Ших Е.В. Клинико-фармакологические преимущества
оротата магния. Фармакология & Фармакотерапия.
2023; 3: 8–12.
DOI 10.46393/27132129_2023_3_8
оротата магния. Фармакология & Фармакотерапия.
2023; 3: 8–12.
DOI 10.46393/27132129_2023_3_8
Распространенность дефицита магния в общей популяции колеблется от 2,5 до 15%. Число лиц с клиническими прояв-
лениями недостатка магния (72%) существенно превышает число лиц с подтвержденной лабораторно гипомагниемией
(47,1%). Даже при нормальных показателях концентрации магния в сыворотке крови (0,8–1,2 ммоль/л) исключить де-
фицит магния в тканях невозможно ввиду неосуществимости определения концентрации магния в тканях с помощью
лабораторных методов. Магний снижает возбудимость нейронов и замедляет нервно-мышечную передачу; оказыва-
ет седативный эффект; влияет на способность организма противостоять стрессовым факторам, восстанавливать ней-
ропластичность; участвует в процессах энергообеспечения организма. Актуальным является вопрос рационального
выбора соединений магния для профилактики и/или лечения дефицита. Магния оротата дигидрат – хелатная форма,
органическая соль двух субстанций (магния и оротовой кислоты), каждая из которых оказывает собственный физио-
логический эффект на организм человека. Магниевая соль оротовой кислоты в составе лекарственного средства имеет
следующие преимущества: обеспечивает высокую абсорбцию Mg++ в желудочно-кишечном тракте при минимальных
гастроинтестинальных побочных эффектах; не допускает существенного увеличения экскреции Mg++ с мочой; обеспе-
чивает накопление Mg++ в клетке; сочетает фармакологические эффекты Mg++ и оротовой кислоты.
Распространенность дефицита магния (ДМ)
в общей популяции, по разным данным, со-
ставляет от 2,5 до 15% [1]. Популяционное
исследование с выборкой 16 000 человек
продемонстрировало, что гипомагниемия
имеет место у 14,5% лиц, причем чаще у женщин и ам-
булаторных пациентов. Максимальная распространен-
ность была выявлена в категории женщин старше 65 лет
и составила 30%. Гипомагниемия встречается более чем
у 65% пациентов отделений интенсивной терапии.
Исследования, проведенные в США, показали,
что число лиц с клиническими проявлениями недо-
статка магния (72%) существенно превышает число
лиц с подтвержденной лабораторно гипомагниемией
(47,1%) [2]. Полученные данные объясняются тем, что
большая часть магния находится в тканях организма,
в связи с чем гипомагниемия не отражает ДМ в полной
мере [3, 4]. В этой связи при диагностике ДМ на пер-
вый план выходит клиническая картина. Клиническая
симптоматика ДМ довольно разнообразна – ДМ может
отражаться на многих системах организма с различны-
ми проявлениями. Например, могут присутствовать
отклонения в работе сердечно-сосудистой системы
(боли в области сердца, аритмии, изменения артери-
ального давления и т.д.), нарушения функций мышеч-
ной ткани (судороги, мышечная слабость, синдром
беспокойных ног), зачастую наблюдаются головные
боли и головокружения. Значительная часть симпто-
мов ДМ приходится на нервную систему – повышен-
ная утомляемость, нарушения памяти и концентрации
внимания, чувство страха, раздражительность, нару-
шения сна [5].
Когда следует заподозрить дефицит магния?
Концентрация магния в плазме обычно не из-
меряется в рамках рутинных анализов крови. Гипо-
магниемию следует заподозрить у пациентов с такими
клиническими проявлениями, как необъяснимая гипо-
кальциемия, рефрактерная гипокалиемия, нервно-мы-
шечные нарушения, желудочковые аритмии. Фактора-
ми риска гипомагниемии являются ряд заболеваний:
болезнь Крона, язвенный колит, целиакия, синдром
короткой кишки, алкоголизм, хронические заболевания
почек, эндокринопатии и др.
Достаточно часто гипомагниемия является ятро-
генной. В настоящее время известно как минимум 50 ле-
карственных средств, способных индуцировать гипомаг-
ниемию. Среди них часто применяемые в медицинской
практике ингибиторы протонной помпы, антациды, диу-
ретики, антибактериальные средства и др. (табл. 1) [6–8].
Однако даже при нормальных показателях концентра-
ции магния в сыворотке крови (0,8–1,2 ммоль/л) исклю-
чить ДМ в тканях невозможно ввиду неосуществимости
определения концентрации магния в тканях с помощью
лабораторных методов. В основе ДМ в целом могут быть
такие факторы, как недостаточное поступление магния
с пищей, обусловленное особенностями современной ди-
еты (сниженное количество магнийсодержащих продук-
тов в рационе и излишняя термообработка пищи), избы-
точные физические нагрузки, беременность, алкоголизм
и стресс (см. табл. 1).
Симптомы дефицита магния и стресса очень
похожи, наиболее распространенными являются уста-
лость, раздражительность и легкое беспокойство
(табл. 2) [9–12].
