Корешкина М.И. Изменение подходов к лечению
мигрени. Фармакология & Фармакотерапия. 2025; 1:
90–96.
DOI 10.46393/27132129_2025_1_90–96
Статья посвящена актуальной теме – лечению мигрени – заболевания, которое значительно снижает работоспособ-
ность и ухудшает качество жизни пациентов. В последние годы разработаны четкие рекомендации по подбору препа-
ратов для купирования приступов мигрени и профилактического лечения. В статье представлен обзор рекомендаций
по индивидуальному подбору триптанов, а также даны ответы на животрепещущие вопросы, которые возникают у вра-
чей при лечении данной категории пациентов.
Мигрень привлекает внимание иссле-
дователей, клиницистов и специалистов
фармакологической индустрии
в силу высокой распространенности
и выраженной нетрудоспособности
пациентов. В XXI веке произошли изменения в лечении
мигрени: появились новые классы препаратов для про-
филактического лечения мигрени – моноклональные ан-
титела к кальцитонин-ген-связанному пептиду (CGRP)
и гепанты; опубликованы новые рекомендации по инди-
видуальному подбору триптанов для купирования при-
ступов, международные рекомендации по купированию
приступов и профилактической терапии мигрени, бла-
годаря которым врачи имеют возможность получить
качественно новый результат в лечении мигрени, умень-
шить нетрудоспособность и улучшить качество жизни
пациентов.
Эпидемиология мигрени
Мигрень – это первичная головная боль, которой,
по данным Всемирной организации здравоохранения
(ВОЗ), страдают 16,3% населения мира – 1 160 000 000 че-
ловек – более миллиарда жителей планеты [1].
По данным исследований, в Германии отме-
чена более высокая частота встречаемости мигрени
в популяции старше 20 лет – до 23% в целом, а среди
женщин – 29% [2]. Распространенность заболевания
достигает пика в возрастной группе от 35 до 39 лет,
и около 75% пациентов сообщают о начале мигрени
в возрасте до 35 лет [3]. Отличительным признаком
мигрени является односторонняя (но может быть
и двусторонняя), чаще пульсирующая головная боль,
сопровождаемая тошнотой, фото- и фонофобией, сни-
жением работоспособности [4].
Нетрудоспособность
Мигрень привлекает внимание вследствие вы-
сокой нетрудоспособности, обусловленной присту-
пами. Под нетрудоспособностью понимают не только
дни, пропущенные вследствие приступов мигрени, –
так называемый эбсентеизм, когда пациенты пропускают
работу, вынуждены обращаться за неотложной
помощью и даже могут быть госпитализированы,
но и выраженное снижение трудоспособности – пре-
зентеизм, при котором пациент присутствует на ра-
бочем месте, но не может полноценно работать из-за
головной боли. По данным исследований, эти потери
могут достигать 43–50%. При этом производитель-
ность труда может снизиться на 45–59%, а общая ак-
тивность, включая домашнюю работу и социальную
жизнь пациентов, – на 44–57% [5, 6]. Снижение ра-
ботоспособности можно оценивать по-разному – на-
пример, эксперты ВОЗ учитывают годы, прожитые
с нетрудоспособностью из-за мигрени. По данному
показателю нетрудоспособности мигрень занимает
одну из лидирующих позиций среди всех заболева-
ний [6, 7].
В исследование, посвященное профессионально-
му выгоранию пациентов с мигренью, было включено
675 пациентов с данным заболеванием и 232 человека,
не страдавших мигренью. Все участники исследования
заполняли анкету. Основными факторами, представляв-
шими интерес, были диагноз мигрени и ее тяжесть, пер-
вичным результатом – профессиональное выгорание.
Тяжесть мигрени и связанную с ней нетрудоспособность
оценивали с помощью шкалы оценки нетрудоспособ-
ности из-за мигрени (Migraine Disability Assessment –
MIDAS). Пациенты с мигренью сообщили о значительно
более высоком уровне профессионального выгорания
(средний балл выгорания – 3,46 против 2,82 у здоровых
испытуемых). Результаты подчеркивают необходимость
корректировки рабочего места для поддержки участия
пациентов с мигренью в рынке труда [8].
Новые данные о патофизиологии мигрени
и клинические модели
Патофизиология мигрени постоянно изучается.
Часто встречается семейный анамнез мигрени, насле-
дуемость составляет примерно 42% [9]. В метаанализе
ассоциаций по всему геному было выявлено 38 локусов,
связанных с мигренью, и установлено, что варианты
риска
мигрени обогащены в генах, связанных с сосудистыми
и висцеральными гладкими мышцами [10]. Эти ре-
зультаты очень важны, поскольку васкулярное участие
в патогенезе мигрени обсуждалось на протяжении мно-
гих лет [11]. Согласно объединенным результатам двух
самых последних и самых мощных исследований ассо-
циаций по всему геному, выявлен 181 независимый од-
нонуклеотидный полиморфизм, тесно связанный с мигренью,
из которых 99 были выделены H. Hautakangas
и соавт. [12], 11 – H. Choquet и соавт. [13], а 68 – обеими
группами исследователей [14].
Исследования патофизиологии мигрени, в ко-
торых использовалась функциональная магнитно-ре-
зонансная томография (МРТ), дополнили наши пред-
ставления о заболевании [15]. Функциональную МРТ
проводили ежедневно в течение 4 недель пациентам
с 3–4 приступами мигрени в месяц и здоровым добро-
вольцам. Пациенты не купировали приступы и не при-
меняли никаких лекарственных препаратов. Установле-
но, что показатели функционального состояния покоя
значительно меняются на разных стадиях цикла мигре-
ни. В рамках анализа связей в головном мозге показа-
на значительно измененная связь с левой миндалиной,
левым гиппокампом и левой парагиппокампальной
извилиной при сравнении результатов сканирования
за 24 часа и за 3 дня до начала головной боли. Это ука-
зывает на преобладающую роль данных областей мозга
в преиктальной фазе (фазе продромы) мигрени. Неза-
долго до начала и во время приступов мигрени повы-
шается активность моста. С помощью этих уникальных
данных можно выявить типичные изменения в функ-
циональных связях, вовлеченных в преиктальную и ик-
тальную фазы мигрени.
Данные, полученные при проведении функциональной
МРТ как во время приступов мигрени, так
и в безболевой период, свидетельствуют о том, что из-
менения в дофаминергических сетях и их связи с дор-
сальным ростральным мостом могут играть важную
роль в возникновении приступа мигрени и что функ-
циональная связь между дорсальным ростральным
мостом и гипоталамусом является основным механиз-
мом поддержания боли при мигрени. Изменения в до-
фаминергических центрах и между дорсальным мостом
и гипоталамусом важны для возникновения и поддер-
жания приступа мигрени. Обнаруженные изменения
определенной сети областей мозга при визуализации
состояния покоя без задач подразумевают, что не толь-
ко передача тригеминального ноцицептивного входа
изменяется при начале приступа, но и состояние моз-
га при мигрени в межприступный период определяет
возникновение приступа и поддержание боли при мигрени
[15]. Установлено, что изменения в функциони-
ровании мозга наступают за день до начала приступа
и не проходят после окончания болевого синдрома.
