ВЫБОР ОПТИМАЛЬНОЙ ТЕРАПЕВТИЧЕСКОЙ СТРАТЕГИИ ДЛЯ ПАЦИЕНТОВ С ХРОНИЧЕСКОЙ КРАПИВНИЦЕЙ
Насунова А.Ю., Ненашева Н.М. Выбор оптимальной терапевтической стратегии для пациентов с хронической крапивницей. Практическая аллергология. 2025; 2: 62–68. DOI 10.46393/27129667_2025_2_62–68
Хроническая спонтанная крапивница – распространенное заболевание кожи, которое характеризуется появлением зудя- щих уртикариев и/или ангиоотеков, возникающих ежедневно или почти ежедневно в течение более 6 недель по неизвест- ным причинам. Согласно последним эпидемиологическим данным, хроническая крапивница затрагивает 1–3% населения и более чем у 80% пациентов длится более 1 года. Заболевание встречается во всех возрастных группах, с более высокой распространенностью среди женщин молодого трудоспособного возраста. Около 40% пациентов с хронической крапивни- цей отмечают выраженное влияние заболевания на качество жизни. H1-антигистаминные препараты второго поколения – основа лечения хронической крапивницы. Тем не менее почти 60% пациентов не достигают контроля, несмотря на адек- ватное лечение. При выборе терапевтической стратегии для таких пациентов важны два основных фактора: во-первых, отсутствие нежелательных побочных эффектов, особенно седации, что позволяет безопасно повышать дозу, и, во-вторых, высокая клиническая эффективность с быстрым началом и продолжительным действием. В статье обсуждаются доказа- тельства целесообразности смены антигистаминного препарата, который не обеспечил контроля симптомов, на биластин, характеризующийся высокой эффективностью и хорошей переносимостью, у пациентов с хронической крапивницей.
Анализ данных медицинской статистики под- тверждает, что крапивница остается широ- ко распространенным заболеванием. Так, 15–25% населения Земли хотя бы раз в жиз- ни испытывают симптомы острой формы заболевания длительностью до 6 недель [1]. Как правило, острая крапивница чаще поражает детей и встречается в равной степени у мальчиков и у девочек. У 1 из 10 паци- ентов острая крапивница переходит в хроническую, за- трагивая до 1–3% населения в целом [2, 3], и длится более 1 года более чем у 80% пациентов, при этом 55% пациен- тов страдают более 5 лет, а 27% – более 20 лет [4, 5]. Око- ло 40% пациентов с хронической крапивницей отмечают выраженное влияние заболевания на качество жизни [6]. На фоне развития хронической крапивницы у пациентов могут наблюдаться или возникать сопутствующие забо- левания, такие как аутоиммунный тиреоидит, психические расстройства, метаболический синдром и другие, которые усугубляют течение крапивницы и еще больше ухудшают качество жизни [5, 7]. В этой связи важно еще раз напомнить об актуальности проблемы своевремен- ной диагностики и адекватного лечения крапивницы. Хроническая крапивница – заболевание кожи, опосредованное тучными клетками, которое характе- ризуется появлением зудящих волдырей (уртикариев), ангиоотеков или сочетанием этих проявлений, возника- ющих ежедневно или почти ежедневно на протяжении более 6 недель. Существуют два варианта хронической крапивницы: хроническая индуцируемая, или физическая, крапивница, провоцируемая определенными физи- ческими стимулами, такими как давление, тепло или хо- лод, и более распространенная хроническая спонтанная крапивница, которая развивается без воздействия до- полнительного внешнего стимула и составляет 80–90% всех случаев. Вследствие рецидивирующего характера заболевание оказывает негативное влияние на качество жизни и сопряжено с существенным дискомфортом, а непредсказуемость возникновения симптомов приво- дит к изменению настроения, тревоге, депрессии, нарушению качества сна, сексуальной дисфункции, создает трудности в профессиональной деятельности, учебе, се- мейных отношениях и ведет к социальной дезадаптации, что подтверждено результатами исследований [8–10]. Так, данные онлайн-опроса 582 пациентов с хронической спонтанной крапивницей подтверждают: чем лучше контроль симптомов заболевания, тем меньше их влия- ние на качество жизни (рис. 1). Пациенты, не достигшие адекватного уровня контроля симптомов (сумма баллов по шкале контроля крапивницы (Urticaria Control Test, UCT) – 7,0 ± 1,9 (M ± SD)), чаще сообщали о негативном влиянии заболевания на различные аспекты качества