РЕГУЛЯТОРНЫЕ И ФАРМАКОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ВОСПРОИЗВОДИМОСТИ И ВЗАИМОЗАМЕНЯЕМОСТИ РАСТИТЕЛЬНЫХ ЛЕКАРСТВЕННЫХ ПРЕПАРАТОВ

Для цитирования:
Ших Е.В., Махова А.А. Регуляторные и фармакологические аспекты воспроизводимости и взаимозаменяемости растительных лекарственных препаратов. Фармакология & Фармакотерапия. 2026; 1: 16–24. DOI 10.46393/27132129_2026_1_16–24
Резюме
В статье рассмотрены воспроизводимость и взаимозаменяемость растительных лекарственных препаратов (РЛП) с точки зрения регуляторных и фармакологических аспектов в соответствии с нормативными документами Российской Федерации и Евразийского экономического союза. Приведены определения оригинальных и воспроизведенных лекарственных препаратов, критерии взаимозаменяемости в соответствии с положениями Федерального закона № 61. Отмечена невозможность установления биоэквивалентности для РЛП из-за вариабельности биологически активных веществ, зависящей от растительного сырья, способа экстракции и условий культивирования. На примере РЛП Канефрон® Н и его аналогов демонстрируются различия в составе маркеров активных соединений (феруловая, розмариновая кислоты), форме выпуска и фармакопейных характеристиках, с акцентом на уникальности каждого РЛП как «продукта-процесса». Подчеркиваются оригинальность РЛП и важность строгой стандартизации для обеспечения их качества, эффективности и безопасности.
Современный фармацевтический рынок характеризуется широким ассортиментом растительных лекарственных средств, а также биологически активных добавок (БАД). Такое многообразие значительно расширяет возможности терапии, однако одновременно усложняет процесс рационального выбора препарата для медицинских специалистов и потребителей. Зачастую аптечные сети сами производят БАД, схожие по составу с лекарственными препаратами (ЛП), эти средства продаются в аптеках под собственными торговыми марками и призваны расширить ассортимент и выручку аптек. При этом фармацевтические работники нередко оказываются в ситуации конфликта между коммерческими интересами аптечных организаций и профессиональной ответственностью перед пациентом. Данная проблема приобретает особую актуальность в условиях роста фармацевтического рынка, агрессивного маркетинга и стремления потребителей оптимизировать затраты на лечение. В связи с этим профессиональная консультация работника аптеки, при имеющемся широком аптечном ассортименте, требует всестороннего анализа с точки зрения медицинских, этических и правовых аспектов, а также возникает явная необходимость разработки мер по повышению фармацевтической грамотности населения. Термины и понятия: оригинальный лекарственный препарат, воспроизведенный лекарственный препарат, взаимозаменяемость Согласно актуальным нормативно-правовым актам Российской Федерации (РФ) и Евразийского экономического союза (ЕАЭС), вид разрабатываемых ЛП для целей регистрации и ЛП, находящихся на фармацевтическом рынке ЕАЭС, отличается и зависит в том числе от структуры действующего вещества и объема проведенных доклинических и клинических исследований. Оригинальный ЛП – это ЛП с новым действующим веществом, который был первым зарегистрирован и размещен на мировом фармацевтическом рынке на основании досье, содержащего результаты полных доклинических (неклинических) и клинических исследований, подтверждающих его качество, безопасность и эффективность1 . У оригинального ЛП в соответствии с существующими нормативными документами изучаются физико-химические свойства; биологические свойства вещества (в том числе токсичность, канцерогенность, мутагенность и пр.). Препарат тестируется на здоровых добровольцах, затем проходит клинические исследования по изучению эффективности и безопасности у пациентов, имеющих заболевание; после вывода препарата на фармацевтический рынок проводятся постмаркетинговые исследования, оценивающие безопасность у широкого круга населения. Таким образом, затраты на создание инновационного ЛП составляют от 800 до 1300 млн долларов. Поэтому действующие вещества оригинального препарата часто защищены патентом на определенный срок. Патентная защита обеспечивает компании, создавшей препарат, право на его эксклюзивное распространение, без конкуренции со стороны других производителей, что дает возможность компенсировать затраты на разработку. Воспроизведенный