактериального вагиноза у беременных составля‑
ет 15–37% [34, 35]. Благодаря тому что антисептики
практически не проникают в системный кровоток,
они достаточно безопасны и разрешены к применению
при вульвовагинитах у беременных [36–38].
Деквалиния хлорид – антисептик, отвечающий
современным требованиям к лекарственным сред‑
ствам, применяемым для лечения вульвовагинальных
инфекций. Обладает широкой бактерицидной и фун‑
гицидной активностью, что определяет его значение
в лечении смешанных вагинальных инфекций. Ан‑
тимикробная активность основана в первую очередь
на способности препарата увеличивать проницаемость
клеточных мембран с последующей потерей активно‑
сти ферментов клетки. При высокой концентрации
деквалиния хлорида клеточная мембрана может ли‑
зироваться, что приводит к нарушению осмотическо‑
го обмена. Бактерицидное и фунгицидное действие
развивается in vitro в течение 30–60 минут от начала
воздействия [39].
После диффузии через клеточную стенку воздей‑
ствие опосредовано денатурацией белков, приводящей
к нарушению метаболизма бактериальных клеток путем
ингибирования метаболизма глюкозы, митохондри‑
ального синтеза АТФ (F1-АТФазы), рибосомального
синтеза белка. Деквалиния хлорид также вызывает
преципитацию цитоплазматического материала с ну‑
клеиновыми кислотами (in vitro).
Нарушение проницаемости клеток и последу‑
ющую потерю ферментативной активности считают
основной причиной гибели бактериальных клеток
при контакте с поверхностно-активными
соединения‑
ми [40]. Первоначально ферментативная инактивация
может быть обратимой, но при более длительном вре‑
менном контакте между деквалиния хлоридом и бакте‑
риями процесс становится необратимым [41].
Деквалиния хлорид успешно подавляет клини‑
ческие проявления бактериального вагиноза [42], свя‑
занного с избыточным ростом анаэробной вагинальной
флоры, главным образом Gardnerella spp. [43, 44].
Фармакотерапия бактериального вагиноза со‑
пряжена с проблемой устранения биопленок [44], слож‑
ных матричных структур, состоящих из клеток микро
организмов, сцепленных за счет поверхностных белков
и экзополисахаридов [45]. Патогенные микроорганиз‑
мы образуют биопленки на слизистых оболочках [46]
и искусственных поверхностях [47], что затрудняет
эффективное лечение инфекций.
В настоящее время для лечения бактериального
вагиноза часто применяют антибактериальные сред‑
ства [48], что сопряжено с появлением устойчивых
форм [49] и невозможностью устранения вагинальных
биопленок [49]. Результатом являются неэффектив‑
ность лечения и рецидивы.
Деквалиния хлорид проникает в свободные клет‑
ки путем диффузии через клеточную стенку, связыва‑
ется с цитоплазматической мембраной [50], вызывает
денатурацию белков [51], что может способствовать
лизису цитоплазматической мембраны и разрушению
биопленок.
Исследовано влияние деквалиния хлорида в кон‑
центрации 1024 мкг/мл на биомассу и метаболическую
активность биопленки, образованной пятью штамма‑
ми Gardnerella spp., in vitro [52]. Выбор концентрации
исследуемого вещества для проведения экспериментов
основан на величине минимальной ингибирующей кон‑
центрации, определенной ранее (2–512 мкг/мл) [53]. Ре‑
зультатом явился явный разрыв структуры биопленки,
обусловленный различными механизмами действия.
Исследователи сделали вывод, что деквалиния хлорид
способен эффективно разрушать биопленки Gardnerella
spp. при бактериальном вагинозе.
Благодаря разнообразию механизмов антибак‑
териального действия деквалиния хлорида (нарушение
проницаемости клеточной стенки и инактивация фер‑
ментов) [53] снижается риск развития резистентности
микроорганизмов, которая также является ключевой
проблемой терапии бактериального вагиноза анти‑
биотиками [53]. В перспективе использование деква‑
линия хлорида приведет к тому, что доминирование
устойчивых штаммов в микробиоме станет явлением
весьма редким.
Токсикологические исследования показали,
что деквалиния хлорид практически не всасывается
в системный кровоток [54], что подтверждает безопас‑
ность его применения в клинической практике даже
во время беременности.
В зарубежных и отечественных клинических
исследованиях с участием беременных женщин, по‑
лучавших препараты на основе деквалиния хлори‑
да, не было выявлено каких‑либо неблагоприятных
эффектов на течение беременности, развитие плода
или новорожденного. Пострегистрационные наблю‑
дения не выявили повышения частоты мальформаций,
признаков токсического воздействия действия на плод
или на новорожденного при применении препаратов
на основе деквалиния хлорида.
Лекарственные средства на основе деквалиния
хлорида разрешены к медицинскому применению в пе‑
риод грудного вскармливания [53, 55].
Кандидозный вульвовагинит является второй
по распространенности причиной патологических
влагалищных выделений у женщин репродуктивного
возраста после бактериального вагиноза [56]. В 85–90%
случаев этиологическим агентом является Candida
albicans [57]. Часто эта инфекция приобретает реци‑
дивирующее течение, а появление новых устойчивых
штаммов становится важной проблемой для терапии,
требующей поиска эффективных решений. Деквалиния
хлорид обладает широкой фунгицидной активностью.
Механизм действия не ограничивается усилением про‑
ницаемости клеточной мембраны и последующим ин‑
гибированием ферментов микроорганизма. Точкой
приложения также служат митохондрии патогенов,
за счет чего антисептик подавляет выработку энергии.