жизни по сравнению (p < 0,05) с пациентами, достигши- ми адекватного уровня контроля на фоне терапии (сум- ма баллов по шкале UCT – 5,1 ± 2,4 (M ± SD)) [11]. Хронической крапивнице подвержены лица мо- лодого трудоспособного возраста, в соотношении 2:1 в пользу женщин [10]. У женщин хроническая крапив- ница не только встречается чаще, но и протекает тяже- лее – высыпания беспокоят чаще, в большем количестве, в течение более длительного периода, сопровождаются отеками, плохо отвечают на стандартную терапию и тре- буют особого подхода к лечению [6]. Согласно актуальным клиническим рекомендаци- ям по лечению крапивницы, в качестве препаратов пер- вого выбора рекомендуются H1-антигистаминные пре- параты второго поколения (H1-АГП) [12]. Современные антигистаминные препараты предпочтительны из-за их минимальных антихолинергических, седативных свойств, низкой вероятности лекарственного взаимодействия и более длительного периода полувыведения. Несмотря на высокий профиль безопасности и эффективности ан- тигистаминных препаратов второго поколения, их фарма- кологические профили могут различаться [13]. Почти 60% пациентов не достигают контроля на стандартной дозе H1-АГП. У этой группы пациентов большинство руководств рекомендуют увеличение стан- дартной дозы до четырехкратной с контролем эффектив- ности терапии каждые 2–4 недели, а также добавлениеомализумаба и циклоспорина, если контроль заболева- ния на фоне антигистаминных препаратов не достигает- ся [12]. В руководящих документах приводится алгоритм постепенного увеличения или уменьшения дозы в зави- симости от тяжести течения заболевания. Несмотря на наличие четких клинических ре- комендаций по диагностике и лечению крапивницы, в реальной клинической практике часто имеет место за- держка в постановке диагноза и отсутствие адекватного контроля заболевания у значительного числа пациентов, несмотря на назначенное лечение. Действительно, со- гласно исследованиям, большинство пациентов сообща- ют о задержке в установлении диагноза на 2 ± 5,4 года. За этот период пациенты с хронической спонтанной крапивницей обращаются в среднем к 6,1 ± 8,9 врачам. Почти половина пациентов сменили лечащего врача хотя бы один раз с момента постановки диагноза, желая най- ти врача-специалиста (36%), получить наиболее эффек- тивное лечение (29%) и/или достичь полного контроля над симптомами крапивницы (29%). В качестве лечения 53% пациентов получали антигистаминные препараты второго поколения, а 48% пациентов продолжали при- нимать антигистаминные препараты первого поколе- ния, из них 19% пациентов принимали антигистаминные препараты первого поколения в комбинации с антигистаминными препаратами второго поколения; 78% па- циентов следовали рекомендациям врача и тем не менее не достигали адекватного контроля. Части пациентов сменили один антигистаминный препарат на другой тип H1-АГП второго поколения, а большей части пациентов увеличили дозу антигистаминных препаратов, и тем не менее у 7% пациентов не удалось улучшить течение заболевания, а 68% смогли повысить контроль лишь частично [14]. К тому же увеличение дозы антигистаминных препаратов повышает риск побочных эффектов, напри- мер, сонливость, седация, головная боль, усталость мо- гут усугубляться при приеме повышенных доз и серьезно влиять на производительность труда и качество жизни пациентов с хронической крапивницей. Этим обусловле- на важность и необходимость выбора оптимальной тера- певтической стратегии. В этом контексте биластин, современный H1-АГП второго поколения, обладает определенными преимуще- ствами по сравнению с другими представителями этого класса, благодаря мощной антигистаминной активности, быстрому началу действия и минимальному седативно- му эффекту [15, 16]. В многочисленных исследованиях охарактеризован фармакологический профиль препара- та биластин, подчеркнуты его преимущества перед дру- гими антигистаминными препаратами, такими как це- тиризин, фексофенадин, лоратадин и дезлоратадин. После приема внутрь биластин быстро абсорбируется из желудочно-кишечного тракта, достигая максималь- ной концентрации в плазме 220 нг/мл приблизительно через 1–1,3 часа после приема. Известно, что диета с вы-соким содержанием жиров препятствует всасыванию биластина. Биодоступность