Таким образом, правильное купирование приступов,
например с использованием специализированных
препаратов для мигрени – триптанов, уменьшает дли-
тельность данных изменений. Мы не можем купиро-
вать триптанами приступ в фазе продромы, но можем
не только остановить головную боль, тошноту, фото-
и фонофобию, но и нормализовать функции мозго-
вых структур, а также тонус сосудов головного мозга,
что показано в ряде исследований [16].
Проведены исследования, направленные на создание
клинической модели мигрени и разработку
на базе этой модели новых лекарственных средств
для купирования приступов и профилактического
лечения. В клинических моделях мигрени были иден-
тифицированы сигнальные молекулы, участвующие
в ее генезе [17]. Эти молекулы являются мощными
вазодилататорами, широко распространены в триге-
миноваскулярной системе и включают CGRP, гипо-
физарный аденилатциклазоактивирующий пептид
38 (PACAP-38) [18] и оксид азота. В исследованиях
с участием
здоровых добровольцев и пациентов с ми-
гренью, которым вводили данные вещества, установ-
лено, что под воздействием последних у пациентов
с мигренью развиваются приступы болезни, тогда
как здоровые люди сообщали о легкой головной боли
или ее отсутствии. Создание клинических моделей
мигрени также повлекло за собой разработку препа-
ратов, направленных на CGRP или его рецептор [19].
Три небольших антагониста рецепторов CGRP (гепан-
ты) оказались полезными для купирования приступов
мигрени,
а четыре моноклональных антитела, наце-
ленных на CGRP или его рецептор, – для профилакти-
ки мигрени. Препараты, направленные на PACAP-38
или рецептор полипептида, активирующего аденилат-
циклазу гипофиза 1 (PAC1), также были разработаны
для профилактики мигрени [20].
Лечение мигрени: купирование приступов
и профилактическая терапия
Клиническое ведение мигрени должны начинать
и проводить врачи первичного звена, в диагностически
сложных или не поддающихся лечению случаях пациен-
тов следует направлять к специалистам по диагностике
и лечению головной боли [21]. Основой лечения явля-
ется фармакологическая терапия, которая включает
купирование приступов и профилактическую терапию
в сочетании с нефармакологическими методами, ис-
пользуемыми в дополнение к лекарствам.
В XXI веке произошли изменения, заключающиеся
не только в появлении новых классов препара-
тов, но и в подходах к лечению мигрени. Эти изменения
можно разделить на следующие группы:
• изменение стратифицированного подхода к ку-
пированию приступов мигрени и появление но-
вых рекомендаций по купированию приступов;
• новые рекомендации по подбору триптана инди-
видуально для каждого пациента;
• появление новых классов препаратов для купиро-
вания приступов – гепантов и дитанов;
• изменения в профилактическом лечении – по-
мимо уже известных в последние годы моно-
клональных антител к CGRP, которые успешно
применяют в России, появляется новый класс
препаратов – гепанты для профилактического ле-
чения мигрени;
• триптаны как препараты для купирования при-
ступов хорошо сочетаются как с моноклональны-
ми антителами к CGRP, так и с гепантами, что от-
крывает новые возможности для практических
врачей, занимающихся диагностикой и лечением
головной боли.
При купировании приступа мигрени и исполь-
зовании стратифицированного подхода к подбору пре-
парата ранее учитывали выраженность головной боли
у пациента: при легкой боли рекомендовали препа-
рат из группы нестероидных противовоспалительных
средств (НПВС), при средней и сильной – триптаны,
препараты, специально созданные для купирования
приступов мигрени [21]. В настоящее время анализиру-
ют не выраженность головной боли, а степень снижения
трудоспособности человека – при легком снижении ак-
тивности по-прежнему используют НПВС, при средней
и выраженной нетрудоспособности – триптаны [22, 23].
Триптаны были созданы более 35 лет назад для купиро-
вания приступов мигрени. Они являются селективными
агонистами серотониновых 5HT1-рецепторов, снижают
возбудимость таламуса и других структур головного
мозга, которые активируются во время приступа мигре-
ни. Триптаны не только снижают выраженность голов-
ной боли, но и уменьшают тошноту, рвоту, фото- и фоно-
фобию, восстанавливают функциональную активность.
В 2022 г. были пересмотрены подходы к подбору
триптана для лечения приступов мигрени [24]. Кон-
сенсус был создан большой группой авторов – членов
Европейской федерации головной боли, его положения
были подтверждены на практике. В консенсусе пред-
ставлен ряд рекомендаций по последовательному под-
бору триптана индивидуально для каждого пациента.
В первую очередь рекомендовано купировать каждым
препаратом четыре последовательных приступа мигре-
ни подряд. Если препарат успешно справляется с тремя
из четырех приступов, он подходит пациенту и может
быть использован в дальнейшем. Если препарат не был
эффективен, следует попробовать другую молекулу
триптана и повторить купирование четырех последова-
тельных приступов мигрени.
В настоящее время в РФ представлены четыре
молекулы триптанов: суматриптан, элетриптан, зол-
митриптан и ризатриптан. Элетриптан, золмитриптан
и ризатриптан – препараты второго поколения, харак-
теризующиеся улучшенной переносимостью и более
высокой эффективностью. Таким образом, у пациента
есть возможность выбора. Если ему не помогают табле-
тированные формы препарата или беспокоит тошнота
и/или
рвота, следует перейти на новые формы трип-
танов. Причем можно начинать лечение не с таблети-
рованных, а с инновационных форм триптанов, так
как они обладают целым рядом преимуществ: быстрое
действие, отсутствие необходимости запивать таблетку
водой, отсутствие взаимодействия со слизистой оболоч-
кой желудка и двенадцатиперстной кишки. Данные пре-
имущества имеют большую практическую значимость
и для врачей, и для пациентов. В России представлены
назальный спрей золмитриптана и инновационная фор-
ма – диспергируемая на языке таблетка ризатриптана –
препарат Капориза [25]. Очень важен ранний прием
триптана, но не в период продромы, а в начале разви-
тия головной боли во время приступа мигрени. В случае
если пациент опаздывает со своевременным приемом
препарата, ему на помощь придут триптаны, характери-
зующиеся более быстрым развитием противоболевого
эффекта, такие как ризатриптан в диспергируемой фор-
ме – Капориза. Использование диспергируемой формы
триптана возможно не только у пациентов с тошнотой
и/или рвотой – предложить попробовать препарат в но-
вой форме для купирования приступа можно всем па-
циентам: высока вероятность, что он будет более удобен
для пациента вследствие отсутствия необходимости
запивать водой и быстроты действия. В исследованиях
показано, что пациенты отдают предпочтение именно
диспергируемым формам препаратов и чаще при этом
выбирают диспергируемый ризатриптан [26].
В 2024 г. опубликованы новые рекомендации
Международного общества головной боли (International
Headache Society) [27]. Они созданы большой группой
международных экспертов по головной боли и содер-
жат пошаговые инструкции для врачей общей практики
и неврологов по подбору препаратов для купирования
приступов мигрени. В данном обширном документе
даны ответы на вопросы, которые часто волнуют прак-
тических врачей, например: если триптан эффективенлишь частично, следует ли увеличить дозу? Эксперты
предлагают увеличить дозу до максимально рекомен-
дуемой для этого триптана при следующем приступе.