Дополнительными мишенями антисептика выступают
различные белки гриба [58].
Комбинированный механизм действия деква‑
линия хлорида делает его одним из наиболее перспек‑
тивных кандидатов для лечения кандидозного вульво‑
вагинита, в том числе резистентного к стандартной
терапии, а также смешанных вагинальных инфекций,
часто потенцирующих негативное влияние патогенов
и поддерживающих персистирование возбудителей.
Опубликованы результаты клинического ис‑
следования по изучению сравнительной эффектив‑
ности вагинальных таблеток деквалиния хлорида
10 мг (n = 74) и клотримазола 100 мг (n = 76) при ле‑
чении вагинального кандидоза. Контрольные обсле‑
дования проводили через 10 ± 2 (визит 2) и 38 ± 4 дня
(визит 3). В исследуемых группах пациенток про‑
демонстрирован сопоставимый клинический ответ
(визит 2: отношение шансов (ОШ) 0,79, 95% довери‑
тельный интервал (ДИ) 0,56–1,10, р = 0,197; визит 3:
ОШ 0,99, 95% ДИ 0,69–1,43, р = 0,985). В группах кло‑
тримазола и деквалиния хлорида результаты микро‑
скопического исследования были положительными
у 11/75 (14,9%) пациентов по сравнению с 18/72 (25,3%)
на визите 2 и у 18/74 (24,3%) пациентов по сравне‑
нию с 28/66 (42,4%) на визите 3; культура была поло‑
жительной у 25/75 (33,8%) пациентов по сравнению
с 46/72 (65,7%) на визите 2 и у 26/74 (36,6%) пациен‑
тов по сравнению с 46/66 (69,7%) на визите 3. Боль‑
шинство участников исследования отметили высо‑
кую удовлетворенность поведенной терапией, никто
не сообщил о каких‑либо побочных эффектах. Таким
образом, согласно полученным результатам, при ва‑
гинальном кандидозе клотримазол и деквалиния хло‑
рид демонстрируют сопоставимый клинический ответ,
но при микробиологическом контроле клотримазол
демонстрирует лучший результат [55].
В последние годы в литературе активно обсуж‑
дается проблема появления нового гриба Candida auris,
впервые идентифицированного в Японии в 2009 г. Ин‑
фекция стремительно распространяется, к сегодняшне‑
му дню она успела заявить о себе на всех континентах,
кроме Антарктиды [59]. Candida auris является причиной нозокомиальных инфекций, при которых уровень
летальности достигает 72% [60].
Грибок обладает множественной лекарственной
устойчивостью, которая характеризуется резистентно‑
стью к трем и более группам антимикотических препа‑
ратов [61, 62]. Особую проблему составляют устойчи‑
вость C. auris к факторам внешней среды и сложность
обнаружения при диагностических исследованиях.
В последнем отчете Центра по контролю заболеваний
США (Centers for Disease Control and Prevention, CDC)
C. auris выделена в группу инфекционных агентов,
представляющих наибольшую опасность для обще‑
ственного здравоохранения [63].
В исследовании, опубликованном в 2022 г., было
изучено 1600 химических соединений, потенциально
активных против нового гриба [64], среди которых
выделили и подробно проанализировали четыре наи‑
более перспективных: деквалиния хлорид, блеомицина
сульфат, соль пентамидина изетионата и клиохинол.
Именно их сегодня рассматривают в качестве прототи‑
пов будущих лекарственных препаратов, эффективных
в отношении C. auris [64].
Почему дженерики дешевле?
Главное преимущество дженериков по сравне‑
нию с оригинальными препаратами заключается в их
более низкой стоимости (иногда различия в стоимости
достигают 10 раз и более) [65].
Невысокая цена аналога объясняется тем,
что компания не тратит время и ресурсы на синтез
и изучение специфической активности молекул-кан‑
дидатов на роль лекарственного средства, не прово‑
дит токсикологических исследований, не изучает эф‑
фективность и безопасность лекарственного средства
в клинических исследованиях. Все эти дорогостоящие
этапы разработки проводятся при выходе на рынок
оригинального препарата, что и обусловливает его вы‑
сокую стоимость. По окончании срока патентной за‑
щиты препарат может быть воспроизведен и на рынке
появляются дженерики.
Компании, производящие дженерик, выпуска‑
ют лекарственный препарат по собственной техно‑
логии, поскольку фирма-разработчик
оригинального
препарата, как правило, указывает в патенте лишь
приблизительную схему синтеза химического веще‑
ства. «Ноу-хау» фирма-производитель
тщательно
охраняет независимо от патента и передает только
при заключении лицензионного договора. При произ‑
водстве воспроизведенных препаратов предприятие-производитель
использует не только другие технологии,
но и другие субстанции, отличающиеся от оригиналь‑
ных [66].
Снизить стоимость воспроизведенного пре‑
парата помогают оптимизация расходов на налоги,
уменьшение стоимости труда. Часто высокотехноло‑
гичное производство дженериков находится в Индии,
Китае, где оплата труда рабочих ниже, что дает воз‑
можность обеспечивать высокое качество лекарствен‑
ного средства при более низкой себестоимости.
Заключение
Именно пациенты делают выбор между джене‑
риковым и оригинальным препаратом. Специалист
должен уметь объяснить плюсы и минусы каждо‑
го из вариантов для того, чтобы выбор был осоз‑
нанным. Государственная система, регулирующая
обращение лекарственных средств на территории
РФ, обеспечивает то, что отечественный дженерик
уступает оригинальному препарату только ценой,
но не качеством.