ЛП (дженерик) – это ЛП, который имеет такой же количественный и качественный состав действующих веществ и ту же лекарственную форму, что и оригинальный препарат, и биоэквивалентность которого оригинальному ЛП подтверждается соответствующими исследованиями биодоступности1 . При государственной регистрации воспроизведенных ЛП для медицинского применения биоэквивалентность оригинальному ЛП должна быть продемонстрирована соответствующими исследованиями биодоступности. Необходимым является предоставление обзора доклинических данных, в некоторых случаях следует предоставлять результаты доклинических исследований1 . Согласно определению Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), дженерик – это лекарственный продукт, обладающий доказанной терапевтической взаимозаменяемостью с оригинальным ЛП аналогичного состава, выпускаемый иным, нежели разработчик оригинального препарата, производителем, без лицензии разработчика. В соответствии с положениями ст. 27.1 Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ (ред. от 23.07.2025) «Об обращении лекарственных средств» (далее – ФЗ-61), взаимозаменяемость ЛП определяется на основании следующих критериев: 1) эквивалентность качественных и количественных характеристик фармацевтических субстанций; 2) эквивалентность лекарственной формы; 3) эквивалентность или сопоставимость состава вспомогательных веществ. При наличии клинически значимых различий фармакокинетики и (или) эффективности и безопасности ЛП для медицинского применения взаимозаменяемость определяется с указанием на исключение отдельных групп пациентов; 4) идентичность способа введения и применения; 5) соответствие производителя лекарственного средства требованиям надлежащей производственной практики (Good Manufacturing Practice, GMP). На основании положений п. 5 ст. 27.1 ФЗ-61 определение взаимозаменяемости не осуществляется в отношении лекарственных растительных препаратов. Взаимозаменяемость для ЛП, имеющих одно международное непатентованное (или химическое, или группировочное) наименование, идентичный качественный состав и количественный состав действующих и вспомогательных веществ, лекарственную форму, способ введения и способ применения и зарегистрированных до вступления в силу ФЗ-61, устанавливается без необходимости доказательств их биоэквивалентности1 . Таким образом, оригинальный и воспроизведенный препарат сравнивают в первую очередь на основании установления терапевтической и биологической эквивалентности2 [1]. Под биологической эквивалентностью (биоэквивалентностью) подразумевают отсутствие значимых различий в скорости и степени, с которыми действующее вещество или активная часть молекулы действующего вещества становятся доступными в месте своего действия при введении в одинаковой молярной дозе в схожих условиях в исследовании с надлежащим дизайном3 . В случае, если речь идет о лекарственных средствах, произведенных из сырья растительного происхождения, провести исследование биоэквивалентности не представляется возможным по ряду причин: наличие достаточно большого количества биологически активных соединений и их вариабельность в одном растении, которые обусловливают фармакодинамические эффекты; создание в биологических жидкостях концентраций, которые находятся за референсным пределом определения, что усложняет точное измерение. Даже когда используются одинаковые соотношения экстрактов лекарственного средства и идентичная среда для экстракции, в существующей системе не всегда можно сделать вывод о том, что в результате получится идентичный или даже похожий экстракт. Чтобы это доказать, необходимо охарактеризовать весь спектр составляющих экстракта [2]. Согласно международным регламентирующим документам ВОЗ, Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (Food and Drug Administration, FDA), Европейского агентства лекарственных средств (European Medicines Agency, EMEA), ЕАЭС, биоэквивалентность можно установить только в отношении фармацевтически эквивалентных препаратов. ЛП являются фармацевтически эквивалентными, если они производятся в соответствии с теми же или сравнимыми фармакопейными и другими стандартами, а также требованиями GMP. Под терапевтической эквивалентностью подразумевают установление сходных по направленности и выраженности фармакодинамических эффектов ЛП равной