Если ответ все еще недостаточен, при очередном при-
ступе нужно перейти на другой путь введения – дис-
пергируемая таблетка, назальный спрей или препараты
для инъекций (не зарегистрированы в РФ) либо на дру-
гой триптан.
Если триптан недостаточно эффективен, его
можно комбинировать с любой быстродействующей пе-
роральной формой НПВС (из списка рекомендованных
для купирования приступов мигрени). Впервые в офи-
циальных рекомендациях появилось положение о том,
что комбинированные анальгетики не следует исполь-
зовать для купирования приступов мигрени. Данное
положение очень важно в связи с тем, что у российских
пациентов часто наблюдается головная боль, обуслов-
ленная злоупотреблением лекарственными средствами,
в первую очередь комбинированными анальгетиками.
Лекарственно индуцированная головная боль (ЛИГБ)
является вторичной и возникает при наличии первич-
ной головной боли (наиболее часто это мигрень). ЛИГБ
диагностируют, если пациент применяет комбиниро-
ванные анальгетики 10 дней в месяц в течение 3 меся-
цев [28], при употреблении НПВС 15 и более дней в ме-
сяц, триптанов в течение 10 дней и более.
И в международных, и в российских рекоменда-
циях вновь поднимается вопрос о раннем использова-
нии триптанов для купирования приступов мигрени,
но не в фазу продромы. Пациентам с мигренью без ауры
следует принимать препарат для купирования присту-
па, пока интенсивность боли еще незначительна, пред-
почтительно как можно раньше в фазе головной боли.
Пациентам с мигренью с аурой следует принимать пре-
парат, как только начинается фаза головной боли.
При наличии тошноты и/или рвоты рекомендова-
ны непероральные формы лекарств, такие как подкож-
ные инъекции (не зарегистрированы в РФ), интрана-
зальный спрей или орально диспергируемые таблетки.
При рецидиве головной боли при успешном купиро-
вании приступа мигрени (повторное возникновение
мигрени любой интенсивности в течение 48 часов после
освобождения от боли при купировании приступа)
нужно повторно принять тот же препарат в рекомендуемой
дозе. Если этот подход неэффективен, следует пе-
рейти на другой препарат.
Сочетание триптана с НПВС также может быть
приемлемым вариантом. Важно подождать не менее
2 часов после приема первой дозы, прежде чем повто-
рять комбинированное лечение.
В ежедневной практике врачей встречаются па-
циенты старше 65 лет, у которых мигрень не исчезла
с возрастом. Какие препараты предпочтительны для лю-
дей старше 65 лет с приступом мигрени? Эксперты кон-
статируют, что в настоящий момент данная проблема
не имеет полноценного решения, и рекомендуют па-
циентам старше 65 лет с нормальной функцией печенипринимать парацетамол/ацетаминофен в качестве тера-
пии первой линии. Также можно использовать комби-
нации парацетамола с кофеином, но рекомендуется со-
блюдать осторожность во избежание рисков, связанных
с чрезмерным употреблением кофеина, включая ЛИГБ
и головную боль от отмены кофеина. В качестве вари-
анта терапии второй линии рекомендованы ацетилса-
лициловая кислота и НПВС при условии мониторинга
потенциальных побочных эффектов, связанных с же-
лудочно-кишечным кровотечением, почечной и пече-
ночной недостаточностью. У лиц без неконтролируемой
гипертонии или серьезных сердечно-сосудистых или це-
реброваскулярных заболеваний возможно использовать
триптаны в качестве варианта лечения третьей линии
(в инструкции всех триптанов в РФ указан предель-
ный возраст назначения триптанов – 65 лет). Ласмиди-
тан и гепанты (не зарегистрированы для купирования
приступов мигрени в РФ) являются альтернативными
вариантами для лиц с противопоказаниями или не реагирующих
на триптаны. Дитаны (5-HT1F-агонисты),
например ласмидитан, воздействуют на серотониновые
рецепторы 5-HT1F, не вызывая сужения сосудов, что об-
условливает их безопасность для пациентов с сердеч-
но-сосудистыми заболеваниями, которым противопо-
казаны триптаны.
Аналогичный подход к купированию приступов
мигрени при наличии в анамнезе инсульта, других со-
судистых заболеваний или неконтролируемой гипер-
тензии – таким пациентам рекомендован парацетамол
в качестве первой линии лечения, а ласмидитан или ге-
панты – в качестве вариантов второй линии. Можно
использовать НПВС, но их прием следует ограничить,
учитывая сопутствующее применение антитромботи-
ческой терапии; может быть полезной вспомогательная
терапия противорвотными средствами.
Одним из показаний для профилактической те-
рапии мигрени является неэффективность или невоз-
можность использования препаратов для купирования
приступов мигрени. В 2024 г. были опубликованы новые
рекомендации Международного общества головной
боли по профилактическому медикаментозному лече-
нию мигрени [29]. К сожалению, в России диагностика
мигрени недостаточна [30], для купирования присту-
пов не используются специализированные препара-
ты – триптаны, а профилактическая терапия мигрени
или не назначается вовсе, или назначаются ноотропы,
антидепрессанты – ингибиторы обратного захвата серо-
тонина и другие лекарственные средства, не указанные
ни в российских, ни в международных клинических ре-
комендациях [31].
Профилактическое медикаментозное лечение
предложено начать, если присутствует одно или не-
сколько из следующих условий:
• 4 или более дней с головной болью в месяц;
• мигрень влияет на личную, социальную и про-
фессиональную жизнь в соответствии с личным
восприятием пациента;
для облегчения мигрени;
• для лечения приступов часто используются пре-
параты [29].
Рекомендовано оценивать эффективность про-
филактического лечения мигрени пероральными пре-
паратами через 3 месяца при целевой дозе; минимум
через 3 месяца для инъекционных препаратов, принима-
емых ежемесячно, и минимум через 6 месяцев для инъ-
екционных препаратов, принимаемых ежеквартально.
Таким образом, еще раз подчеркивается, что при любом
варианте лечения необходимо время для получения
результата.
Появление нового класса препаратов для профи-
лактического лечения мигрени в реальной клинической
практике – моноклональных антител к CGRP – вдохнуло
новую жизнь в применение триптанов для купирования
приступов. С одной стороны, моноклональные антитела
больше помогают пациентам, которые успешно купиру-
ют приступы мигрени триптанами [32], с другой сторо-
ны, при получении эффекта от профилактического ле-
чения пациентам начинают вновь помогать триптаны,
эффективность которых уменьшилась со временем [33].
Таким образом, врач на амбулаторном приеме может по-
добрать одновременно препарат из группы триптанов,
специально созданный для купирования приступа мигрени,
и специализированный препарат для профилакти-
ческого лечения мигрени – один из двух присутствую-
щих в РФ моноклональных антител к CGRP – эренумаб
или фреманезумаб, которые рекомендованы в качестве
первой линии профилактического лечения мигрени [27].
Выводы
Благодаря появлению новых рекомендаций
по купированию приступов мигрени и подбору профи-
лактического лечения врачи имеют возможность полу-
чить качественно новый результат в лечении мигрени,
уменьшить нетрудоспособность и улучшить качество
жизни пациентов.
Литература
1. GBD 2021 Nervous System Disorders Collaborators.
Global, regional, and national burden of disorders affecting
the nervous system, 1990–2021: a systematic analysis for the
Global Burden of Disease Study 2021. Lancet Neurol. 2024;
23 (4): 344–381.