В 1936 г. канадский исследователь H. Selye сфор-
мулировал концепцию стресса, указав, что эмоциональ-
ный стресс всегда сопровождается выбросом гормонов
надпочечников и увеличением выведения магния из ор-
ганизма. Стрессы различной природы, как физические,
так и психические, увеличивают потребность в магнии
и приводят к внутриклеточной магниевой недоста-
точности. Таким образом, стресс и ДМ взаимосвязаны
и усугубляют друг друга [13].
У здоровых добровольцев после восьмичасового
шумового стрессового воздействия выведение магния
увеличивается в два раза, и это повышенное выведе-
ние магния сохраняется несколько дней [14], что было
показано экспериментом Selye. Потребность в магнии
увеличивается не только при психологических (волне-
ние, тревога, депрессия, боль и т.д.), но и при физиче-
ских стрессах (физические нагрузки, высокие и низкие
температуры, травмы, ожоги и т.п.). В то же время при
ДМ стресс парадоксально увеличивает риск развития
сердечно-сосудистых заболеваний, включая артериаль-
ную гипертонию, инсульты, аритмию и внезапную сер-
дечно-сосудистую смерть [15].
Фармакологические эффекты магния в организме
человека
✓✓ Глутамат является основным возбуждающим
нейромедиатором нервной системы [16]. Высокое
содержание глутамата повышает уровень трево-
ги. Магний ослабляет действие глутамата в ней-
ронах, снижает возбудимость нейронов и замед-
ляет нервно-мышечную передачу. Таким образом,
магний снижает нервное и двигательное возбуж-
дение.
✓✓ Седативный эффект магния связан с усилением
влияния основного тормозного медиатора цен-
тральной нервной системы – гамма-аминомасля-
ной кислоты [17].
✓✓ Магний влияет на способность организма про-
тивостоять стресс-факторам. Железы внутрен-
ней секреции, которые вырабатывают гормоны
стресса, крайне чувствительны к уровню магния:
снижение уровня магния приводит к повышению
продукции гормонов стресса, достаточная обеспеченность
магнием вызывает снижение выра-
ботки гормонов стресса [17].
✓✓ Магний влияет на нейропластичность – способ-
ность мозга восстанавливать утраченные связи
после повреждений, в том числе на фоне стрес-
са [18]. Избыточная активность рецепторов глу-
тамата блокируется ионами магния – это снижа-
ет уровень внутриклеточного кальция, который
разрушает нейроны.
✓✓ Магний необходим для превращения креатино-
фосфатной кислоты в молекулы аденозинтрифос-
фата (АТФ) – универсальный источник энергии
для всех биохимических процессов организма. По-
вышенная утомляемость, усталость в ряде случаев
являются клиническими проявлениями недоста-
точной обеспеченности организма магнием [19].
Фармакологические особенности оротата магния
На фармацевтическом рынке присутствует до-
статочно большое количество различных препаратов
магния, которые широко применяются в медицинской
практике. Первыми появились неорганические соедине-
ния магния (оксид магния), которые имеют существен-
но более низкую биодоступность по сравнению со сле-
дующим поколением – органическими соединениями.
Исследование абсорбции магнийсодержащих соедине-
ний в желудочно-кишечном тракте (ЖКТ) продемон-
стрировало, что биодоступность неорганических солей
не превышает 5%, в то время как биодоступность маг-
ния оротата и магния лактата составляет 38%, магния
цитрата – 37%, магния аспарагината – 32% [20].
При применении в составе лекарственных препа-
ратов биодоступность магния зависит от биолигандной
композиции, в которую помимо иона металла (Mg++)
входят органические соединения: белки, полисахариды,
нуклеиновые и органические кислоты. Неорганические
соединения при длительном применении вызывают та-
кие нежелательные явления, как металлический привкус
во рту, тошнота, рвота, диарея, рези в животе. Низкая
всасываемость, слабое включение в метаболизм, нали-
чие нежелательных эффектов ограничили применение
данной группы соединений с целью коррекции магние-
вого статуса [20], что обусловило поиск альтернативных
соединений с более высокой биодоступностью и хоро-
шей переносимостью с целью применения в медицин-
ской практике. Однако органические формы микроэле-
ментов, в которых каждый атом микроэлемента связан
с одной молекулой аминокислоты, не обладают значи-
мыми преимуществами по сравнению с неорганически-
ми, в связи с низкой стабильностью. По мере продвиже-
ния по ЖКТ в результате изменения pH среды в кислую
сторону они постепенно диссоциируют, металл высво-
бождается в виде свободного катиона, что снижает био-
доступность и ухудшает переносимость.
Именно лиганд определяет свойства и особенно-
сти органических форм микроэлементов: способность
соединения достигать места абсорбции в тонком отделе
кишечника в неизмененном виде и всасывание энтеро-
цитами кишечника. Число занимаемых лигандом ко-
ординационных мест центрального атома (или атомов)
называется дентатностью (от лат. dens, dent – зуб): лиган-
ды, занимающие одно координационное место, – моно-
дентатные, два – бидентатные. Лиганды с дентатностью
больше двух относятся к хелатирующим и могут обра-
зовывать хелатные комплексы (греч. χηλή – коготь) [21].