дозировки, произведенных в одинаковой лекарственной форме, а также наличие сопоставимых показателей безопасности при их применении, то есть прямых сравнительных клинических исследований надлежащего качества, что при воспроизведении ЛП природного происхождения делается исключительно редко. При этом необходимо помнить, что любое изменение во вспомогательных веществах может привести к изменению профиля безопасности, в том числе в случаях, когда вспомогательные вещества не влияют на биодоступность фармакологически активных компонентов и, следовательно, на биоэквивалентность [3]. Таким образом, в ряде случаев основное преимущество дженериков в виде более низкой стоимости оборачивается недостатком, так как за этим стоит недостаточная изученность препарата: отсутствие клинических исследований, сравнительных исследований с оригиналом, изучения профиля безопасности [4]. Особенности воспроизведения лекарственных препаратов растительного происхождения Чтобы считаться воспроизведенным, действующее вещество ЛП должно быть получено путем химического синтеза. Лекарственный растительный препарат содержит в качестве активных компонентов исключительно лекарственное растительное сырье (ЛРС) и (или) растительную фармацевтическую субстанцию (субстанции)2 . В свою очередь, ЛРС – это свежие или высушенные растения, водоросли, грибы или лишайники либо их части, цельные или измельченные, используемые для производства лекарственных средств3 . Растительная фармацевтическая субстанция – продукт, получаемый из лекарственного растительного сырья в результате проведения стадий производственного процесса с использованием таких методов, как экстракция, дистилляция, отжим, фракционирование, очистка, концентрирование, ферментация. К таким субстанциям относятся настойки, экстракты, эфирные масла, отжатые соки и обработанные вытяжки, измельченное до заданной степени или порошкообразное ЛРС, и не относится цельное ЛРС, а также ЛРС, подвергнутое производителем механическому способу переработки (резание, измельчение, прессование, просеивание, сепарация и т.п.)3 . Таким образом, согласно подходам ЕС и ЕАЭС, ЛП растительного происхождения не могут считаться воспроизведенными [5]. При воспроизведении ЛП природного происхождения недостаточно введения в состав препарата тех же лекарственных растений, которые входят в состав оригинального лекарственного средства, так как содержание биологически активных компонентов, обусловливающих фармакодинамический эффект, зависит от того, какие части растения используются, в каком ареале оно произрастает, каковы технологии выращивания, каков возраст растения, процесс заготовки дикорастущего или культивируемого ЛРС, какие применяются методы экстракции активных соединений, стандартизации по конкретным соединениям (ЛРС, фармацевтическая субстанция растительного происхождения, лекарственный растительный препарат) и условия хранения. Многие исследователи отмечают значительное изменение количественного состава компонентов в растительном сырье, собранном в разные фенологические фазы. Например, наибольшее содержание эфирных масел в корнях любистока лекарственного (Levisticum officinale) наблюдается в период вегетации во второй половине октября. Возраст растения влияет на содержание эфирных масел: в корнях двухлетних растений более высокое содержание эфирных масел по сравнению с однолетними образцами. Существуют различия в содержании биологически активных веществ эфирных масел любистока лекарственного в зависимости от генотипа растения, климатических условий и характера почвы. В то же время установлено, что накопление кумаринов (наличие псоралена) в растениях рода Levisticum зависит от места их произрастания [6, 7]. Важным аспектом сохранения биологически активных веществ является и процесс заготовки сырья. Так, замораживание и сублимационная сушка приводят к снижению содержания эфирных масел в сырье и изменению его состава. Также показано наличие в эфирных маслах стабилизированного растительного сырья дополнительных соединений – циклических производных ментенов (транс-п-мент-2-ен-1-ол), цис-α-элементов и бутилофталида, которые отсутствовали в свежесобранном сырье. При конвективной и микроволновой сушке теряются термочувствительные биологически активные соединения, в частности хлорофилл и каротиноидные пигменты [8]. На содержание биологически