Септофемин – первый отечественный дженерик
деквалиния хлорида на рынке РФ. Экономическая
доступность ЛС открывает перспективу расширения
медицинского применения, что обеспечит высокую
эффективность и безопасность, приведет к сокра‑
щению применения антибиотиков в фармакотерапии
вульвовагинальных инфекций и, соответственно, сни‑
жению роста антибиотикорезистентности.
Литература
1. Дзанаева А.В., Омельяновский В.В., Кагермазо‑
ва С.А. Принципы импортозамещения лекарствен‑
ных препаратов. Фармакоэкономика. Современная
фармакоэкономика и фармакоэпидемиология. 2015;
8 (2): 38–42.
2. Варламов К.В. Лекарственная безопасность – важ‑
нейшая задача импортозамещения. Общероссий‑
ский народный фронт. 16.03.2015. Доступно по:
http://onf.ru/2015/03/16/kirill-varlamov-
lekarstvenn
a y a - b e z op a s n o s t -v
a z h n e y s h a y a - z a d a c h a -importozameshcheniya/
3. Государственная программа «Развитие фармацевти‑
ческой и медицинской промышленности» на 2013–
2020 годы. Утверждена приказом Минпромторга
России от 23 октября 2009 г. № 965. Доступно по:
http://minpromtorg.gov.ru/common/upload/files/docs/
MinProm_02.06.14.pdf
4. Хоботова С.Н. Анализ модели импортозамещения
в фармацевтической отрасли России. Вестник Ом‑
ского университета. Серия: Экономика. 2020; 18 (3):
32–41.
5. Батрасова А.Д., Коновалова Т.В., Комаров П.И. Им‑
портозамещение в фарминдустрии Российской Фе‑
дерации. Управленческий учет. 2023; 12: 153–163.
6. Стратегия развития фармацевтической промышлен‑
ности Российской Федерации на период до 2030 года.
Утверждена распоряжением Правительства Рос‑
сийской Федерации от 7 июня 2023 г. № 1495‑р. До‑
ступно по: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/
doc/406959554/?ysclid=lopu2 yh5il706181981#0 (дата
обращения 24.03.2024).
7. Deore A.B., Dhumane J.R., Wagh H.V. et al. The
stages of drug discovery and development process.
Asian J. Pharmaceut. Res. Dev. 2019; 7 (6): 62–67.
ции. Огромное значение для охраны здоровья имеет продукция отечественной фармацевтической промышленности,
которая является важнейшей социально значимой отраслью экономики. Обеспечение граждан лекарственными препа‑
ратами – базовая составляющая национальной безопасности государства.
По данным Минпромторга на 2015 г., в России степень зависимости фармацевтической промышленности от импор‑
та составила 73%, медицинской промышленности – 81%. Критическая зависимость от импорта, по мнению экспертов,
создает потенциальную угрозу национальной безопасности, может привести к возможному дефициту лекарственных
препаратов и дальнейшему кратному удорожанию лекарств и медицинских услуг.
В современных экономических и геополитических условиях импортозамещение, особенно в сегменте таких товаров,
как медикаменты, – стратегически значимая цель. Программой «Фарма‑2030», принятой в 2023 г., поставлена цель
увеличить экспорт фармацевтической продукции в четыре раза – до 2,8 млрд долл. Это возможно только при выпу‑
ске конкурентоспособной на внешних рынках инновационной продукции, что соответствует модели фарминдустрии
внешнеориентированного импортозамещения. Для реализации такой политики требуется комплексная поддержка го‑
сударства, в том числе инвестиционная, инфраструктурная, научно-исследовательская.
Разработка оригинальных лекарственных средств – сложный, длительный, трудоемкий, затратный и рискованный про‑
цесс. Создание дженериков требует существенно меньших затрат, чем разработка оригинального препарата, поскольку
стоимость не включает расходы, связанные с длительными экспериментальными и клиническими испытаниями.
Дженерики, или, согласно российскому законодательству, воспроизведенные лекарственные препараты, нашли широ‑
кое применение на отечественном фармацевтическом рынке. Государственная система, регулирующая обращение ле‑
карственных средств на территории страны, обеспечивает то, что отечественный дженерик уступает оригинальному
препарату только ценой, но не качеством.
Септофемин – первый отечественный дженерик деквалиния хлорида на фармацевтическом рынке РФ. Экономическая
доступность лекарственного средства открывает перспективу расширения его медицинского применения, что обеспе‑
чит высокую эффективность и хорошую безопасность, приведет к сокращению применения антибиотиков в фармако‑
терапии вульвовагинальных инфекций и, соответственно, снижению антибиотикорезистентности.
Задачи в рамках Стратегии развития
фармацевтической промышленности Российской
Федерации на период до 2030 года
В настоящее время вопрос сохранения здоровья
нации является актуальным и приоритетным для Рос‑
сийской Федерации. Огромное значение для охраны
здоровья имеет продукция отечественной фармацевти‑
ческой промышленности, которая является важнейшей
социально значимой отраслью экономики. Обеспечение
граждан лекарственными препаратами – базовая со‑
ставляющая национальной безопасности государства.
От качества фармацевтической продукции зависит со‑
стояние здоровья населения.
Следует отметить, что в современных реалиях
ни одно государство, даже с наиболее развитой экономической системой, не в состоянии полностью обеспе‑
чить все потребности национального здравоохранения.
По данным Минпромторга на 2015 г., в России
степень зависимости фармацевтической промышлен‑
ности от импорта составила 73%, медицинской про‑
мышленности – 81% [1]. Такая критическая зависи‑
мость, по мнению экспертов, создает потенциальную
угрозу национальной безопасности, может привести
к возможному дефициту лекарственных препаратов
и дальнейшему кратному удорожанию лекарств и ме‑
дицинских услуг [2].