биластина при пероральном приеме составляет 60,7% (90% доверительный интервал (ДИ) 53,79–67,56). Препарат демонстрирует линейную фармакокинетику в диапазоне доз от 2,5 до 220 мг у здо- ровых взрослых людей, без признаков кумуляции после 14 дней лечения [17–19]. Периферическая селективность биластина обусловлена связыванием с P-гликопротеи- ном и ограниченной способностью пересекать гемато- энцефалический барьер [20, 21]. Эти свойства позволя- ют минимизировать влияние на центральную нервную систему (ЦНС) и снижают риск седации. Для сравнения, другие H1-АГП, такие как цетиризин, лоратадин и фексо- фенадин, проявляют различную степень периферической селективности. Например, цетиризин имеет умеренное сродство к H1-рецепторам в головном мозге, что при- водит к более высокой частоте седации по сравнению с биластином. Лоратадин и фексофенадин, как и биластин, характеризуются минимальным проникновением в ЦНС, но занятость H1-рецепторов мозга биластином является одной из самых низких. В отличие от лоратади- на и дезлоратадина, биластин подвергается минимально- му печеночному метаболизму и выводится в основном в неизмененном виде (96% от введенной дозы) в течение 24 часов через почки и кишечник. Период полувыведе- ния биластина составляет приблизительно 14,5 часа, ско- рость клиренса – 18,1 л/ч (таблица) [15]. Выявленные фармакологические свойства биластина подтверждаются результатами клинических ис- следований [29–33]. Так, в исследовании, включавшем 70 пациентов с хронической спонтанной крапивницей, участники получали либо цетиризин 10 мг, либо биластин 20 мг 1 раз в день в течение 6 недель [29]. При этом эф- фект в отношении выраженности симптомов был более значительным в группе биластина по сравнению с груп- пой цетиризина (p < 0,05), а сонливость чаще отмечалась в группе цетиризина по сравнению с группой биластина (p < 0,05). В другом исследовании сравнивали эффек- тивность и безопасность различных схем антигистамин- ной терапии (биластин, фексофенадин, левоцетиризин) у 110 пациентов с хронической спонтанной крапивницей, не отвечающих на стандартные дозы препаратов [30]. Биластин не только уменьшал выраженность симптомов заболевания и реже приводил к таким побочным эффек- там, как сонливость, но и продемонстрировал значитель- ную разницу в снижении индекса активности крапивни- цы в течение 7 последовательных дней (Urticaria Activity Score, UAS7), повышении общей удовлетворенности па- циентов лечением и показателей качества жизни к концу 4-й недели по сравнению с левоцетиризином (p < 0,05). В еще одном исследовании сравнивали эффективность терапии биластином и левоцетиризином у пациентов с хронической крапивницей тяжелой или средней сте- пени тяжести [31]. В группе пациентов, получавших би- ластин, отмечено значительное снижение индекса UAS7,а также повышение индекса качества жизни пациента с дерматологическим заболеванием (Dermatology Life Quality Index, DLQI), при менее выраженном седативном эффекте (p < 0,05). К концу лечения у 80,6% пациентов группы биластина удалость достичь показателей «хоро- ший контроль» (UAS7 ≤ 6) по сравнению с 51,9% пациен- тов группы левоцетиризина (p = 0,04). Согласно данным исследований, биластин ста- бильно демонстрирует более выраженное снижение вы- раженности симптомов, низкий риск развития седации и улучшение качества жизни, что делает его предпочти- тельным вариантом лечения этого заболевания. Данные об эффективности биластина при хрони- ческой крапивнице продолжают накапливаться. В на- стоящее время основной фокус исследований направлен на смену антигистаминной терапии у пациентов с реф- рактерной хронической крапивницей в пользу биласти- на [34]. Так, в многоцентровом открытом рандомизиро- ванном сравнительном исследовании с параллельными группами (n = 128) оценивали эффективность и безопас- ность смены антигистаминных препаратов на биластин по сравнению с терапией H1-АГП в двойной дозе. Па- циентов с хронической спонтанной крапивницей, реф- рактерных к терапии антигистаминными препаратами, отличными от биластина, рандомизировали на две оди- наковые по численности группы. Пациенты 1-й группы получали двойную дозу текущего H1-АГП, во 2-й груп- пе антигистаминный препарат заменили на биластин. В качестве первичной