активных веществ в эфирных маслах любистока лекарственного оказывает влияние способ экстракции. При высоком выходе экстрактов из корней методом сверхкритической экстракции диоксидом углерода (давление 10 МПа, температура 60 °С, время экстракции – 90 минут для корней) наибольшее содержание z-лигустилида в экстрактах корней составило 77% [9, 10]. Экстракт любистока лекарственного отличается не только по содержанию, но и по составу в зависимости от способа экстракции. Так, основными компонентами эфирного масла и водно-этанольного экстракта любистока являются α-терпинеолацетат, бутилидендигидрофталид и β-фелландрен. В эфирном масле преобладают фталиды – бутилидендигидрофталид, бутилиденфталид, бутилдигидрофталид, бутилфталид; основным компонентом водно-спиртового экстракта любистока является α-терпинеолацетат. Бутилиденфталид и бутилдигидрофталид в водно-спиртовом экстракте отсутствуют [11]. В настоящее время в корнях любистока идентифицированы следующие активные соединения: фталиды, фурокумарины (бергаптен, псорален), лецитин, дубильные вещества, флавоноиды, гидроксикоричные кислоты, смолы, ангеликовая, аскорбиновая и яблочная кислоты, кумарины (бергаптен, ангелицин, умбеллиферон и 3-бутиленфталид) [12]. Использование метода ядерно-магнитно-резонансной спектроскопии позволило выделить в этилацетатном экстракте корней любистока лекарственного кумарины, полиацетилены, а также фталиды – 5-гидроксибутилфталид и 7-гидроксибутилиденфталид, в ацетоновых экстрактах корневищ свежих и высушенных – токинолид В, дилигустилид и рилигустилид. Иранские исследователи в качестве основных действующих компонентов любистока в метанольных экстрактах указывают кверцетин, лютеолин, тимол, фитол, карен и ментофуран. В корневищах любистока сычуаньского, который признается синонимичным любистоку лекарственному, помимо тетраметилпиразина (лигустразина), содержатся алкалоиды: перларитин, 5-гидроксиметил-2-фурилперларилин [13–15]. В корнях и корневищах любистока, произрастающего на территории Ставропольского края, установлено наличие фенолкарбоновых кислот (эллаговая, галловая, цикориевая, хлорогеновая и феруловая), а также веществ кумариновой природы (кумарин, ангелицин, остол, оксипейцеданин, псорален). В любистоке, произрастающем на территории Московской области, выделены дубильные вещества, полисахариды, органические вещества, эфирное масло и экстрактивные вещества; произрастающем в районе г. Красноярска – легко- и трудногидролизуемые полисахариды, лигнины [16, 17]. Таким образом, на примере анализа Levisticum officinale можно увидеть, что растение содержит в своем составе различные фитохимические соединения и вторичные метаболиты – терпеноиды, флавоноиды, эфирные масла, фталиды, полиацетилены, кумарины, фенилпропаноиды, алкалоиды, дубильные вещества, фенольные кислоты, полиацетилены, которые могут быть использованы в медицинских целях. Однако в научной литературе отмечаются некоторые отличия химического состава растения, которые связаны с периодом и процессом заготовки растительного сырья, возрастом, генотипом растения, климатическими условиями и местом произрастания, а также способом экстракции и методом идентификации и количественного определения биологически активных веществ [10]. Розмарин лекарственный (Rosmarinus officinalis L.) широко культивируется в нашей стране. Преобладающими компонентами эфирного масла розмарина являются 1,8-цинеол и α-пинен. В зависимости от места произрастания растения изменяется качественный состав эфирного масла. Содержание эфирного масла в образцах сырья, собранных на Северном Кавказе, составило 1,12%, в Крыму – 2,4%. В эфирном масле розмарина лекарственного, завезенного на Северный Кавказ, установлено наличие 59 компонентов, а в эфирном масле розмарина, выращенного в Республике Крым, – 45 компонентов. В соответствии с данными, опубликованными в научной литературе, ареал произрастания влияет на преобладание того или иного соединения. Например, в образцах эфирного масла из сырья, заготовленного в Азербайджане, преобладают бициклические терпены (борнеол, борнилацетат, камфен, цинеол, пинен, камфора); сырья, культивируемого в Греции (остров Закинф), – 1,8-цинеол, сырья из Колумбии – α-пинен. Результаты анализа компонентного состава эфирного масла листьев розмарина лекарственного, завезенного в Саудовскую