2. Seddik A.H., Branner J.C., Ostwald D.A. et al. The
socioeconomic burden of migraine: an evaluation
of productivity losses due to migraine headaches based on
a population study in Germany. Cephalalgia. 2020; 40 (14):
1551–1560.
3. Stovner L.J., Nichols E., Steiner T.J. et al. Global, regional,
and national burden of migraine and tension-type headache,
1990–2016: a systematic analysis for the Global Burden
of Disease Study 2016. Lancet Neurol. 2018; 17: 954–976.
4. Headache Classification Committee of the International
Headache Society (IHS). The international classification
of headache disorders, 3rd edn. Cephalalgia. 2018; 38 (1):
1–211.
5. Buse D.C., Pozo-Rosich P., Dupont-Benjamin L. et al. Impact
of headache frequency and preventive medication failure
on quality of life, functioning, and costs among individuals
with migraine across several European countries: need
for effective preventive treatment. J. Headache Pain. 2023;
24 (1): 115.
6. Dodick D.W., Reed M.L., Lee L. et al. Impact of headache
frequency and preventive treatment failure on quality of life,
disability, and direct and indirect costs among individuals
with episodic migraine in the United States. Headache.
2024; 64 (4): 361–373.
7. GBD 2021 Diseases and Injuries Collaborators. Global
incidence, prevalence, years lived with disability (YLDs),
disability-adjusted life-years (DALYs), and healthy life
expectancy (HALE) for 371 diseases and injuries in 204
countries and territories and 811 subnational locations,
1990–2021: a systematic analysis for the Global Burden of
Disease Study 2021. Lancet. 2024; 403 (10440): 2133–2161.
8. Peles I., Sharvit S., Zlotnik Y. et al. Migraine and work –
beyond absenteeism: migraine severity and occupational
burnout – a cohort study. Cephalalgia. 2024; 44 (10):
3331024241289930.
9. Polderman T.J., Benyamin B., de Leeuw C.A. et al. Metaanalysis
of the heritability of human traits based on fifty
years of twin studies. Nat. Genet. 2015; 47 (7): 702–709.
10. Gormley P., Anttila V., Winsvold B.S. et al. Meta-analysis
of 375,000 individuals identifies 38 susceptibility loci for
migraine. Nat. Genet. 2016; 48 (8): 856–866.
11. Olesen J., Burstein R., Ashina M., Tfelt-Hansen P. Origin
of pain in migraine: evidence for peripheral sensitisation.
Lancet Neurol. 2009; 8 (7): 679–690.
12. Hautakangas H., Winsvold B.S., Ruotsalainen S.E. et al.
Genome-wide analysis of 102,084 migraine cases identifies
123 risk loci and subtype-specific risk alleles. Nat. Genet.
2022; 54 (2): 152–160.
13. Choquet H., Yin J., Jacobson A.S. et al. New and sexspecific
migraine susceptibility loci identified from
a multiethnic genome-wide meta-analysis. Commun. Biol.
2021; 4 (1): 864.
14. Harder A.V.E., Terwindt G.M., Nyholt D.R., van den
Maagdenberg A.M.J.M. Migraine genetics: status and road
forward. Cephalalgia. 2023; 43 (2): 3331024221145962.
15. Schulte L.H., Menz M.M., Haaker J., May A. The migraineur’s
brain networks: continuous resting state fMRI over 30 days.
Cephalalgia. 2020; 40 (14): 1614–1621.
16. Amin F.M., Asghar M.S., Hougaard A. et al. Magnetic
resonance angiography of intracranial and extracranial
arteries in patients with spontaneous migraine without
aura: a cross-sectional study. Lancet Neurol. 2013; 12 (5):
454–461.
17. Ashina M., Hansen J.M., Á Dunga B.O., Olesen J. Human
models of migraine – short-term pain for long-term gain.
Nat. Rev. Neurol. 2017; 13 (12): 713–724.
18. Amin F.M., Hougaard A., Schytz H.W. et al. Investigation
of the pathophysiological mechanisms of migraine
attacks induced by pituitary adenylate cyclase-activating
polypeptide-38. Brain. 2014; 137 (Pt. 3): 779–794.
19. Ashina M., Hansen J.M., Do T.P. et al. Migraine and the
trigeminovascular system – 40 years and counting. Lancet
Neurol. 2019; 18 (8): 795–804.
20. Moldovan Loomis C., Dutzar B., Ojala E.W. et al.
Pharmacologic characterization of ALD1910, a potent
humanized monoclonal antibody against the pituitary
adenylate cyclase-activating peptide. J. Pharmacol. Exp.
Ther. 2019; 369 (1): 26–36.
21. Steiner T.J., Jensen R., Katsarava Z. et al. Aids to management
of headache disorders in primary care (2nd edition): on
behalf of the European Headache Federation and Lifting
the Burden: the Global Campaign against Headache.
J. Headache Pain. 2019; 20 (1): 57.
22. Ashina M., Buse D.C., Ashina H. et al. Migraine: integrated
approaches to clinical management and emerging
treatments. Lancet. 2021; 397 (10283): 1505–1518.
23. Ashina M. Migraine. N. Engl. J. Med. 2020; 383 (19): 1866–
1876.
24. Sacco S., Amin F.M., Ashina M. et al. European Headache
Federation guideline on the use of monoclonal antibodies
targeting the calcitonin gene related peptide pathway for
migraine prevention – 2022 update. J. Headache Pain. 2022;
23 (1): 67.
25. Табеева Г.Р., Амелин А.В., Ахмадеева Л.Р. и др. Оптими-
зация купирования приступов мигрени. Неврология,
психиатрия, психосоматика. 2023; 15 (2): 126–133.
26. Cameron C., Kelly S., Hsieh S.C. et al. Triptans in the acute
treatment of migraine: a systematic review and network
meta-analysis. Headache. 2015; 55 (Suppl. 4): 221–235.
27. Мигрень. Клинические рекомендации Министерства
здравоохранения РФ. 2024.
28. Puledda F., Sacco S., Diener H.C. et al. International
Headache Society global practice recommendations for the
acute pharmacological treatment of migraine. Cephalalgia.
2024; 44 (8): 3331024241252666.
29. Puledda F., Sacco S., Diener H.C. et al. International
Headache Society global practice recommendations
for preventive pharmacological treatment of migraine.
Cephalalgia. 2024; 44 (9): 3331024241269735.
30. Амелин А.В., Богданова Ю.Н., Корешкина М.И. и др.
Диагностика первичных и симптоматических форм
хронической ежедневной головной боли. Журнал
неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2011;
111 (4): 82–84.
31. Табеева Г.Р., Амелин А.В., Ахмадеева Л.Р. и др. Пути
оптимизации ведения пациентов с мигренью в Рос-
сии (резолюция совета экспертов). Журнал невроло-
гии и психиатрии им. C.C. Корсакова. 2018; 118 (6):
124–128.
32. Salem-Abdou H., Simonyan D., Puymirat J. Identification of
predictors of response to Erenumab in a cohort of patients
with migraine. Cephalalgia Reports. 2021; 4: 1–8.
33. Frattale I., Caponnetto V., Casalena A. et al. Association
between response to triptans and response to Erenumab:
real-life data. J. Headache Pain. 2021; 22 (1): 1.