точки был выбран общий балл симптомов (Total Symptom Score, TSS), в качестве вто- ричной конечной точки – итоговый балл, рассчитанный по шкале сонливости Эпворта (Epworth Sleepiness Scale, ESS). Полученные результаты (рис. 2) подтверждают не меньшую эффективность переключения на биластин по сравнению с группой, получавшей двойную дозу H1-АГП (0,17; 95% ДИ -0,32–0,67). Рассчитанная разница составила менее 0,8 – заранее заданного предела не мень- шей эффективности, что указывает на сопоставимую эф- фективность терапии в группе, перешедшей на биластин, по сравнению с группой двойной дозы H1-АГП, на осно- вании выраженности симптомов через 5–7 дней после начала лечения. Различий в итоговом балле по шкале ESS, индексе DLQI и показателе UAS7 между группами не на- блюдалось. Серьезных нежелательных явлений не было ни в одной из групп. Нежелательные явления, связанные с H1-АГП, зарегистрированы у 5 (7,8%) и 3 (4,7%) паци- ентов в группах двойной дозы H1-АГП и биластина со- ответственно. Биластин в качестве предпочтительного средства первого выбора для лечения продемонстриро- вал сопоставимую эффективность по сравнению с двой- ной дозой H1-АГП у пациентов с хронической спонтан- ной крапивницей, рефрактерной к стандартной дозе H1-АГП, при благоприятном профиле безопасности. В другом ретроспективном многоцентровом на- блюдательном когортном исследовании в реальной кли- нической практике изучали эффективность перехода на биластин среди 518 пациентов с хронической спон- танной крапивницей, рефрактерной (UCT < 12 баллов) к терапии другими антигистаминными препаратами, в частности цетиризином, левоцетиризином, фексофе- надином и лоратадином [35]. Оценку эффективности проводили на момент включения в исследование и через 4 недели с использованием шкалы UCT и визуальной аналоговой шкалы (ВАШ). Показатель UCT ≥ 12 сви- детельствовал о хорошем контроле крапивницы, тогда как UCT < 12 – о недостаточном или плохом контроле заболевания. ВАШ использовали для оценки сонливости и удовлетворенности пациентов лечением. Сонливость оценивали по 10-балльной ВАШ, где 0 означает «от- сутствие сонливости», а 10 – «очень трудно оставаться бодрым». Удовлетворенность пациента также оценива- ли по 10-балльной шкале, где 0 означает «не удовлетво- рен», а оценка 10 соответствует «очень удовлетворен». В результате смены терапии на биластин 69% пациентов с хронической спонтанной крапивницей достигли кон- троля заболевания к 28-му дню лечения (рис. 3). Переход на терапию биластином безопасен, не сопряжен с повы- шенной сонливостью и способствует повышению удов- летворенности пациентов лечением (рис. 4). Кроме того, изучалась эффективность и безопас- ность длительного применения биластина в дозе 20 мг в сутки у пациентов с хронической спонтанной крапив-ницей в течение 52 недель [36]. В результате лечения от- мечалось значимое улучшение – снижение баллов по об- щей шкале симптомов (TSS) – уже на 2-й неделе лечения более чем у 80% пациентов (p < 0,001). Достигнутый результат сохранялся в течение всего периода наблюде- ния (p < 0,001) (рис. 5). Применение биластина в течение 52 недель в дозе 20 мг в сутки у пациентов с хронической спонтанной крапивницей сопровождалось улучшением качества жизни по сравнению с исходным по всем пара- метрам опросника DLQI. Эти результаты свидетельствуют о том, что би- ластин является превосходной альтернативой другим антигистаминным препаратам, особенно для пациентов с хронической рефрактерной крапивницей, которым не удалось достичь адекватного контроля симптомов при применении стандартных доз, при меньшей частоте побочных эффектов. Положительные результаты, полу- ченные в реальной клинической практике, укрепляют убежденность в эффективности выбранного решения. Представляем собственное клиническое наблю- дение. На кафедру аллергологии и иммунологии ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России обратился пациент А., 1995 года рождения, с жалобами на высыпания по всему телу, сопровождающиеся зудом. На момент обращения высыпания и зуд беспокоят более 3 месяцев. Принима- ет цетиризин в стандартной дозе 10 мг в вечернее время последние 3 месяца, при этом показатель UCT составил 5 баллов (из 16), индекс UAS7 – 18 баллов (из 42), индекс DQLI – 15 баллов (из 