Аравию, Алжир, Пакистан, Сербию, Турцию и Польшу, подтвердили значимые количественные различия в содержании основных компонентов эфирного масла в растениях, произрастающих в разных странах. При этом разброс в процентах от цельного эфирного масла составил: по α-пинену – от 8,90 (Турция) до 28,11 (Польша), по камфену – от 2,64 (Турция) до 11,50 (Алжир), по 1,8-цинеолу – от 16,11 (Сербия) до 38,5 (Пакистан), по борнеолу – от 3,11 (Саудовская Аравия) до 9,5 (Польша), по камфоре – от 3,33 (Турция) до 17,6 (Сербия) [18]. Кроме того, данные зарубежных ученых подтверждают возможность изменения качественного и количественного состава, а также физико-химических показателей эфирного масла из листьев розмарина в зависимости от фазы вегетации растения [19]. Проведенное определение феруловой и розмариновой кислот в образцах препаратов, представленных на рынке РФ, показало значимые различия в содержании этих маркерных соединений корня любистока и розмарина, следовательно, препараты не являются фармацевтически эквивалентными и не могут считаться дженериками (табл. 1). Растительные ЛП представляют собой сложную смесь биологически активных веществ со своей уникальной фито- и физико-химической характеристикой, а также биологической активностью. Содержание биологически активных веществ зависит от множества природных и технологических факторов. Качество препарата, воспроизводимость фармакологической активности и терапевтической эффективности, уровень безопасности во многом зависят от технологии их получения и методов их стандартизации. Вся совокупность указанных особенностей растительных ЛП подчеркивает оригинальность каждого отдельного растительного препарата. Таким образом, особенности препаратов, произведенных из растительного сырья, делают практически невозможным создание полной копии лекарственных средств природного происхождения, за исключением очень редких случаев использования одного и того же ЛРС с получением идентичной растительной активной фармацевтической субстанции с одинаковой стандартизацией. Если ЛП имеет растительное происхождение, то он подлежит регистрации в качестве растительного ЛП1 . Растительные ЛП обычно регистрируются на основании смешанного досье, то есть, как правило, требуется проводить клинические исследования для их регистрации, поскольку подтвердить безопасность и эффективность конкретного растительного препарата можно, только соотнеся его профиль качества с профилем клинической эффективности и безопасности [20]. В случае, если растительный ЛП подпадает под критерии упрощенной регистрации [20] (когда его профили эффективности и безопасности хорошо изучены), можно отказаться от проведения клинических исследований при соблюдении соответствующих регуляторных критериев, включая ограничения в информации о ЛП. Соответствующие положения содержатся в Приложении № 1 к Правилам регистрации и экспертизы лекарственных средств для медицинского применения, утвержденным решением Совета Евразийской экономической комиссии1 . Сравнительный анализ препаратов, аналогичных по составу препарату Канефрон® Н Проведенный анализ представленных на рынке ЛП, совпадающих по перечню лекарственных растений, показал, что оригинальный растительный препарат Канефрон® Н2 содержит в своем составе измельченное ЛРС (порошок): золототысячника трава (Centaurii herba), любистока лекарственного корень (Levistici officinalis radices), розмарина обыкновенного листья (Rosmarini officinalis folia) по 18 мг; выпускается в форме таблеток, покрытых оболочкой, оранжевого цвета двояковыпуклой формы. Регистрационный статус на территории РФ и в странах ЕАЭС – лекарственное средство. В соответствии с кодом ATX G04BX относится к группе «Другие препараты, применяемые в урологии». Фармакотерапевтическая группа – «Средства, применяемые в урологии; другие средства, применяемые в урологии». Разрешен к применению у взрослых и детей старше 6 лет. Применение препарата в период беременности и грудного вскармливания возможно только по назначению врача, в строгом соответствии с рекомендациями по применению и после оценки лечащим врачом соотношения риска и пользы. Препарат применяют3 в комплексной терапии острых и хронических инфекций мочевого пузыря (цистита); при инфекционном и неинфекционном хроническом воспалении почек (пиелонефрит, гломерулонефрит, интерстициальный нефрит); в