Таким образом, хелаты отличаются от комплексов
тем, что каждый атом магния связан не с одной, а с дву-
мя органическими группами. В соответствии с опреде-
лением Международного союза теоретической и при-
кладной химии (International Union of Pure and Applied
Chemistry – IUPAC), под термином «хелаты» подразуме-
ваются соединения, в которых между центральным ато-
мом металла и органическим лигандом образуются два
или более отдельных мест связывания. В хелатах между
лигандом и микроэлементом образуются как ковалент-
ные, так и координационные (дативные) химические
связи, что приводит к формированию гетероцикли-
ческих колец, центральным звеном которых является
микроэлемент [20]. Следовательно, хелаты магния пред-
ставляют собой такие же органические формы солей
магния, как и соединения с органическими кислотами.
В литературе опубликованы новые научные дан-
ные о том, что усвояемость аминокислотных комплек-
сов микроэлементов статистически значимо снижается
в присутствии свободных форм тех же аминокислот,
что свидетельствует о наличии антагонистической кон-
куренции при всасывании между аминокислотными
комплексами микроэлементов и свободными формами
соответствующих аминокислот, образующихся в тех же
участках кишечника при переваривании пищи [22]. Ре-
зультаты недавно проведенного исследования биодоступ-
ности различных соединений магния свидетельствуют
о том, что при применении хелатной формы магния (маг-
ния лизинат + глицинат) показатели абсорбции препара-
та в кишечнике не достигли наивысших значений. В числе
первых высокобиодоступных препаратов оказались соли
магния в соединении с органическими кислотами, среди
которых магния оротат, магния лактат + В6, магния ци-
трат + В6 в составе комплексных витаминов [23, 24]. Одна-
ко сочетание магния оротата не требует дополнительных
проводников в клетку, в отличие от других солей магния.
При выборе препарата магния для фармакоте-
рапии целесообразно анализировать данные по фарма-
кокинетике и фармакодинамике каждого соединения
отдельно и отдавать предпочтение препаратам, имею-
щим собственную доказательную базу. Магния оротата
дигидрат – органическая соль двух субстанций (магния
и оротовой кислоты), которые содержатся в клетках ор-
ганизма. Оба компонента – магний и оротовая кисло-
та – оказывают собственный физиологический эффект
на организм человека.
Фармакокинетические параметры при однократном
приеме здоровыми добровольцами разовой дозы
лекарственного средства Магнерот
Нами проведено изучение фармакокинетиче-
ских параметров при однократном применении препа-
рата Магнерот в дозе 500 мг (одна таблетка) у здоровых
добровольцев. Значимые изменения в содержании маг-
ния в плазме крови происходят через один час после
приема препарата. Максимальная концентрация вы-
явлена через 1,5 часа после приема препарата. Через
три часа после приема сохраняется субмаксимальная
концентрация магния в плазме крови. На протяжении
дальнейшего периода исследования выявлено посте-
пенное незначительное снижение концентрации маг-
ния в плазме крови, однако во всех точках показатель
концентрации магния превышает исходное значение
(рисунок) [25].
Собственные метаболические эффекты оротовой
кислоты
Некоторые органические кислоты, повышая аб-
сорбцию Mg++ в кишечнике и сокращая его потери с мо-
чой, позволяют использовать меньшие дозы Mg++ для
получения отчетливых резорбтивных фармакологи-
ческих эффектов. Среди таких факторов особое место
занимает оротовая кислота, не только принимающая
участие в магниевом обмене, но и обладающая самосто-
ятельными метаболическими эффектами. К последним
нужно отнести активацию синтеза нуклеиновых кислот,
обновление миофибриллярных структур и поддержа
ние высокого содержания АТФ в клетке. Как известно,
уровень АТФ определяет возможности клетки накапли-
вать Mg++. Кроме того, благодаря низкой растворимости
(и в воде, и в жирах) магниевой соли оротовой кислоты
ее диссоциация и отщепление Mg++ происходят только
интрацеллюлярно. Поэтому магниевая соль оротовой
кислоты не только хорошо абсорбируется в ЖКТ, об-
ладая весьма незначительным послабляющим эффек-
том, но и обеспечивает
доставку Mg++ непосредствен-
но в клетку при небольших его потерях с мочой. Таким
образом, магниевая соль оротовой кислоты в составе
лекарственного средства имеет следующие преимуще-
ства: обеспечивает высокую абсорбцию Mg++ в ЖКТ
при минимальных гастроинтестинальных побочных
эффектах; не допускает существенного увеличения экс-
креции Mg++ с мочой; обеспечивает
накопление Mg++
в клетке; сочетает фармакологические эффекты Mg++
и оротовой кислоты [26].
Заключение
Благодаря высокой стабильности магниевой соли
оротовой кислоты, представляющей собой хелатное соединение,
ее диссоциация и отщепление Mg++ происхо-
дят только интрацеллюлярно, что обеспечивает нако-
пление магния в клетках организма.