мигрени. Фармакология & Фармакотерапия. 2025; 1:
90–96.
DOI 10.46393/27132129_2025_1_90–96
Статья посвящена актуальной теме – лечению мигрени – заболевания, которое значительно снижает работоспособ-
ность и ухудшает качество жизни пациентов. В последние годы разработаны четкие рекомендации по подбору препа-
ратов для купирования приступов мигрени и профилактического лечения. В статье представлен обзор рекомендаций
по индивидуальному подбору триптанов, а также даны ответы на животрепещущие вопросы, которые возникают у вра-
чей при лечении данной категории пациентов.
Мигрень привлекает внимание иссле-
дователей, клиницистов и специалистов
фармакологической индустрии
в силу высокой распространенности
и выраженной нетрудоспособности
пациентов. В XXI веке произошли изменения в лечении
мигрени: появились новые классы препаратов для про-
филактического лечения мигрени – моноклональные ан-
титела к кальцитонин-ген-связанному пептиду (CGRP)
и гепанты; опубликованы новые рекомендации по инди-
видуальному подбору триптанов для купирования при-
ступов, международные рекомендации по купированию
приступов и профилактической терапии мигрени, бла-
годаря которым врачи имеют возможность получить
качественно новый результат в лечении мигрени, умень-
шить нетрудоспособность и улучшить качество жизни
пациентов.
Эпидемиология мигрени
Мигрень – это первичная головная боль, которой,
по данным Всемирной организации здравоохранения
(ВОЗ), страдают 16,3% населения мира – 1 160 000 000 че-
ловек – более миллиарда жителей планеты [1].
По данным исследований, в Германии отме-
чена более высокая частота встречаемости мигрени
в популяции старше 20 лет – до 23% в целом, а среди
женщин – 29% [2]. Распространенность заболевания
достигает пика в возрастной группе от 35 до 39 лет,
и около 75% пациентов сообщают о начале мигрени
в возрасте до 35 лет [3]. Отличительным признаком
мигрени является односторонняя (но может быть
и двусторонняя), чаще пульсирующая головная боль,
сопровождаемая тошнотой, фото- и фонофобией, сни-
жением работоспособности [4].
Нетрудоспособность
Мигрень привлекает внимание вследствие вы-
сокой нетрудоспособности, обусловленной присту-
пами. Под нетрудоспособностью понимают не только
дни, пропущенные вследствие приступов мигрени, –
так называемый эбсентеизм, когда пациенты пропускают
работу, вынуждены обращаться за неотложной
помощью и даже могут быть госпитализированы,
но и выраженное снижение трудоспособности – пре-
зентеизм, при котором пациент присутствует на ра-
бочем месте, но не может полноценно работать из-за
головной боли. По данным исследований, эти потери
могут достигать 43–50%. При этом производитель-
ность труда может снизиться на 45–59%, а общая ак-
тивность, включая домашнюю работу и социальную
жизнь пациентов, – на 44–57% [5, 6]. Снижение ра-
ботоспособности можно оценивать по-разному – на-
пример, эксперты ВОЗ учитывают годы, прожитые
с нетрудоспособностью из-за мигрени. По данному
показателю нетрудоспособности мигрень занимает
одну из лидирующих позиций среди всех заболева-
ний [6, 7].
В исследование, посвященное профессионально-
му выгоранию пациентов с мигренью, было включено
675 пациентов с данным заболеванием и 232 человека,
не страдавших мигренью. Все участники исследования
заполняли анкету. Основными факторами, представляв-
шими интерес, были диагноз мигрени и ее тяжесть, пер-
вичным результатом – профессиональное выгорание.
Тяжесть мигрени и связанную с ней нетрудоспособность
оценивали с помощью шкалы оценки нетрудоспособ-
ности из-за мигрени (Migraine Disability Assessment –
MIDAS). Пациенты с мигренью сообщили о значительно
более высоком уровне профессионального выгорания
(средний балл выгорания – 3,46 против 2,82 у здоровых
испытуемых). Результаты подчеркивают необходимость
корректировки рабочего места для поддержки участия
пациентов с мигренью в рынке труда [8].
Новые данные о патофизиологии мигрени
и клинические модели
Патофизиология мигрени постоянно изучается.
Часто встречается семейный анамнез мигрени, насле-
дуемость составляет примерно 42% [9]. В метаанализе
ассоциаций по всему геному было выявлено 38 локусов,
связанных с мигренью, и установлено, что варианты
риска
мигрени обогащены в генах, связанных с сосудистыми
и висцеральными гладкими мышцами [10]. Эти ре-
зультаты очень важны, поскольку васкулярное участие
в патогенезе мигрени обсуждалось на протяжении мно-
гих лет [11]. Согласно объединенным результатам двух
самых последних и самых мощных исследований ассо-
циаций по всему геному, выявлен 181 независимый од-
нонуклеотидный полиморфизм, тесно связанный с мигренью,
из которых 99 были выделены H. Hautakangas
и соавт. [12], 11 – H. Choquet и соавт. [13], а 68 – обеими
группами исследователей [14].
Исследования патофизиологии мигрени, в ко-
торых использовалась функциональная магнитно-ре-
зонансная томография (МРТ), дополнили наши пред-
ставления о заболевании [15]. Функциональную МРТ
проводили ежедневно в течение 4 недель пациентам
с 3–4 приступами мигрени в месяц и здоровым добро-
вольцам. Пациенты не купировали приступы и не при-
меняли никаких лекарственных препаратов. Установле-
но, что показатели функционального состояния покоя
значительно меняются на разных стадиях цикла мигре-
ни. В рамках анализа связей в головном мозге показа-
на значительно измененная связь с левой миндалиной,
левым гиппокампом и левой парагиппокампальной
извилиной при сравнении результатов сканирования
за 24 часа и за 3 дня до начала головной боли. Это ука-
зывает на преобладающую роль данных областей мозга
в преиктальной фазе (фазе продромы) мигрени. Неза-
долго до начала и во время приступов мигрени повы-
шается активность моста. С помощью этих уникальных
данных можно выявить типичные изменения в функ-
циональных связях, вовлеченных в преиктальную и ик-
тальную фазы мигрени.
Данные, полученные при проведении функциональной
МРТ как во время приступов мигрени, так
и в безболевой период, свидетельствуют о том, что из-
менения в дофаминергических сетях и их связи с дор-
сальным ростральным мостом могут играть важную
роль в возникновении приступа мигрени и что функ-
циональная связь между дорсальным ростральным
мостом и гипоталамусом является основным механиз-
мом поддержания боли при мигрени. Изменения в до-
фаминергических центрах и между дорсальным мостом
и гипоталамусом важны для возникновения и поддер-
жания приступа мигрени. Обнаруженные изменения
определенной сети областей мозга при визуализации
состояния покоя без задач подразумевают, что не толь-
ко передача тригеминального ноцицептивного входа
изменяется при начале приступа, но и состояние моз-
га при мигрени в межприступный период определяет
возникновение приступа и поддержание боли при мигрени
[15]. Установлено, что изменения в функциони-
ровании мозга наступают за день до начала приступа
и не проходят после окончания болевого синдрома.