качестве средства, препятствующего образованию мочевых камней (также после удаления мочевых камней). Препарат 2 содержит в своем составе экстракты травы золототысячника 18 мг, корня любистока 18 мг, розмарина 18 мг и дополнительные компоненты в виде экстракта плодов клюквы 20 мг и экстракта листьев брусники 30 мг. Выпускается в виде капсул белого цвета удлиненной цилиндрической формы. Имеет регистрационный статус БАД и соответственно предназначен для поддержания функции мочевыделительной системы. В детском возрасте, в период беременности не применяется. Препарат 3 представляет собой сбор-порошок из ЛРС: золототысячника травы, любистока лекарственного корней, розмарина лекарственного листьев (1:1:1), с содержанием суммы полифенолов в пересчете на пирогаллол не менее 0,74%. Выпускается в виде таблеток, покрытых оболочкой цвета охры, округлых, двояковыпуклой формы. Регистрационный статус на территории РФ – лекарственное средство. В соответствии с кодом ATX G04BX относится к группе «Препараты для лечения урологических заболеваний другие». Фармакотерапевтическая группа – «Диуретическое средство растительного происхождения». Разрешен к применению у взрослых и детей старше 6 лет. Применение препарата в период беременности и грудного вскармливания возможно только по назначению врача, в строгом соответствии с рекомендациями по применению и после оценки лечащим врачом соотношения риска и пользы. Показан к применению в составе комплексной терапии при лечении хронических инфекций мочевого пузыря (цистита) и почек (пиелонефрита); при неинфекционных хронических воспалениях почек (гломерулонефрит, интерстициальный нефрит); в качестве средства, препятствующего образованию мочевых камней (а также после удаления мочевых камней). Препарат 4 содержит в своем составе экстракты травы золототысячника 18 мг, корня любистока 18 мг, розмарина 18 мг и дополнительный компонент цитрат магния 80 мг. Выпускается в виде таблеток, покрытых оболочкой бледно-оранжевого цвета, двояковыпуклой формы. Имеет регистрационный статус БАД и применяется в качестве дополнительного источника магния, флавоноидов, гидроксикоричных кислот и полифенольных соединений. Имеет ограничения по применению у детей до 6 лет и у женщин в первом триместре беременности. Препарат 5 содержит в своем составе золототысячника траву, любистока лекарственного корень, розмарина обыкновенного листья по 18 мг. Выпускается в виде таблеток, покрытых пленочной оболочкой коричневого цвета, двояковыпуклой формы. Регистрационный статус на территории РФ – лекарственное средство. В соответствии с кодом ATX G04BX относится к группе «Препараты для лечения урологических заболеваний другие». Клинико-фармакологическая группа – «Фитопрепарат, применяемый при заболеваниях почек и мочевыводящих путей». Фармакотерапевтическая группа – «Средства, применяемые в урологии; другие средства, применяемые в урологии». Разрешен к применению у взрослых и детей старше 6 лет. Применение препарата в период беременности и грудного вскармливания возможно только по назначению врача, в строгом соответствии с рекомендациями по применению и после оценки лечащим врачом соотношения риска и пользы. Показания к применению препарата: в комплексной терапии при лечении хронических инфекций мочевого пузыря (цистита) и почек (пиелонефрита); при неинфекционных хронических воспалениях почек (гломерулонефрит, интерстициальный нефрит); в качестве средства, препятствующего образованию мочевых камней (также после удаления мочевых камней). В таблице 2 представлены результаты сравнительного анализа внешнего вида, формы выпуска и количественных характеристик препарата Канефрон® Н и препаратов 2–5. К растительным ЛП применима парадигма «продукт – это процесс», то есть конкретный продукт относится к четко определенному производственному процессу, который нельзя скопировать. Примером является концепция «фитониринг», которая позволяет создавать из ЛРС лекарственные средства с известной концентрацией активных компонентов [21]. В результате проведения биохимического анализа тысяч экземпляров растений розмарина из дикой природы были выделены экземпляры с рекордным содержанием действующих веществ, которые и обусловливают лекарственную ценность данного растения. Семена именно этих растений культивируются компанией «Бионорика». Отобранные семена