Учитывая сложившиеся экономические и гео‑
политические условия, импортозамещение, особенно
в сегменте таких товаров, как медикаменты, в настоя‑
щее время стратегически значимая цель.
В целях решения проблем лекарственной без‑
опасности в рамках политики импортозамещения
в России начиная с 2009 г. был сформирован пакет до‑
кументов, которые определили цели, этапы, инструмен‑
ты поддержки, принципы финансирования и другие
аспекты развития фармацевтической отрасли. Основ‑
ные из них – Стратегия развития фармацевтической
промышленности Российской Федерации на период
до 2020 года (Стратегия «Фарма‑2020»), принятая
в 2009 г. и предусматривавшая поэтапную реализацию
стратегии развития отрасли. На первом этапе ставилась
главная задача по усилению процессов локализации
производства и разработки лекарственных средств (ЛС)
на территории России, на втором – развитие фармацев‑
тической отрасли как на внутреннем, так и на внешнем
рынке [3, 4].
Ключевыми приоритетами стратегии «Фар‑
ма‑2020» стали:
• импортонезависимость;
• увеличение производственных мощностей
предприятий фармацевтической и медицин‑
ской промышленности;
• создание условий для разработки инновацион‑
ных фармацевтических препаратов и медицин‑
ского оборудования.
За период реализации программы отмечено
значительное развитие отрасли, в результате чего
стал возможным выпуск лекарственных препаратов
на территории РФ во всех сегментах фармацевтиче‑
ского рынка, увеличилась доля отечественных про‑
изводителей в государственных закупках. Несмотря
на сохранение высокой импортозависимости отрас‑
ли, отмечается снижение доли продаж препаратов
зарубежных производителей (в 2012 г. – 77% продаж,
в 2018 г. – 60%). В 2018 г. импорт медикаментов пре‑
вышал экспорт в 13 раз, в то время как в 2011 г. этот
показатель составлял 27,5 раза. Анализ динамики
экспорта показал, что в целом за последние 8 лет рост
составил 164%, а по физическим поставкам экспорт
вырос в 2,5 раза [4, 5].
Федеральная целевая программа «Фарма‑2020»
закрыта досрочно (31.12.2017). Принципы и механиз‑
мы, опыт реализации программы «Фарма‑2020» лег‑
ли в основу Стратегии развития фармацевтической
промышленности Российской Федерации на период
до 2030 года («Фарма‑2030»), принятой в 2023 г.
Следует отметить, что, если в рамках програм‑
мы «Фарма‑2020» в большей степени решались во‑
просы импортозамещающего производства, то на со‑
временном этапе, в соответствии с разработанной
программой «Фарма‑2030», поставлена цель увели‑
чить экспорт фармацевтической продукции в четыре
раза – до 2,8 млрд долл. Это возможно только при вы‑
пуске конкурентоспособной на внешних рынках ин‑
новационной продукции, что соответствует модели
фарминдустрии внешнеориентированного импортозамещения
[4–6].
Для реализации такой политики требует‑
ся комплексная поддержка государства, в том чис‑
ле инвестиционная, инфраструктурная, научно-исследовательская
[4, 6].
Разработка оригинальных лекарственных
средств: путь от идеи до препарата
Разработка оригинальных ЛС – сложный, дли‑
тельный, трудоемкий, затратный и рискованный про‑
цесс. Вне зависимости от различных особенностей
лекарственных препаратов, их создание сопряжено
с последовательным прохождением ряда стадий раз‑
работки [7].
Любое новое ЛС начинается с идеи и синтеза
потенциально эффективной молекулы. Первые, до‑
клинические, исследования проводят после синтеза
новой молекулы. Их суть заключается в проверке
гипотезы о предполагаемом фармакологическом эф‑
фекте нового соединения. Параллельно изучают ток‑
сичность соединения, его онкогенное и тератогенное
действие. Эти исследования выполняют на лаборатор‑
ных животных. На основе полученных результатов
производитель ЛС готовит и направляет в регуля‑
торный орган регистрационное досье для получения
разрешения на проведение клинических исследований
нового ЛС [8].
Клинические исследования подразделяются
на четыре фазы. Начальные фазы – I и IIa – включают
в себя главным образом оценку безопасности меди‑
цинского средства. На более поздних этапах акцент
смещается на эффективность и на отличия (преиму‑
щества) по безопасности в сравнении с аналогичными
средствами, представленными на рынке. Положитель‑
ные результаты клинических исследований (III фазы)
могут являться основанием для одобрения регули‑
рующим органом нового ЛС, после чего начинается
этап постмаркетинговых исследований эффективно‑
сти и безопасности [9]. В ходе постмаркетинговых
исследований продолжается набор данных. В ряде
случаев в ходе широкого медицинского применения
ЛС обнаруживаются сведения, препятствующие его
дальнейшему применению [10].
Опубликованные данные показали, что стоимость
разработки нового препарата составляет 1–2 млрд долл.
США; средний срок разработки – 15–20 лет; доля соединений,
в итоге получающих одобрение, не превыша‑
ет 5% [11]. К специфике современной фарминдустрии
можно отнести, с одной стороны, ускорение разработ‑
ки новых лекарств, с другой – усложнение и удорожа‑
ние. Повышение скорости создания новых лекарств
обусловлено стремительным ростом уровня знаний
и технологий. Усложнение определяется, с одной сто‑
роны, исчерпанием лимита простых решений, а с дру‑
гой – стремлением компаний-разработчиков
обезопа‑
сить продукт от выпуска конкурентами аналогичного
по химической структуре или с таким же механизмом
действия, что в совокупности со стремлением к максимальной прибыли объясняет высокую стоимость
оригинальных ЛС [12].