Таким образом, правильное купирование приступов,
например с использованием специализированных
препаратов для мигрени – триптанов, уменьшает дли-
тельность данных изменений. Мы не можем купиро-
вать триптанами приступ в фазе продромы, но можем
не только остановить головную боль, тошноту, фото-
и фонофобию, но и нормализовать функции мозго-
вых структур, а также тонус сосудов головного мозга,
что показано в ряде исследований [16].
Проведены исследования, направленные на создание
клинической модели мигрени и разработку
на базе этой модели новых лекарственных средств
для купирования приступов и профилактического
лечения. В клинических моделях мигрени были иден-
тифицированы сигнальные молекулы, участвующие
в ее генезе [17]. Эти молекулы являются мощными
вазодилататорами, широко распространены в триге-
миноваскулярной системе и включают CGRP, гипо-
физарный аденилатциклазоактивирующий пептид
38 (PACAP-38) [18] и оксид азота. В исследованиях
с участием
здоровых добровольцев и пациентов с ми-
гренью, которым вводили данные вещества, установ-
лено, что под воздействием последних у пациентов
с мигренью развиваются приступы болезни, тогда
как здоровые люди сообщали о легкой головной боли
или ее отсутствии. Создание клинических моделей
мигрени также повлекло за собой разработку препа-
ратов, направленных на CGRP или его рецептор [19].
Три небольших антагониста рецепторов CGRP (гепан-
ты) оказались полезными для купирования приступов
мигрени,
а четыре моноклональных антитела, наце-
ленных на CGRP или его рецептор, – для профилакти-
ки мигрени. Препараты, направленные на PACAP-38
или рецептор полипептида, активирующего аденилат-
циклазу гипофиза 1 (PAC1), также были разработаны
для профилактики мигрени [20].
Лечение мигрени: купирование приступов
и профилактическая терапия
Клиническое ведение мигрени должны начинать
и проводить врачи первичного звена, в диагностически
сложных или не поддающихся лечению случаях пациен-
тов следует направлять к специалистам по диагностике
и лечению головной боли [21]. Основой лечения явля-
ется фармакологическая терапия, которая включает
купирование приступов и профилактическую терапию
в сочетании с нефармакологическими методами, ис-
пользуемыми в дополнение к лекарствам.
В XXI веке произошли изменения, заключающиеся
не только в появлении новых классов препара-
тов, но и в подходах к лечению мигрени. Эти изменения
можно разделить на следующие группы:
• изменение стратифицированного подхода к ку-
пированию приступов мигрени и появление но-
вых рекомендаций по купированию приступов;
• новые рекомендации по подбору триптана инди-
видуально для каждого пациента;
• появление новых классов препаратов для купиро-
вания приступов – гепантов и дитанов;
• изменения в профилактическом лечении – по-
мимо уже известных в последние годы моно-
клональных антител к CGRP, которые успешно
применяют в России, появляется новый класс
препаратов – гепанты для профилактического ле-
чения мигрени;
• триптаны как препараты для купирования при-
ступов хорошо сочетаются как с моноклональны-
ми антителами к CGRP, так и с гепантами, что от-
крывает новые возможности для практических
врачей, занимающихся диагностикой и лечением
головной боли.
При купировании приступа мигрени и исполь-
зовании стратифицированного подхода к подбору пре-
парата ранее учитывали выраженность головной боли
у пациента: при легкой боли рекомендовали препа-
рат из группы нестероидных противовоспалительных
средств (НПВС), при средней и сильной – триптаны,
препараты, специально созданные для купирования
приступов мигрени [21]. В настоящее время анализиру-
ют не выраженность головной боли, а степень снижения
трудоспособности человека – при легком снижении ак-
тивности по-прежнему используют НПВС, при средней
и выраженной нетрудоспособности – триптаны [22, 23].
Триптаны были созданы более 35 лет назад для купиро-
вания приступов мигрени. Они являются селективными
агонистами серотониновых 5HT1-рецепторов, снижают
возбудимость таламуса и других структур головного
мозга, которые активируются во время приступа мигре-
ни. Триптаны не только снижают выраженность голов-
ной боли, но и уменьшают тошноту, рвоту, фото- и фоно-
фобию, восстанавливают функциональную активность.
В 2022 г. были пересмотрены подходы к подбору
триптана для лечения приступов мигрени [24]. Кон-
сенсус был создан большой группой авторов – членов
Европейской федерации головной боли, его положения
были подтверждены на практике. В консенсусе пред-
ставлен ряд рекомендаций по последовательному под-
бору триптана индивидуально для каждого пациента.
В первую очередь рекомендовано купировать каждым
препаратом четыре последовательных приступа мигре-
ни подряд. Если препарат успешно справляется с тремя
из четырех приступов, он подходит пациенту и может
быть использован в дальнейшем. Если препарат не был
эффективен, следует попробовать другую молекулу
триптана и повторить купирование четырех последова-
тельных приступов мигрени.
В настоящее время в РФ представлены четыре
молекулы триптанов: суматриптан, элетриптан, зол-
митриптан и ризатриптан. Элетриптан, золмитриптан
и ризатриптан – препараты второго поколения, харак-
теризующиеся улучшенной переносимостью и более
высокой эффективностью. Таким образом, у пациента
есть возможность выбора. Если ему не помогают табле-
тированные формы препарата или беспокоит тошнота
и/или
рвота, следует перейти на новые формы трип-
танов. Причем можно начинать лечение не с таблети-
рованных, а с инновационных форм триптанов, так
как они обладают целым рядом преимуществ: быстрое
действие, отсутствие необходимости запивать таблетку
водой, отсутствие взаимодействия со слизистой оболоч-
кой желудка и двенадцатиперстной кишки. Данные пре-
имущества имеют большую практическую значимость
и для врачей, и для пациентов. В России представлены
назальный спрей золмитриптана и инновационная фор-
ма – диспергируемая на языке таблетка ризатриптана –
препарат Капориза [25]. Очень важен ранний прием
триптана, но не в период продромы, а в начале разви-
тия головной боли во время приступа мигрени. В случае
если пациент опаздывает со своевременным приемом
препарата, ему на помощь придут триптаны, характери-
зующиеся более быстрым развитием противоболевого
эффекта, такие как ризатриптан в диспергируемой фор-
ме – Капориза. Использование диспергируемой формы
триптана возможно не только у пациентов с тошнотой
и/или рвотой – предложить попробовать препарат в но-
вой форме для купирования приступа можно всем па-
циентам: высока вероятность, что он будет более удобен
для пациента вследствие отсутствия необходимости
запивать водой и быстроты действия. В исследованиях
показано, что пациенты отдают предпочтение именно
диспергируемым формам препаратов и чаще при этом
выбирают диспергируемый ризатриптан [26].
В 2024 г. опубликованы новые рекомендации
Международного общества головной боли (International
Headache Society) [27]. Они созданы большой группой
международных экспертов по головной боли и содер-
жат пошаговые инструкции для врачей общей практики
и неврологов по подбору препаратов для купирования
приступов мигрени. В данном обширном документе
даны ответы на вопросы, которые часто волнуют прак-
тических врачей, например: если триптан эффективенлишь частично, следует ли увеличить дозу? Эксперты
предлагают увеличить дозу до максимально рекомен-
дуемой для этого триптана при следующем приступе.
Если ответ все еще недостаточен, при очередном при-
ступе нужно перейти на другой путь введения – дис-
пергируемая таблетка, назальный спрей или препараты
для инъекций (не зарегистрированы в РФ) либо на дру-
гой триптан.