Лекарственные средства, содержащие магниевую
соль оротовой кислоты в качестве активного ингредиен-
та (Магнерот), сочетают фармакологические эффекты
Mg++ и оротовой кислоты и характеризуются:
• высокой абсорбцией Mg++ в ЖКТ;
• редко встречающимися незначительной степени
выраженности побочными эффектами со сторо-
ны ЖКТ;
• отсутствием повышения экскреции Mg++ с мочой;
• высокой эффективностью купирования клиниче-
ских симптомов дефицита магния.
Литература
1. Hypomagnesaemia. Drug Ther. Bull. 2013; 51 (3): 33–36.
2. Clinical Methods: The History, Physical, and Laboratory
Examinations. 3rd edn. Ed. by H.K. Walker, W.D. Hall,
J.W. Hurst. Boston: Butterworths, 1990.
3. Jahnen-Dechent W., Ketteler M. Magnesium basics. Clin.
Kidney J. 2012; 5: i3–i14.
4. Katopodis P., Karteris E., Katopodis K.P. Pathophysiology
of drug-induced hypomagnesaemia. Drug Saf. 2020; 43 (9):
867–880.
5. Громова О.А., Калачева А.Г., Торшин И.Ю. и др. О диа-
гностике дефицита магния. Часть 1. Архивъ внутрен-
ней медицины. 2014; 2: 5–11.
6. Остроумова О.Д., Кочетков А.И., Клепикова М.В. Ле-
карственно-индуцированный дефицит электролитов.
Часть 2. Лекарственно-индуцированная гипомагние-
мия. РМЖ. 2020; 12: 36–48.
7. Konrad M., Schlingmann K.P., Gudermann T. Insights
into the molecular nature of magnesium homeostasis. Am.
J. Physiol. Renal. Physiol. 2004; 286: F599–F605.
8. Pham P.C., Pham P.M., Pham S.V. et al. Hypomagnesemia
in patients with type 2 diabetes. Clin. J. Am. Soc. Nephrol.
2007; 2: 366–373.
9. DiNicolantonio J.J., O’Keefe J.H., Wilson W. Subclinical
magnesium deficiency: a principal driver of cardiovascular
disease and a public health crisis. Open Heart. 2018; 5:
e000668.
10. Pickering G., Mazur A., Trousselard M. et al. Magnesium
status and stress: the vicious circle concept revisited. Nutrients.
2020; 12 (12): 3672.
11. American Psychological Association. Understanding
Chronic Stress. URL: https://www.apa.org/helpcenter/understanding-
chronic-stress.aspx
12. De Baaij J.H., Hoenderop J.G., Bindels R.J. Magnesium
in man: implications for health and disease. Physiol. Rev.
2015; 95: 1–46.
13. Громова О.А., Торшин И.Ю. Магний и пиридоксин: ос-
новы знаний. М.: Миклош, 2006.
14. Mocci F. The effect of noise on serum and urinary magnesium
and catecholamines in humans. Occup. Med. 2001; 5: 56–61.
15. Тарасов Е.А., Блинов Д.В., Зимовина У.В., Сандакова
Е.А. Дефицит магния и стресс: вопросы взаимосвязи,
тесты для диагностики и подходы к терапии. Терапев-
тический архив. 2015; 9: 114–122.
16. Cuciureanu M., Vink R. Magnesium and stress. In: Magnesium
in the Central Nervous System. Ed. by R. Vink,
M. Nechifor. Adelaide, Australia: University of Adelaide
Press, 2011.
17. Murck H. Magnesium and affective disorders. Nutr. Neurosci.
2002; 5: 375–389.
18. Zheltova A.A., Kharitonova M.V., Iezhitsa I.N., Spasov A.A.
Magnesium deficiency and oxidative stress: an update. Biomedicine
(Taipei). 2016; 6 (4): 20.
19. Costello R., Wallace T.C., Rosanoff A. Magnesium. Adv.
Nutr. 2016; 7: 199–201.
20. Томипова И.К., Торшин И.Ю., Громова О.А. Коррекция
дефицита магния и пиридоксина: клинико-фармаколо-
гические перспективы. Доктор.Ру. 2010; 7: 37–42.
21. Yu A.S.L. Hypomagnesemia: evaluation and treatment.
UpToDate. URL: https://medilib.ir/uptodate/show/834
22. Чекман И.С., Горчакова Н.А, Николай С.Л. Магний
в медицине. Кишинев, 1982. 101 с.
23. Жмурко Г.П., Казакова Е.Ф., Кузнецов В.Н., Ященко А.В.
Общая химия. Под ред. С.Ф. Дунаева. М.: Академия,
2011. 240 с.
24. Blancquaert L., Vervaet C., Derave W. Predicting and testing
bioavailability of magnesium supplements. Nutrients.
2019; 11 (7): 1663.
25. Ших Е.В., Сизова Ж.М., Лобжанидзе А.Н. и др. Срав-
нительная оценка параметров, характеризующих вса-
сывание магния у волонтеров при однократном перо-
ральном приеме оротата магния и комбинации оротата
магния и оротата калия. Вопросы биологической, ме-
дицинской и фармацевтической химии. 2009; 6: 41–43.