Недостатком оригинальных ЛС является их вы‑
сокая стоимость, в которой 20% затрат приходится
на работы, связанные с синтезом новой субстанции,
80% – на его последующее экспериментальное и кли‑
ническое изучение, а также расходы на производство
по стандарту Надлежащей производственной практики
(Good Manufacturing Practice, GMP), затраты на обу‑
чение врачей и провизоров, мониторинг эффективно‑
сти и безопасности в начальной стадии продвижения
на фармацевтический рынок и маркетинг.
По истечении срока патентной защиты любая
фармацевтическая компания может приобрести право
на производство собственной версии оригинально‑
го препарата, то есть создать дженерик. Создание
дженериков требует существенно меньших затрат,
чем разработка оригинального препарата, поскольку
стоимость не включает расходы, связанные с дли‑
тельными экспериментальными и клиническими
испытаниями
[13].
Таким образом, в настоящее время многие фар‑
мацевтические компании сокращают расходы на ин‑
новационные исследования, фокусируясь на менее
рискованных и затратных проектах, таких как вос‑
производство дженериков [11].
Дженерики versus оригинальные препараты
Дженерический (генерический) препарат пред‑
ставляет собой воспроизведенное ЛС, взаимозаменя‑
емое с его патентованным аналогом (оригинальным
препаратом) и выведенное на рынок по окончании
срока патентной защиты оригинала [13].
Дженерические ЛС имеют широкое распростра‑
нение во всем мире, что является требованием времени
и позволяет значительно снизить расходы на ЛС. Дже‑
нериковые замены рекомендуют Всемирная организа‑
ция здравоохранения (ВОЗ) и другие международные
организации, занимающиеся разработкой системы ра‑
ционального использования ЛС [13].
В настоящее время большое внимание уделяется
вопросу взаимозаменяемости дженериков и ориги‑
нальных препаратов. Данная проблема стоит доста‑
точно остро ввиду большого количества препаратов
различных производителей на рынке. Чтобы грамотно
решить вопрос о возможности взаимозаменяемости
оригинального препарата и дженерика, специалисту
необходимы данные о фармацевтической и фармакоки‑
нетической эквивалентности каждого дженерика ори‑
гинальному ЛС [14, 15]. Для клинического применения
важны сведения о сравнительной терапевтической
эффективности и переносимости дженерического ЛС
и оригинального препарата, полученные в результате
исследований, выполненных по регламентированному
протоколу [16].
Отличительной чертой современного фармацев‑
тического рынка России является преобладание дженерических ЛС как импортного, так и отечественного
производства.
Благодаря реализации федеральной целевой про‑
граммы «Фарма‑2020», направленной на повышение
независимости России в области лекарственного обеспечения
от импорта, успешно налажено производство
дженериков [3].
По данным агентства DSM Group, в январе – ок‑
тябре 2023 г. доля дженериков выросла на 2,6% в рублях
и на 0,7% в упаковках по сравнению с аналогичным
периодом 2022 г. Преобладание группы дженериковых
лекарственных средств по-прежнему значительно –
70,8% в стоимостном выражении и 87% – в натуральном
эквиваленте [17].
Следует отметить, что в российском законода‑
тельстве используется термин не «дженерик», а «вос‑
произведенный лекарственный препарат» (Федераль‑
ный закон от 12 апреля 2010 г. № 61-ФЗ «Об обращении
лекарственных средств» (далее ФЗ № 61-ФЗ)) [18].
Воспроизведенным лекарственным препаратом
признается лекарственный препарат, который имеет
эквивалентный референтному ЛС качественный и ко‑
личественный состав действующих веществ в эквива‑
лентной лекарственной форме, биоэквивалентность
или терапевтическая эквивалентность которых соот‑
ветствующему референтному лекарственному препара‑
ту подтверждена соответствующими исследованиями
(часть 12 статьи 4 ФЗ № 61-ФЗ) [18].
В Российской Федерации взаимозаменяемость
лекарственных препаратов регулируется на законода‑
тельном уровне. В соответствии с частью 1 статьи 27.1
ФЗ № 61-ФЗ взаимозаменяемость лекарственных пре‑
паратов определяется Минздравом России в рамках
одного МНН на основе заключения комиссии экспер‑
тов экспертного учреждения ФГБУ «Научный центр
экспертизы средств медицинского применения». По‑
рядок определения взаимозаменяемости определен по‑
становлением Правительства РФ от 5 сентября 2020 г.
№ 1360 [19].
По общему правилу, оценка взаимозаменяемости
осуществляется на основании следующих критериев:
эквивалентность качественных и количественных ха‑
рактеристик фармацевтических субстанций; эквива‑
лентность лекарственной формы; эквивалентность
или сопоставимость состава вспомогательных веществ
лекарственного препарата. При этом различия состава
вспомогательных веществ не являются препятствием
для признания взаимозаменяемости, если при проведе‑
нии исследования биоэквивалентности лекарственного
препарата доказаны отсутствие клинически значимых
различий; идентичность способа введения и способа
применения; соответствие производителя лекарствен‑
ного средства требованиям правил GMP [19].
Дженерики, или, согласно российскому законо‑
дательству, воспроизведенные лекарственные препа‑
раты, нашли широкое применение на отечественном
фармацевтическом рынке.