выращиваются под строгим контролем и только в определенных условиях. Размножается розмарин черенками, так как растение в Европе не дает зрелых семян. Используемое сырье для производства препарата Канефрон® Н выращивается на протяжении двух лет. Большое количество солнечных часов и минимум осадков в условиях средиземноморского климата, селекция посадочного материала привели к тому, что розмарин компании «Бионорика» уникальный – содержит в 5 раз больше эфирного масла, чем предусмотрено Фармакопеей [22]. Производство является высокотехнологичным, процесс запатентован, контроль качества осуществляется на каждом этапе производства. С целью обеспечения качества растительного сырья «Бионорика» руководствуется принципами GACP (Good Agricultural and Collection Practice for Starting Material of Herbal Origin – Надлежащая практика культивирования и сбора лекарственного растительного сырья) и GMP [23]. Фито-аналитические исследования показывают, что производитель обеспечивает постоянство состава в каждой серии. Качественное растительное сырье служит залогом качественного ЛП и в конечном счете влияет на его эффективность и безопасность. Клиническая эффективность и хорошая переносимость препарата Канефрон® Н подтверждены данными более 70 клинических исследований, проведенных как в России, так и за рубежом [24–26]. Исходя из рассмотренной парадигмы «каждый лекарственный растительный препарат уникален в силу целого комплекса природных, культивационных, технологических особенностей, влияющих на полученный в итоге продукт», результаты проводимых клинических исследований должны быть применимы только для этого продукта. Заключение В состав растительных ЛП входит множество биологически активных веществ, которые определяют их фармакологическое действие и терапевтические свойства. Количественный и качественный состав этих веществ изменяется в зависимости от географического происхождения, методов экстракции и технологических процессов, что затрудняет их точное и полное измерение. Вследствие сложной химической природы и трудно поддающейся стандартизации состава действующих веществ, растительный ЛП не может быть признан воспроизведенным, а может рассматриваться как комбинированный ЛП растительного происхождения, в соответствии с нормативно-правовыми требованиями ЕАЭС. Согласно результатам изучения информированности медицинских работников по вопросам референтности и взаимозаменяемости лекарственных средств, 95,2% респондентов регулярно используют в своей работе справочную информацию о лекарственных средствах, однако всего 14,5% врачей знакомы с онлайн-ресурсом Государственного реестра лекарственных средств1 (ГРЛС) и только 1% врачей используют ГРЛС в качестве источника информации о лекарственных средствах. В разделе «Особые отметки» отображается информация о взаимозаменяемых ЛП в виде ссылок на регистрационные удостоверения соответствующих ЛП с эквивалентной лекарственной формой и дозировкой. Такая информация необходима для назначения рациональной фармакотерапии, обеспечивающей надлежащее качество оказания медицинской помощи. Растительные ЛП представляют собой сложную смесь химических веществ, содержание которых зависит от множества природных и технологических факторов и определяет оригинальность каждого отдельного препарата, что не дает возможности воспроизводить в виде дженериков лекарственные средства природного происхождения и говорить об их взаимозаменяемости, за исключением очень редких случаев использования одного и того же ЛРС с получением идентичной растительной активной фармацевтической субстанции с одинаковой стандартизацией.
Литература 1. Батищева Г.А., Мубаракшина О.А., Курбатова Е.И. Оригинальные и воспроизведенные лекарственные препараты в кардиологии: проблемы взаимозаменяемости препаратов бисопролола. Consilium Medicum. 2016; 10: 50–54. 2. Gräfe K.A. Zusatznutzen nicht belegt. I Pharm. Ztg. 10.15.2020. Available at: https://www.pharmazeutischezeitung.de/zusatznutzen-nicht-belegt-120901/ 3. Зырянов С.К., Фитилев С.Б., Шкребнева И.И., Возжаев А.В. Взаимозаменяемость препаратов – клиническая эффективность, безопасность. Неврология, нейропсихиатрия, психосоматика. 2017; (спецвыпуск 1): 4–10. 4. Тарловская Е.И. Генерики и оригинальные препараты: взгляд практического врача. РМЖ. 2008; 5: 333. 5. Ниязов Р.Р., Рождественский Д.