26. Есенова И.И. В центре внимания препараты магния.
Рациональная фармакотерапия в кардиологии. 2011;
7 (4): 487–491.
лениями недостатка магния (72%) существенно превышает число лиц с подтвержденной лабораторно гипомагниемией
(47,1%). Даже при нормальных показателях концентрации магния в сыворотке крови (0,8–1,2 ммоль/л) исключить де-
фицит магния в тканях невозможно ввиду неосуществимости определения концентрации магния в тканях с помощью
лабораторных методов. Магний снижает возбудимость нейронов и замедляет нервно-мышечную передачу; оказыва-
ет седативный эффект; влияет на способность организма противостоять стрессовым факторам, восстанавливать ней-
ропластичность; участвует в процессах энергообеспечения организма. Актуальным является вопрос рационального
выбора соединений магния для профилактики и/или лечения дефицита. Магния оротата дигидрат – хелатная форма,
органическая соль двух субстанций (магния и оротовой кислоты), каждая из которых оказывает собственный физио-
логический эффект на организм человека. Магниевая соль оротовой кислоты в составе лекарственного средства имеет
следующие преимущества: обеспечивает высокую абсорбцию Mg++ в желудочно-кишечном тракте при минимальных
гастроинтестинальных побочных эффектах; не допускает существенного увеличения экскреции Mg++ с мочой; обеспе-
чивает накопление Mg++ в клетке; сочетает фармакологические эффекты Mg++ и оротовой кислоты.
Распространенность дефицита магния (ДМ)
в общей популяции, по разным данным, со-
ставляет от 2,5 до 15% [1]. Популяционное
исследование с выборкой 16 000 человек
продемонстрировало, что гипомагниемия
имеет место у 14,5% лиц, причем чаще у женщин и ам-
булаторных пациентов. Максимальная распространен-
ность была выявлена в категории женщин старше 65 лет
и составила 30%. Гипомагниемия встречается более чем
у 65% пациентов отделений интенсивной терапии.
Исследования, проведенные в США, показали,
что число лиц с клиническими проявлениями недо-
статка магния (72%) существенно превышает число
лиц с подтвержденной лабораторно гипомагниемией
(47,1%) [2]. Полученные данные объясняются тем, что
большая часть магния находится в тканях организма,
в связи с чем гипомагниемия не отражает ДМ в полной
мере [3, 4]. В этой связи при диагностике ДМ на пер-
вый план выходит клиническая картина. Клиническая
симптоматика ДМ довольно разнообразна – ДМ может
отражаться на многих системах организма с различны-
ми проявлениями. Например, могут присутствовать
отклонения в работе сердечно-сосудистой системы
(боли в области сердца, аритмии, изменения артери-
ального давления и т.д.), нарушения функций мышеч-
ной ткани (судороги, мышечная слабость, синдром
беспокойных ног), зачастую наблюдаются головные
боли и головокружения. Значительная часть симпто-
мов ДМ приходится на нервную систему – повышен-
ная утомляемость, нарушения памяти и концентрации
внимания, чувство страха, раздражительность, нару-
шения сна [5].
Когда следует заподозрить дефицит магния?
Концентрация магния в плазме обычно не из-
меряется в рамках рутинных анализов крови. Гипо-
магниемию следует заподозрить у пациентов с такими
клиническими проявлениями, как необъяснимая гипо-
кальциемия, рефрактерная гипокалиемия, нервно-мы-
шечные нарушения, желудочковые аритмии. Фактора-
ми риска гипомагниемии являются ряд заболеваний:
болезнь Крона, язвенный колит, целиакия, синдром
короткой кишки, алкоголизм, хронические заболевания
почек, эндокринопатии и др.
Достаточно часто гипомагниемия является ятро-
генной. В настоящее время известно как минимум 50 ле-
карственных средств, способных индуцировать гипомаг-
ниемию. Среди них часто применяемые в медицинской
практике ингибиторы протонной помпы, антациды, диу-
ретики, антибактериальные средства и др. (табл. 1) [6–8].
Однако даже при нормальных показателях концентра-
ции магния в сыворотке крови (0,8–1,2 ммоль/л) исклю-
чить ДМ в тканях невозможно ввиду неосуществимости
определения концентрации магния в тканях с помощью
лабораторных методов. В основе ДМ в целом могут быть
такие факторы, как недостаточное поступление магния
с пищей, обусловленное особенностями современной ди-
еты (сниженное количество магнийсодержащих продук-
тов в рационе и излишняя термообработка пищи), избы-
точные физические нагрузки, беременность, алкоголизм
и стресс (см. табл. 1).
Симптомы дефицита магния и стресса очень
похожи, наиболее распространенными являются уста-
лость, раздражительность и легкое беспокойство
(табл. 2) [9–12].
В 1936 г. канадский исследователь H. Selye сфор-
мулировал концепцию стресса, указав, что эмоциональ-
ный стресс всегда сопровождается выбросом гормонов
надпочечников и увеличением выведения магния из ор-
ганизма. Стрессы различной природы, как физические,
так и психические, увеличивают потребность в магнии
и приводят к внутриклеточной магниевой недоста-
точности. Таким образом, стресс и ДМ взаимосвязаны
и усугубляют друг друга [13].