Септофемин – первый отечественный дженерик
деквалиния хлорида
Учитывая остро стоящую в настоящее время
проблему антибиотикорезистентности, антисепти‑
ки все чаще упоминаются в литературе в качестве
альтернативной терапии при ряде патологических
состояний, в частности вульвовагинальных инфек‑
циях. Наиболее частыми патологиями среди вульво‑
вагинальных инфекций являются бактериальный
вагиноз (распространенность 16–65%) [20] и канди‑
дозный вульвовагинит (17–40%) [21]. В 30% случаев
причиной влагалищных выделений являются микст-инфекции.
Количество обращений за медицинской
помощью по причинам, связанным с патологическими
влагалищными выделениями, достигает почти 10 млн
в год [22, 23].
Преимуществом антибиотика является более
широкий спектр действия, охватывающий трудноиден‑
тифицируемые анаэробные микроорганизмы, а также
аэробы. Однако ряд исследователей предостерегают
от назначения клиндамицина при первом эпизоде бак‑
териального вагиноза, поскольку анаэробная флора
достаточно быстро формирует устойчивость. Эффек‑
тивность антибиотикотерапии в долгосрочной пер‑
спективе вызывает вопросы. В основном сообщается
о показателях излечения через один месяц, варьирую‑
щих от 80 до 90%. Однако анализ ситуации показывает,
что частота рецидивов может достигать 58% в первый
год после лечения [24].
В 2023 г. ВОЗ впервые включила в гайдлайны
лечения вульвовагинальных инфекций антисептик
деквалиния хлорид [25].
Важным свойством
антисептиков, в отличие
от антибиотиков, является полипотентное действие
практически на все патогены, способные нарушить
нормоценоз влагалищного биотопа [26].
Вторым важнейшим преимуществом антисепти‑
ков является меньшая вероятность развития резистент‑
ности из-за неспособности возбудителей вырабатывать
к ним устойчивость, что обусловлено универсальным
принципом действия антисептических средств [26–28].
Основу механизма антимикробной активности состав‑
ляют денатурация белков патогенных микроорганиз‑
мов, критическое окисление компонентов клеточной
стенки и, как результат, дегидратация и гибель возбу‑
дителя. До сих пор патогены «не научились» противо‑
стоять антисептикам, поскольку не способны нейтра‑
лизовать воздействие концентрированных щелочей
или кислот.
Антисептики обладают хорошей проникающей
способностью, в том числе в биопленки [27], ограни‑
ченной инактивацией органическими соединения‑
ми [26], хорошей местной переносимостью при мини‑
мальной системной абсорбции [26].
Частью проблемы рациональной фармакоте‑
рапии вагинальных инфекций является восстановле‑
ние вагинального микробиома, подавляющую часть
которого – 90–95% – составляют лактобациллы [29].
Наличие вагинальных инфекций само по себе ведет
к дестабилизации микробиома влагалища [30]. Кроме
того, применение антибиотика подавляет рост лак‑
тобактерий и снижает местную иммунную защиту,
что также способствует рецидивирующему течению
вульвовагинитов
[31].
Антисептики не повреждают лактофлору влага‑
лища, что является их важным преимуществом [32, 33].
При большом разнообразии препаратов для ле‑
чения бактериального вагиноза и вульвовагинальных
инфекций большинство антибиотиков не могут быть
применены во время беременности, особенно в пер‑
вом триместре. Вместе с тем распространенность
бактериального вагиноза у беременных составля‑
ет 15–37% [34, 35]. Благодаря тому что антисептики
практически не проникают в системный кровоток,
они достаточно безопасны и разрешены к применению
при вульвовагинитах у беременных [36–38].
Деквалиния хлорид – антисептик, отвечающий
современным требованиям к лекарственным сред‑
ствам, применяемым для лечения вульвовагинальных
инфекций. Обладает широкой бактерицидной и фун‑
гицидной активностью, что определяет его значение
в лечении смешанных вагинальных инфекций. Ан‑
тимикробная активность основана в первую очередь
на способности препарата увеличивать проницаемость
клеточных мембран с последующей потерей активно‑
сти ферментов клетки. При высокой концентрации
деквалиния хлорида клеточная мембрана может ли‑
зироваться, что приводит к нарушению осмотическо‑
го обмена. Бактерицидное и фунгицидное действие
развивается in vitro в течение 30–60 минут от начала
воздействия [39].
После диффузии через клеточную стенку воздей‑
ствие опосредовано денатурацией белков, приводящей
к нарушению метаболизма бактериальных клеток путем
ингибирования метаболизма глюкозы, митохондри‑
ального синтеза АТФ (F1-АТФазы), рибосомального
синтеза белка. Деквалиния хлорид также вызывает
преципитацию цитоплазматического материала с ну‑
клеиновыми кислотами (in vitro).
Нарушение проницаемости клеток и последу‑
ющую потерю ферментативной активности считают
основной причиной гибели бактериальных клеток
при контакте с поверхностно-активными
соединения‑
ми [40]. Первоначально ферментативная инактивация
может быть обратимой, но при более длительном вре‑
менном контакте между деквалиния хлоридом и бакте‑
риями процесс становится необратимым [41].
Деквалиния хлорид успешно подавляет клини‑
ческие проявления бактериального вагиноза [42], свя‑
занного с избыточным ростом анаэробной вагинальной
флоры, главным образом Gardnerella spp. [43, 44].
Фармакотерапия бактериального вагиноза со‑
пряжена с проблемой устранения биопленок [44], слож‑
ных матричных структур, состоящих из клеток микро
организмов, сцепленных за счет поверхностных белков
и экзополисахаридов [45]. Патогенные микроорганиз‑
мы образуют биопленки на слизистых оболочках [46]
и искусственных поверхностях [47], что затрудняет
эффективное лечение инфекций.