А., Васильев А.Н. и др. Регуляторные аспекты регистрации воспроизведенных и гибридных лекарственных препаратов в Евразийском экономическом союзе. Ремедиум. 2018; (7-8): 6–19. 6. Novák I. Effect of harvesting time and plant age on some quality parameters of lovage (Levisticum officinale Koch.). Acta Hortic. 2002; 576: 311–314. 7. Ciocarlan A., Dragalin I., Aricu A. et al. Chemical composition and antimicrobial activity of the Levisticum officinale W.D.J. Koch essential oil. Chem. J. Moldova. 2018; 13(2): 63–68. 8. Złotek U., Szymanowska U., Rybczyńska-Tkaczyk K., Jakubczyk A. Effect of jasmonic acid, yeast extract elicitation, and drying methods on the main bioactive compounds and consumer quality of lovage (Levisticum officinale Koch). Foods. 2020; 9 (3): 323. 9. Kemzūraitė A., Venskutonis P., Baranauskienė R., Navikienė D. Optimization of supercritical CO2 extraction of different anatomical parts of lovage (Levisticum officinale Koch.) using response surface methodology and evaluation of extracts composition. J. Supercrit. Fluids. 2014; 87: 93–103. 10. Кубасова Е.Д., Корельская Г.В., Кубасов Р.В. Любисток лекарственный (Levisticum officinale, f. apiaceae): ареал произрастания, ботаническое описание и химический состав (обзор литературы). Медико-фармацевтический журнал «Пульс». 2021; 23 (9): 67–75. 11. Палий А.Е., Гребенникова О.А., Работягов В.Д., Палий И.Н. Биологически активные вещества пряноароматических и лекарственных растений коллекции никитского ботанического сада. Сборник научных трудов Государственного Никитского ботанического сада. 2014; 139: 107–115. 12. Assessment report on Levisticum officinale Koch, radix. European Medicines Agency, Committee on Herbal Medicinal Products; 2012. Available at: https://www. ema.europa.eu/en/documents/herbal-report/final-assessment-report-levisticum-officinale-koch-radix_ en.pdf 13. León A., Chávez M.I., Delgado G. (1)H and DOSY NMR spectroscopy analysis of Ligusticum porteri rhizome extracts. Magn. Reson. Chem. 2011; 49 (8): 469–476. 14. Ghaedi N., Pouraboli I., Askari N. Antidiabetic properties of hydroalcoholic leaf and stem extract of Levisticum officinale: an implication for α-amylase inhibitory activity of extract ingredients through molecular docking. Iran J. Pharm. Res. 2020; 19 (1): 231–250. 15. Валентинов Б.Г., Наумова Э.М., Олейникова М.М. Сырье традиционной китайской медицины. Rhizoma chuanxiong – корневище любистока сычуаньского. Вестник новых медицинских технологий. 2005; (3–4): 97–100. 16. Овчинникова С.Я., Губанова Л.Б., Орловская Т.В. Количественное определение кумаринов в корневищах и корнях любистока лекарственного. Современные проблемы науки и образования. 2014; (1): 1–7. 17. Наймушина Л.В., Кротова И.В., Гродницкая И.Д., Якименко Е.Е. Исследование химического состава корней и корневищ любистока лекарственного. Вестник КрасГАУ. 2010; (4): 283–287. 18. Тохсырова З.С., Никитина А.С., Попова О.И. и др. Состав эфирного масла побегов розмарина лекарственного, интродуцированного в России. Фармация. 2016; 65 (6): 25–29. 19. Türkmen N., Öz A., Sönmez A. et al. Chemical composition of essential oil from Rosmarinus officinalis L. Leaves J. New Res. Sci. 2014; 3 (6): 27–31. 20. Botanical Drug Development: Guidance for Industry. U.S. Food and Drug Administration; 2016. Available at: https://www.fda.gov/downloads/Drugs/GuidanceComplianceRegulatoryInformation/Guidances/UCM458484. pdf (accessed 19.10.2025). 21. Фитониринг. Доступно по: https://bionorica.ru/ru/ company/nasha-filosofiya/phytoneering.html (дата обращения 02.02.2026). 22. Canephron. Scientific overview of efficacy and safety. Bionorica SE Neumarkt, 2026. 19 р. 23. Долгий путь от растения до лекарственного средства. Доступно по: https://bionorica.ru/ru/company/ nauchnye-issledovaniya/dolgij-put-ot-rasteniyado-lekarstvennogo-sredstva.html (дата обращения 02.02.2026). 24. База данных eLibrary. Доступно по: https://www. elibrary.ru/query_results.asp (дата обращения 02.02.2026). 25. База данных PubMed. Доступно по: https://pubmed. ncbi.nlm.nih.gov/?term = Canephron (дата обращения 02.02.2026). 26. Перепанова Т.С. Обзор эффективности и безопасности препарата Канефрон® Н при лечении и профилактике инфекций мочевыводящих путей у различных групп пациентов. Экспериментальная и клиническая урология. 2024; 17 (2): 10–15.