У здоровых добровольцев после восьмичасового
шумового стрессового воздействия выведение магния
увеличивается в два раза, и это повышенное выведе-
ние магния сохраняется несколько дней [14], что было
показано экспериментом Selye. Потребность в магнии
увеличивается не только при психологических (волне-
ние, тревога, депрессия, боль и т.д.), но и при физиче-
ских стрессах (физические нагрузки, высокие и низкие
температуры, травмы, ожоги и т.п.). В то же время при
ДМ стресс парадоксально увеличивает риск развития
сердечно-сосудистых заболеваний, включая артериаль-
ную гипертонию, инсульты, аритмию и внезапную сер-
дечно-сосудистую смерть [15].
Фармакологические эффекты магния в организме
человека
✓✓ Глутамат является основным возбуждающим
нейромедиатором нервной системы [16]. Высокое
содержание глутамата повышает уровень трево-
ги. Магний ослабляет действие глутамата в ней-
ронах, снижает возбудимость нейронов и замед-
ляет нервно-мышечную передачу. Таким образом,
магний снижает нервное и двигательное возбуж-
дение.
✓✓ Седативный эффект магния связан с усилением
влияния основного тормозного медиатора цен-
тральной нервной системы – гамма-аминомасля-
ной кислоты [17].
✓✓ Магний влияет на способность организма про-
тивостоять стресс-факторам. Железы внутрен-
ней секреции, которые вырабатывают гормоны
стресса, крайне чувствительны к уровню магния:
снижение уровня магния приводит к повышению
продукции гормонов стресса, достаточная обеспеченность
магнием вызывает снижение выра-
ботки гормонов стресса [17].
✓✓ Магний влияет на нейропластичность – способ-
ность мозга восстанавливать утраченные связи
после повреждений, в том числе на фоне стрес-
са [18]. Избыточная активность рецепторов глу-
тамата блокируется ионами магния – это снижа-
ет уровень внутриклеточного кальция, который
разрушает нейроны.
✓✓ Магний необходим для превращения креатино-
фосфатной кислоты в молекулы аденозинтрифос-
фата (АТФ) – универсальный источник энергии
для всех биохимических процессов организма. По-
вышенная утомляемость, усталость в ряде случаев
являются клиническими проявлениями недоста-
точной обеспеченности организма магнием [19].
Фармакологические особенности оротата магния
На фармацевтическом рынке присутствует до-
статочно большое количество различных препаратов
магния, которые широко применяются в медицинской
практике. Первыми появились неорганические соедине-
ния магния (оксид магния), которые имеют существен-
но более низкую биодоступность по сравнению со сле-
дующим поколением – органическими соединениями.
Исследование абсорбции магнийсодержащих соедине-
ний в желудочно-кишечном тракте (ЖКТ) продемон-
стрировало, что биодоступность неорганических солей
не превышает 5%, в то время как биодоступность маг-
ния оротата и магния лактата составляет 38%, магния
цитрата – 37%, магния аспарагината – 32% [20].
При применении в составе лекарственных препа-
ратов биодоступность магния зависит от биолигандной
композиции, в которую помимо иона металла (Mg++)
входят органические соединения: белки, полисахариды,
нуклеиновые и органические кислоты. Неорганические
соединения при длительном применении вызывают та-
кие нежелательные явления, как металлический привкус
во рту, тошнота, рвота, диарея, рези в животе. Низкая
всасываемость, слабое включение в метаболизм, нали-
чие нежелательных эффектов ограничили применение
данной группы соединений с целью коррекции магние-
вого статуса [20], что обусловило поиск альтернативных
соединений с более высокой биодоступностью и хоро-
шей переносимостью с целью применения в медицин-
ской практике. Однако органические формы микроэле-
ментов, в которых каждый атом микроэлемента связан
с одной молекулой аминокислоты, не обладают значи-
мыми преимуществами по сравнению с неорганически-
ми, в связи с низкой стабильностью. По мере продвиже-
ния по ЖКТ в результате изменения pH среды в кислую
сторону они постепенно диссоциируют, металл высво-
бождается в виде свободного катиона, что снижает био-
доступность и ухудшает переносимость.
Именно лиганд определяет свойства и особенно-
сти органических форм микроэлементов: способность
соединения достигать места абсорбции в тонком отделе
кишечника в неизмененном виде и всасывание энтеро-
цитами кишечника. Число занимаемых лигандом ко-
ординационных мест центрального атома (или атомов)
называется дентатностью (от лат. dens, dent – зуб): лиган-
ды, занимающие одно координационное место, – моно-
дентатные, два – бидентатные. Лиганды с дентатностью
больше двух относятся к хелатирующим и могут обра-
зовывать хелатные комплексы (греч. χηλή – коготь) [21].