В настоящее время для лечения бактериального
вагиноза часто применяют антибактериальные сред‑
ства [48], что сопряжено с появлением устойчивых
форм [49] и невозможностью устранения вагинальных
биопленок [49]. Результатом являются неэффектив‑
ность лечения и рецидивы.
Деквалиния хлорид проникает в свободные клет‑
ки путем диффузии через клеточную стенку, связыва‑
ется с цитоплазматической мембраной [50], вызывает
денатурацию белков [51], что может способствовать
лизису цитоплазматической мембраны и разрушению
биопленок.
Исследовано влияние деквалиния хлорида в кон‑
центрации 1024 мкг/мл на биомассу и метаболическую
активность биопленки, образованной пятью штамма‑
ми Gardnerella spp., in vitro [52]. Выбор концентрации
исследуемого вещества для проведения экспериментов
основан на величине минимальной ингибирующей кон‑
центрации, определенной ранее (2–512 мкг/мл) [53]. Ре‑
зультатом явился явный разрыв структуры биопленки,
обусловленный различными механизмами действия.
Исследователи сделали вывод, что деквалиния хлорид
способен эффективно разрушать биопленки Gardnerella
spp. при бактериальном вагинозе.
Благодаря разнообразию механизмов антибак‑
териального действия деквалиния хлорида (нарушение
проницаемости клеточной стенки и инактивация фер‑
ментов) [53] снижается риск развития резистентности
микроорганизмов, которая также является ключевой
проблемой терапии бактериального вагиноза анти‑
биотиками [53]. В перспективе использование деква‑
линия хлорида приведет к тому, что доминирование
устойчивых штаммов в микробиоме станет явлением
весьма редким.
Токсикологические исследования показали,
что деквалиния хлорид практически не всасывается
в системный кровоток [54], что подтверждает безопас‑
ность его применения в клинической практике даже
во время беременности.
В зарубежных и отечественных клинических
исследованиях с участием беременных женщин, по‑
лучавших препараты на основе деквалиния хлори‑
да, не было выявлено каких‑либо неблагоприятных
эффектов на течение беременности, развитие плода
или новорожденного. Пострегистрационные наблю‑
дения не выявили повышения частоты мальформаций,
признаков токсического воздействия действия на плод
или на новорожденного при применении препаратов
на основе деквалиния хлорида.
Лекарственные средства на основе деквалиния
хлорида разрешены к медицинскому применению в пе‑
риод грудного вскармливания [53, 55].
Кандидозный вульвовагинит является второй
по распространенности причиной патологических
влагалищных выделений у женщин репродуктивного
возраста после бактериального вагиноза [56]. В 85–90%
случаев этиологическим агентом является Candida
albicans [57]. Часто эта инфекция приобретает реци‑
дивирующее течение, а появление новых устойчивых
штаммов становится важной проблемой для терапии,
требующей поиска эффективных решений. Деквалиния
хлорид обладает широкой фунгицидной активностью.
Механизм действия не ограничивается усилением про‑
ницаемости клеточной мембраны и последующим ин‑
гибированием ферментов микроорганизма. Точкой
приложения также служат митохондрии патогенов,
за счет чего антисептик подавляет выработку энергии.
Дополнительными мишенями антисептика выступают
различные белки гриба [58].
Комбинированный механизм действия деква‑
линия хлорида делает его одним из наиболее перспек‑
тивных кандидатов для лечения кандидозного вульво‑
вагинита, в том числе резистентного к стандартной
терапии, а также смешанных вагинальных инфекций,
часто потенцирующих негативное влияние патогенов
и поддерживающих персистирование возбудителей.
Опубликованы результаты клинического ис‑
следования по изучению сравнительной эффектив‑
ности вагинальных таблеток деквалиния хлорида
10 мг (n = 74) и клотримазола 100 мг (n = 76) при ле‑
чении вагинального кандидоза. Контрольные обсле‑
дования проводили через 10 ± 2 (визит 2) и 38 ± 4 дня
(визит 3). В исследуемых группах пациенток про‑
демонстрирован сопоставимый клинический ответ
(визит 2: отношение шансов (ОШ) 0,79, 95% довери‑
тельный интервал (ДИ) 0,56–1,10, р = 0,197; визит 3:
ОШ 0,99, 95% ДИ 0,69–1,43, р = 0,985). В группах кло‑
тримазола и деквалиния хлорида результаты микро‑
скопического исследования были положительными
у 11/75 (14,9%) пациентов по сравнению с 18/72 (25,3%)
на визите 2 и у 18/74 (24,3%) пациентов по сравне‑
нию с 28/66 (42,4%) на визите 3; культура была поло‑
жительной у 25/75 (33,8%) пациентов по сравнению
с 46/72 (65,7%) на визите 2 и у 26/74 (36,6%) пациен‑
тов по сравнению с 46/66 (69,7%) на визите 3. Боль‑
шинство участников исследования отметили высо‑
кую удовлетворенность поведенной терапией, никто
не сообщил о каких‑либо побочных эффектах. Таким
образом, согласно полученным результатам, при ва‑
гинальном кандидозе клотримазол и деквалиния хло‑
рид демонстрируют сопоставимый клинический ответ,
но при микробиологическом контроле клотримазол
демонстрирует лучший результат [55].