Если триптан недостаточно эффективен, его
можно комбинировать с любой быстродействующей пе-
роральной формой НПВС (из списка рекомендованных
для купирования приступов мигрени). Впервые в офи-
циальных рекомендациях появилось положение о том,
что комбинированные анальгетики не следует исполь-
зовать для купирования приступов мигрени. Данное
положение очень важно в связи с тем, что у российских
пациентов часто наблюдается головная боль, обуслов-
ленная злоупотреблением лекарственными средствами,
в первую очередь комбинированными анальгетиками.
Лекарственно индуцированная головная боль (ЛИГБ)
является вторичной и возникает при наличии первич-
ной головной боли (наиболее часто это мигрень). ЛИГБ
диагностируют, если пациент применяет комбиниро-
ванные анальгетики 10 дней в месяц в течение 3 меся-
цев [28], при употреблении НПВС 15 и более дней в ме-
сяц, триптанов в течение 10 дней и более.
И в международных, и в российских рекоменда-
циях вновь поднимается вопрос о раннем использова-
нии триптанов для купирования приступов мигрени,
но не в фазу продромы. Пациентам с мигренью без ауры
следует принимать препарат для купирования присту-
па, пока интенсивность боли еще незначительна, пред-
почтительно как можно раньше в фазе головной боли.
Пациентам с мигренью с аурой следует принимать пре-
парат, как только начинается фаза головной боли.
При наличии тошноты и/или рвоты рекомендова-
ны непероральные формы лекарств, такие как подкож-
ные инъекции (не зарегистрированы в РФ), интрана-
зальный спрей или орально диспергируемые таблетки.
При рецидиве головной боли при успешном купиро-
вании приступа мигрени (повторное возникновение
мигрени любой интенсивности в течение 48 часов после
освобождения от боли при купировании приступа)
нужно повторно принять тот же препарат в рекомендуемой
дозе. Если этот подход неэффективен, следует пе-
рейти на другой препарат.
Сочетание триптана с НПВС также может быть
приемлемым вариантом. Важно подождать не менее
2 часов после приема первой дозы, прежде чем повто-
рять комбинированное лечение.
В ежедневной практике врачей встречаются па-
циенты старше 65 лет, у которых мигрень не исчезла
с возрастом. Какие препараты предпочтительны для лю-
дей старше 65 лет с приступом мигрени? Эксперты кон-
статируют, что в настоящий момент данная проблема
не имеет полноценного решения, и рекомендуют па-
циентам старше 65 лет с нормальной функцией печенипринимать парацетамол/ацетаминофен в качестве тера-
пии первой линии. Также можно использовать комби-
нации парацетамола с кофеином, но рекомендуется со-
блюдать осторожность во избежание рисков, связанных
с чрезмерным употреблением кофеина, включая ЛИГБ
и головную боль от отмены кофеина. В качестве вари-
анта терапии второй линии рекомендованы ацетилса-
лициловая кислота и НПВС при условии мониторинга
потенциальных побочных эффектов, связанных с же-
лудочно-кишечным кровотечением, почечной и пече-
ночной недостаточностью. У лиц без неконтролируемой
гипертонии или серьезных сердечно-сосудистых или це-
реброваскулярных заболеваний возможно использовать
триптаны в качестве варианта лечения третьей линии
(в инструкции всех триптанов в РФ указан предель-
ный возраст назначения триптанов – 65 лет). Ласмиди-
тан и гепанты (не зарегистрированы для купирования
приступов мигрени в РФ) являются альтернативными
вариантами для лиц с противопоказаниями или не реагирующих
на триптаны. Дитаны (5-HT1F-агонисты),
например ласмидитан, воздействуют на серотониновые
рецепторы 5-HT1F, не вызывая сужения сосудов, что об-
условливает их безопасность для пациентов с сердеч-
но-сосудистыми заболеваниями, которым противопо-
казаны триптаны.
Аналогичный подход к купированию приступов
мигрени при наличии в анамнезе инсульта, других со-
судистых заболеваний или неконтролируемой гипер-
тензии – таким пациентам рекомендован парацетамол
в качестве первой линии лечения, а ласмидитан или ге-
панты – в качестве вариантов второй линии. Можно
использовать НПВС, но их прием следует ограничить,
учитывая сопутствующее применение антитромботи-
ческой терапии; может быть полезной вспомогательная
терапия противорвотными средствами.
Одним из показаний для профилактической те-
рапии мигрени является неэффективность или невоз-
можность использования препаратов для купирования
приступов мигрени. В 2024 г. были опубликованы новые
рекомендации Международного общества головной
боли по профилактическому медикаментозному лече-
нию мигрени [29]. К сожалению, в России диагностика
мигрени недостаточна [30], для купирования присту-
пов не используются специализированные препара-
ты – триптаны, а профилактическая терапия мигрени
или не назначается вовсе, или назначаются ноотропы,
антидепрессанты – ингибиторы обратного захвата серо-
тонина и другие лекарственные средства, не указанные
ни в российских, ни в международных клинических ре-
комендациях [31].
Профилактическое медикаментозное лечение
предложено начать, если присутствует одно или не-
сколько из следующих условий:
• 4 или более дней с головной болью в месяц;
• мигрень влияет на личную, социальную и про-
фессиональную жизнь в соответствии с личным
восприятием пациента;
для облегчения мигрени;
• для лечения приступов часто используются пре-
параты [29].
Рекомендовано оценивать эффективность про-
филактического лечения мигрени пероральными пре-
паратами через 3 месяца при целевой дозе; минимум
через 3 месяца для инъекционных препаратов, принима-
емых ежемесячно, и минимум через 6 месяцев для инъ-
екционных препаратов, принимаемых ежеквартально.
Таким образом, еще раз подчеркивается, что при любом
варианте лечения необходимо время для получения
результата.
Появление нового класса препаратов для профи-
лактического лечения мигрени в реальной клинической
практике – моноклональных антител к CGRP – вдохнуло
новую жизнь в применение триптанов для купирования
приступов. С одной стороны, моноклональные антитела
больше помогают пациентам, которые успешно купиру-
ют приступы мигрени триптанами [32], с другой сторо-
ны, при получении эффекта от профилактического ле-
чения пациентам начинают вновь помогать триптаны,
эффективность которых уменьшилась со временем [33].
Таким образом, врач на амбулаторном приеме может по-
добрать одновременно препарат из группы триптанов,
специально созданный для купирования приступа мигрени,
и специализированный препарат для профилакти-
ческого лечения мигрени – один из двух присутствую-
щих в РФ моноклональных антител к CGRP – эренумаб
или фреманезумаб, которые рекомендованы в качестве
первой линии профилактического лечения мигрени [27].
Выводы
Благодаря появлению новых рекомендаций
по купированию приступов мигрени и подбору профи-
лактического лечения врачи имеют возможность полу-
чить качественно новый результат в лечении мигрени,
уменьшить нетрудоспособность и улучшить качество
жизни пациентов.
Литература
1. GBD 2021 Nervous System Disorders Collaborators.
Global, regional, and national burden of disorders affecting
the nervous system, 1990–2021: a systematic analysis for the
Global Burden of Disease Study 2021. Lancet Neurol. 2024;
23 (4): 344–381.