Таким образом, хелаты отличаются от комплексов
тем, что каждый атом магния связан не с одной, а с дву-
мя органическими группами. В соответствии с опреде-
лением Международного союза теоретической и при-
кладной химии (International Union of Pure and Applied
Chemistry – IUPAC), под термином «хелаты» подразуме-
ваются соединения, в которых между центральным ато-
мом металла и органическим лигандом образуются два
или более отдельных мест связывания. В хелатах между
лигандом и микроэлементом образуются как ковалент-
ные, так и координационные (дативные) химические
связи, что приводит к формированию гетероцикли-
ческих колец, центральным звеном которых является
микроэлемент [20]. Следовательно, хелаты магния пред-
ставляют собой такие же органические формы солей
магния, как и соединения с органическими кислотами.
В литературе опубликованы новые научные дан-
ные о том, что усвояемость аминокислотных комплек-
сов микроэлементов статистически значимо снижается
в присутствии свободных форм тех же аминокислот,
что свидетельствует о наличии антагонистической кон-
куренции при всасывании между аминокислотными
комплексами микроэлементов и свободными формами
соответствующих аминокислот, образующихся в тех же
участках кишечника при переваривании пищи [22]. Ре-
зультаты недавно проведенного исследования биодоступ-
ности различных соединений магния свидетельствуют
о том, что при применении хелатной формы магния (маг-
ния лизинат + глицинат) показатели абсорбции препара-
та в кишечнике не достигли наивысших значений. В числе
первых высокобиодоступных препаратов оказались соли
магния в соединении с органическими кислотами, среди
которых магния оротат, магния лактат + В6, магния ци-
трат + В6 в составе комплексных витаминов [23, 24]. Одна-
ко сочетание магния оротата не требует дополнительных
проводников в клетку, в отличие от других солей магния.
При выборе препарата магния для фармакоте-
рапии целесообразно анализировать данные по фарма-
кокинетике и фармакодинамике каждого соединения
отдельно и отдавать предпочтение препаратам, имею-
щим собственную доказательную базу. Магния оротата
дигидрат – органическая соль двух субстанций (магния
и оротовой кислоты), которые содержатся в клетках ор-
ганизма. Оба компонента – магний и оротовая кисло-
та – оказывают собственный физиологический эффект
на организм человека.
Фармакокинетические параметры при однократном
приеме здоровыми добровольцами разовой дозы
лекарственного средства Магнерот
Нами проведено изучение фармакокинетиче-
ских параметров при однократном применении препа-
рата Магнерот в дозе 500 мг (одна таблетка) у здоровых
добровольцев. Значимые изменения в содержании маг-
ния в плазме крови происходят через один час после
приема препарата. Максимальная концентрация вы-
явлена через 1,5 часа после приема препарата. Через
три часа после приема сохраняется субмаксимальная
концентрация магния в плазме крови. На протяжении
дальнейшего периода исследования выявлено посте-
пенное незначительное снижение концентрации маг-
ния в плазме крови, однако во всех точках показатель
концентрации магния превышает исходное значение
(рисунок) [25].
Собственные метаболические эффекты оротовой
кислоты
Некоторые органические кислоты, повышая аб-
сорбцию Mg++ в кишечнике и сокращая его потери с мо-
чой, позволяют использовать меньшие дозы Mg++ для
получения отчетливых резорбтивных фармакологи-
ческих эффектов. Среди таких факторов особое место
занимает оротовая кислота, не только принимающая
участие в магниевом обмене, но и обладающая самосто-
ятельными метаболическими эффектами. К последним
нужно отнести активацию синтеза нуклеиновых кислот,
обновление миофибриллярных структур и поддержа
ние высокого содержания АТФ в клетке. Как известно,
уровень АТФ определяет возможности клетки накапли-
вать Mg++. Кроме того, благодаря низкой растворимости
(и в воде, и в жирах) магниевой соли оротовой кислоты
ее диссоциация и отщепление Mg++ происходят только
интрацеллюлярно. Поэтому магниевая соль оротовой
кислоты не только хорошо абсорбируется в ЖКТ, об-
ладая весьма незначительным послабляющим эффек-
том, но и обеспечивает
доставку Mg++ непосредствен-
но в клетку при небольших его потерях с мочой. Таким
образом, магниевая соль оротовой кислоты в составе
лекарственного средства имеет следующие преимуще-
ства: обеспечивает высокую абсорбцию Mg++ в ЖКТ
при минимальных гастроинтестинальных побочных
эффектах; не допускает существенного увеличения экс-
креции Mg++ с мочой; обеспечивает
накопление Mg++
в клетке; сочетает фармакологические эффекты Mg++
и оротовой кислоты [26].
Заключение
Благодаря высокой стабильности магниевой соли
оротовой кислоты, представляющей собой хелатное соединение,
ее диссоциация и отщепление Mg++ происхо-
дят только интрацеллюлярно, что обеспечивает нако-
пление магния в клетках организма.