В последние годы в литературе активно обсуж‑
дается проблема появления нового гриба Candida auris,
впервые идентифицированного в Японии в 2009 г. Ин‑
фекция стремительно распространяется, к сегодняшне‑
му дню она успела заявить о себе на всех континентах,
кроме Антарктиды [59]. Candida auris является причиной нозокомиальных инфекций, при которых уровень
летальности достигает 72% [60].
Грибок обладает множественной лекарственной
устойчивостью, которая характеризуется резистентно‑
стью к трем и более группам антимикотических препа‑
ратов [61, 62]. Особую проблему составляют устойчи‑
вость C. auris к факторам внешней среды и сложность
обнаружения при диагностических исследованиях.
В последнем отчете Центра по контролю заболеваний
США (Centers for Disease Control and Prevention, CDC)
C. auris выделена в группу инфекционных агентов,
представляющих наибольшую опасность для обще‑
ственного здравоохранения [63].
В исследовании, опубликованном в 2022 г., было
изучено 1600 химических соединений, потенциально
активных против нового гриба [64], среди которых
выделили и подробно проанализировали четыре наи‑
более перспективных: деквалиния хлорид, блеомицина
сульфат, соль пентамидина изетионата и клиохинол.
Именно их сегодня рассматривают в качестве прототи‑
пов будущих лекарственных препаратов, эффективных
в отношении C. auris [64].
Почему дженерики дешевле?
Главное преимущество дженериков по сравне‑
нию с оригинальными препаратами заключается в их
более низкой стоимости (иногда различия в стоимости
достигают 10 раз и более) [65].
Невысокая цена аналога объясняется тем,
что компания не тратит время и ресурсы на синтез
и изучение специфической активности молекул-кан‑
дидатов на роль лекарственного средства, не прово‑
дит токсикологических исследований, не изучает эф‑
фективность и безопасность лекарственного средства
в клинических исследованиях. Все эти дорогостоящие
этапы разработки проводятся при выходе на рынок
оригинального препарата, что и обусловливает его вы‑
сокую стоимость. По окончании срока патентной за‑
щиты препарат может быть воспроизведен и на рынке
появляются дженерики.
Компании, производящие дженерик, выпуска‑
ют лекарственный препарат по собственной техно‑
логии, поскольку фирма-разработчик
оригинального
препарата, как правило, указывает в патенте лишь
приблизительную схему синтеза химического веще‑
ства. «Ноу-хау» фирма-производитель
тщательно
охраняет независимо от патента и передает только
при заключении лицензионного договора. При произ‑
водстве воспроизведенных препаратов предприятие-производитель
использует не только другие технологии,
но и другие субстанции, отличающиеся от оригиналь‑
ных [66].
Снизить стоимость воспроизведенного пре‑
парата помогают оптимизация расходов на налоги,
уменьшение стоимости труда. Часто высокотехноло‑
гичное производство дженериков находится в Индии,
Китае, где оплата труда рабочих ниже, что дает воз‑
можность обеспечивать высокое качество лекарствен‑
ного средства при более низкой себестоимости.
Заключение
Именно пациенты делают выбор между джене‑
риковым и оригинальным препаратом. Специалист
должен уметь объяснить плюсы и минусы каждо‑
го из вариантов для того, чтобы выбор был осоз‑
нанным. Государственная система, регулирующая
обращение лекарственных средств на территории
РФ, обеспечивает то, что отечественный дженерик
уступает оригинальному препарату только ценой,
но не качеством.
Септофемин – первый отечественный дженерик
деквалиния хлорида на рынке РФ. Экономическая
доступность ЛС открывает перспективу расширения
медицинского применения, что обеспечит высокую
эффективность и безопасность, приведет к сокра‑
щению применения антибиотиков в фармакотерапии
вульвовагинальных инфекций и, соответственно, сни‑
жению роста антибиотикорезистентности.
Литература
1. Дзанаева А.В., Омельяновский В.В., Кагермазо‑
ва С.А. Принципы импортозамещения лекарствен‑
ных препаратов. Фармакоэкономика. Современная
фармакоэкономика и фармакоэпидемиология. 2015;
8 (2): 38–42.
2. Варламов К.В. Лекарственная безопасность – важ‑
нейшая задача импортозамещения. Общероссий‑
ский народный фронт. 16.03.2015. Доступно по:
http://onf.ru/2015/03/16/kirill-varlamov-
lekarstvenn
a y a - b e z op a s n o s t -v
a z h n e y s h a y a - z a d a c h a -importozameshcheniya/
3. Государственная программа «Развитие фармацевти‑
ческой и медицинской промышленности» на 2013–
2020 годы. Утверждена приказом Минпромторга
России от 23 октября 2009 г. № 965. Доступно по:
http://minpromtorg.gov.ru/common/upload/files/docs/
MinProm_02.06.14.pdf
4. Хоботова С.Н. Анализ модели импортозамещения
в фармацевтической отрасли России. Вестник Ом‑
ского университета. Серия: Экономика. 2020; 18 (3):
32–41.
5. Батрасова А.Д., Коновалова Т.В., Комаров П.И. Им‑
портозамещение в фарминдустрии Российской Фе‑
дерации. Управленческий учет. 2023; 12: 153–163.
6. Стратегия развития фармацевтической промышлен‑
ности Российской Федерации на период до 2030 года.
Утверждена распоряжением Правительства Рос‑
сийской Федерации от 7 июня 2023 г. № 1495‑р. До‑
ступно по: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/
doc/406959554/?ysclid=lopu2 yh5il706181981#0 (дата
обращения 24.03.2024).
7. Deore A.B., Dhumane J.R., Wagh H.V. et al. The
stages of drug discovery and development process.
Asian J. Pharmaceut. Res. Dev. 2019; 7 (6): 62–67.