2. Seddik A.H., Branner J.C., Ostwald D.A. et al. The
socioeconomic burden of migraine: an evaluation
of productivity losses due to migraine headaches based on
a population study in Germany. Cephalalgia. 2020; 40 (14):
1551–1560.
3. Stovner L.J., Nichols E., Steiner T.J. et al. Global, regional,
and national burden of migraine and tension-type headache,
1990–2016: a systematic analysis for the Global Burden
of Disease Study 2016. Lancet Neurol. 2018; 17: 954–976.
4. Headache Classification Committee of the International
Headache Society (IHS). The international classification
of headache disorders, 3rd edn. Cephalalgia. 2018; 38 (1):
1–211.
5. Buse D.C., Pozo-Rosich P., Dupont-Benjamin L. et al. Impact
of headache frequency and preventive medication failure
on quality of life, functioning, and costs among individuals
with migraine across several European countries: need
for effective preventive treatment. J. Headache Pain. 2023;
24 (1): 115.
6. Dodick D.W., Reed M.L., Lee L. et al. Impact of headache
frequency and preventive treatment failure on quality of life,
disability, and direct and indirect costs among individuals
with episodic migraine in the United States. Headache.
2024; 64 (4): 361–373.
7. GBD 2021 Diseases and Injuries Collaborators. Global
incidence, prevalence, years lived with disability (YLDs),
disability-adjusted life-years (DALYs), and healthy life
expectancy (HALE) for 371 diseases and injuries in 204
countries and territories and 811 subnational locations,
1990–2021: a systematic analysis for the Global Burden of
Disease Study 2021. Lancet. 2024; 403 (10440): 2133–2161.
8. Peles I., Sharvit S., Zlotnik Y. et al. Migraine and work –
beyond absenteeism: migraine severity and occupational
burnout – a cohort study. Cephalalgia. 2024; 44 (10):
3331024241289930.
9. Polderman T.J., Benyamin B., de Leeuw C.A. et al. Metaanalysis
of the heritability of human traits based on fifty
years of twin studies. Nat. Genet. 2015; 47 (7): 702–709.
10. Gormley P., Anttila V., Winsvold B.S. et al. Meta-analysis
of 375,000 individuals identifies 38 susceptibility loci for
migraine. Nat. Genet. 2016; 48 (8): 856–866.
11. Olesen J., Burstein R., Ashina M., Tfelt-Hansen P. Origin
of pain in migraine: evidence for peripheral sensitisation.
Lancet Neurol. 2009; 8 (7): 679–690.
12. Hautakangas H., Winsvold B.S., Ruotsalainen S.E. et al.
Genome-wide analysis of 102,084 migraine cases identifies
123 risk loci and subtype-specific risk alleles. Nat. Genet.
2022; 54 (2): 152–160.
13. Choquet H., Yin J., Jacobson A.S. et al. New and sexspecific
migraine susceptibility loci identified from
a multiethnic genome-wide meta-analysis. Commun. Biol.
2021; 4 (1): 864.
14. Harder A.V.E., Terwindt G.M., Nyholt D.R., van den
Maagdenberg A.M.J.M. Migraine genetics: status and road
forward. Cephalalgia. 2023; 43 (2): 3331024221145962.
15. Schulte L.H., Menz M.M., Haaker J., May A. The migraineur’s
brain networks: continuous resting state fMRI over 30 days.
Cephalalgia. 2020; 40 (14): 1614–1621.
16. Amin F.M., Asghar M.S., Hougaard A. et al. Magnetic
resonance angiography of intracranial and extracranial
arteries in patients with spontaneous migraine without
aura: a cross-sectional study. Lancet Neurol. 2013; 12 (5):
454–461.
17. Ashina M., Hansen J.M., Á Dunga B.O., Olesen J. Human
models of migraine – short-term pain for long-term gain.
Nat. Rev. Neurol. 2017; 13 (12): 713–724.
18. Amin F.M., Hougaard A., Schytz H.W. et al. Investigation
of the pathophysiological mechanisms of migraine
attacks induced by pituitary adenylate cyclase-activating
polypeptide-38. Brain. 2014; 137 (Pt. 3): 779–794.
19. Ashina M., Hansen J.M., Do T.P. et al. Migraine and the
trigeminovascular system – 40 years and counting. Lancet
Neurol. 2019; 18 (8): 795–804.
20. Moldovan Loomis C., Dutzar B., Ojala E.W. et al.
Pharmacologic characterization of ALD1910, a potent
humanized monoclonal antibody against the pituitary
adenylate cyclase-activating peptide. J. Pharmacol. Exp.
Ther. 2019; 369 (1): 26–36.
21. Steiner T.J., Jensen R., Katsarava Z. et al. Aids to management
of headache disorders in primary care (2nd edition): on
behalf of the European Headache Federation and Lifting
the Burden: the Global Campaign against Headache.
J. Headache Pain. 2019; 20 (1): 57.
22. Ashina M., Buse D.C., Ashina H. et al. Migraine: integrated
approaches to clinical management and emerging
treatments. Lancet. 2021; 397 (10283): 1505–1518.
23. Ashina M. Migraine. N. Engl. J. Med. 2020; 383 (19): 1866–
1876.
24. Sacco S., Amin F.M., Ashina M. et al. European Headache
Federation guideline on the use of monoclonal antibodies
targeting the calcitonin gene related peptide pathway for
migraine prevention – 2022 update. J. Headache Pain. 2022;
23 (1): 67.
25. Табеева Г.Р., Амелин А.В., Ахмадеева Л.Р. и др. Оптими-
зация купирования приступов мигрени. Неврология,
психиатрия, психосоматика. 2023; 15 (2): 126–133.
26. Cameron C., Kelly S., Hsieh S.C. et al. Triptans in the acute
treatment of migraine: a systematic review and network
meta-analysis. Headache. 2015; 55 (Suppl. 4): 221–235.
27. Мигрень. Клинические рекомендации Министерства
здравоохранения РФ. 2024.
28. Puledda F., Sacco S., Diener H.C. et al. International
Headache Society global practice recommendations for the
acute pharmacological treatment of migraine. Cephalalgia.
2024; 44 (8): 3331024241252666.
29. Puledda F., Sacco S., Diener H.C. et al. International
Headache Society global practice recommendations
for preventive pharmacological treatment of migraine.
Cephalalgia. 2024; 44 (9): 3331024241269735.
30. Амелин А.В., Богданова Ю.Н., Корешкина М.И. и др.
Диагностика первичных и симптоматических форм
хронической ежедневной головной боли. Журнал
неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2011;
111 (4): 82–84.
31. Табеева Г.Р., Амелин А.В., Ахмадеева Л.Р. и др. Пути
оптимизации ведения пациентов с мигренью в Рос-
сии (резолюция совета экспертов). Журнал невроло-
гии и психиатрии им. C.C. Корсакова. 2018; 118 (6):
124–128.
32. Salem-Abdou H., Simonyan D., Puymirat J. Identification of
predictors of response to Erenumab in a cohort of patients
with migraine. Cephalalgia Reports. 2021; 4: 1–8.
33. Frattale I., Caponnetto V., Casalena A. et al. Association
between response to triptans and response to Erenumab:
real-life data. J. Headache Pain. 2021; 22 (1): 1.