Лекарственные средства, содержащие магниевую
соль оротовой кислоты в качестве активного ингредиен-
та (Магнерот), сочетают фармакологические эффекты
Mg++ и оротовой кислоты и характеризуются:
• высокой абсорбцией Mg++ в ЖКТ;
• редко встречающимися незначительной степени
выраженности побочными эффектами со сторо-
ны ЖКТ;
• отсутствием повышения экскреции Mg++ с мочой;
• высокой эффективностью купирования клиниче-
ских симптомов дефицита магния.
Литература
1. Hypomagnesaemia. Drug Ther. Bull. 2013; 51 (3): 33–36.
2. Clinical Methods: The History, Physical, and Laboratory
Examinations. 3rd edn. Ed. by H.K. Walker, W.D. Hall,
J.W. Hurst. Boston: Butterworths, 1990.
3. Jahnen-Dechent W., Ketteler M. Magnesium basics. Clin.
Kidney J. 2012; 5: i3–i14.
4. Katopodis P., Karteris E., Katopodis K.P. Pathophysiology
of drug-induced hypomagnesaemia. Drug Saf. 2020; 43 (9):
867–880.
5. Громова О.А., Калачева А.Г., Торшин И.Ю. и др. О диа-
гностике дефицита магния. Часть 1. Архивъ внутрен-
ней медицины. 2014; 2: 5–11.
6. Остроумова О.Д., Кочетков А.И., Клепикова М.В. Ле-
карственно-индуцированный дефицит электролитов.
Часть 2. Лекарственно-индуцированная гипомагние-
мия. РМЖ. 2020; 12: 36–48.
7. Konrad M., Schlingmann K.P., Gudermann T. Insights
into the molecular nature of magnesium homeostasis. Am.
J. Physiol. Renal. Physiol. 2004; 286: F599–F605.
8. Pham P.C., Pham P.M., Pham S.V. et al. Hypomagnesemia
in patients with type 2 diabetes. Clin. J. Am. Soc. Nephrol.
2007; 2: 366–373.
9. DiNicolantonio J.J., O’Keefe J.H., Wilson W. Subclinical
magnesium deficiency: a principal driver of cardiovascular
disease and a public health crisis. Open Heart. 2018; 5:
e000668.
10. Pickering G., Mazur A., Trousselard M. et al. Magnesium
status and stress: the vicious circle concept revisited. Nutrients.
2020; 12 (12): 3672.
11. American Psychological Association. Understanding
Chronic Stress. URL: https://www.apa.org/helpcenter/understanding-
chronic-stress.aspx
12. De Baaij J.H., Hoenderop J.G., Bindels R.J. Magnesium
in man: implications for health and disease. Physiol. Rev.
2015; 95: 1–46.
13. Громова О.А., Торшин И.Ю. Магний и пиридоксин: ос-
новы знаний. М.: Миклош, 2006.
14. Mocci F. The effect of noise on serum and urinary magnesium
and catecholamines in humans. Occup. Med. 2001; 5: 56–61.
15. Тарасов Е.А., Блинов Д.В., Зимовина У.В., Сандакова
Е.А. Дефицит магния и стресс: вопросы взаимосвязи,
тесты для диагностики и подходы к терапии. Терапев-
тический архив. 2015; 9: 114–122.
16. Cuciureanu M., Vink R. Magnesium and stress. In: Magnesium
in the Central Nervous System. Ed. by R. Vink,
M. Nechifor. Adelaide, Australia: University of Adelaide
Press, 2011.
17. Murck H. Magnesium and affective disorders. Nutr. Neurosci.
2002; 5: 375–389.
18. Zheltova A.A., Kharitonova M.V., Iezhitsa I.N., Spasov A.A.
Magnesium deficiency and oxidative stress: an update. Biomedicine
(Taipei). 2016; 6 (4): 20.
19. Costello R., Wallace T.C., Rosanoff A. Magnesium. Adv.
Nutr. 2016; 7: 199–201.
20. Томипова И.К., Торшин И.Ю., Громова О.А. Коррекция
дефицита магния и пиридоксина: клинико-фармаколо-
гические перспективы. Доктор.Ру. 2010; 7: 37–42.
21. Yu A.S.L. Hypomagnesemia: evaluation and treatment.
UpToDate. URL: https://medilib.ir/uptodate/show/834
22. Чекман И.С., Горчакова Н.А, Николай С.Л. Магний
в медицине. Кишинев, 1982. 101 с.
23. Жмурко Г.П., Казакова Е.Ф., Кузнецов В.Н., Ященко А.В.
Общая химия. Под ред. С.Ф. Дунаева. М.: Академия,
2011. 240 с.
24. Blancquaert L., Vervaet C., Derave W. Predicting and testing
bioavailability of magnesium supplements. Nutrients.
2019; 11 (7): 1663.
25. Ших Е.В., Сизова Ж.М., Лобжанидзе А.Н. и др. Срав-
нительная оценка параметров, характеризующих вса-
сывание магния у волонтеров при однократном перо-
ральном приеме оротата магния и комбинации оротата
магния и оротата калия. Вопросы биологической, ме-
дицинской и фармацевтической химии. 2009; 6: 41–43.
26. Есенова И.И. В центре внимания препараты магния.
Рациональная фармакотерапия в кардиологии. 2011;
7 (4): 487–491.