30). В течение дня испытывает труд- ности концентрации внимания, усталость, слабость и вы-раженную дневную сонливость. Со слов пациента, заснул за рулем машины на светофоре. Суммарный балл днев- ной сонливости на основании шкалы ESS – 20 (из 24 бал- лов), что свидетельствует о патологической сонливости. Аллергоанамнез без особенностей. Наследственность по аллергическим заболеваниям не отягощена. Пациенту проведен необходимый перечень исследований на осно- вании актуальных клинических рекомендаций, патоло- гии не выявлено. Поражение кожи носит островоспали- тельный характер. Кожный процесс распространенный, представлен волдырями розового цвета, возвышающи- мися над поверхностью кожи, в количестве более 20, без склонности к слиянию, сопровождающимися зудом средней степени интенсивности. Интенсивность зуда па- циент оценивает на 6 баллов из 10 по ВАШ. На основании жалоб, анамнеза, физикального осмотра и результатов обследования установлен диагноз: хроническая спонтан- ная крапивница, средней степени тяжести, неконтроли- руемое течение. При выборе стратегии лечения руковод- ствовались в первую очередь аспектами эффективности без ущерба безопасности. Исходя из этого выбор сделан в пользу препарата биластин (Никсар®) в стандартной дозе 20 мг в сутки, поскольку именно этот препарат про- демонстрировал более высокую эффективность по срав- нению с другими антигистаминными препаратами вто- рого поколения, такими как цетиризин и левоцетиризин, при лечении хронической крапивницы, обеспечивая эффективное облегчение симптомов в сочетании с мень- шей частотой седативного эффекта. Биластин оказывает минимальное влияние на психомоторную активность и подходит для применения в ситуациях, требующих кон- центрации внимания и бдительности, например при вождении автомобиля. При приеме биластина не усиливается угнетающее влияние алкоголя на ЦНС. Таким образом, биластин (Никсар®) – современ- ный антигистаминный препарат второго поколения, ко- торый можно рекомендовать в качестве терапии первой линии благодаря его мощной антигистаминной активно- сти, минимальному седативному эффекту и благоприят- ному профилю безопасности. Литература 1. Ben-Shoshan M., Kanani A., Kalicinsky C., Watson W. Urticaria. Allergy Asthma Clin. Immunol. 2024; 20 (Suppl. 3): 64. 2. Zuberbier T., Bernstein J.A., Maurer M. Chronic spontaneous urticaria guidelines: what is new? J. Allergy Clin. Immunol. 2022; 150 (6): 1249–1255. 3. Fricke J., Ávila G., Keller T. et al. Prevalence of chronic urticaria in children and adults across the globe: systematic review with meta-analysis. Allergy. 2020; 75 (2): 423–432. 4. Balp M.M., Halliday A.C., Severin T. et al. Clinical remission of chronic spontaneous urticaria (CSU): a targeted literature review. Dermatol. Ther. (Heidelb.). 2022; 12 (1): 15–27. 5. Kolkhir P., Bieber K., Hawro T. et al. Mortality in adult patients with chronic spontaneous urticaria: a real-world cohort study. J. Allergy Clin. Immunol. 2025; 155 (4): 1290–1298. 6. Maurer M., Abuzakouk M., Bérard F. et al. The burden of chronic spontaneous urticaria is substantial: real-world evidence from ASSURE-CSU. Allergy. 2017; 72 (12): 2005–2016. 7. Kolkhir P., Maurer M. Chronic spontaneous urticaria and comorbidities. In: Urticaria and Angioedema. Ed. by T. Zuberbier, C. Grattan, M. Maurer. Springer, Cham., 2021. 8. Gonçalo M., Gimenéz-Arnau A., Al-Ahmad M. et al. The global burden of chronic urticaria for the patient and society. Br. J. Dermatol. 2021; 184 (2): 226–236. 9. Wagner N., Zink A., Hell K. et al. Patients with chronic urticaria remain largely undertreated: results from the DERMLINE online survey. Dermatol. Ther. (Heidelb.). 2021; 11 (3): 1027–1039. 10. Weller K., Maurer M., Bauer A. et al. Epidemiology, comorbidities, and healthcare utilization of patients with chronic urticaria in Germany. J. Eur. Acad. Dermatol. Venereol. 2022; 36 (1): 91–99. 11. Weller K., Winders T., McCarthy J. et al. Urticaria voices: real-world experience of patients living with chronic spontaneous urticaria. Dermatol. Ther. (Heidelb.). 2025; 15 (3): 747–761. 12. Крапивница. Клинические рекомендации Российской ассоциации аллергологов и клинических иммунологов, Союза педиатров России, Общероссийской обществен- ной организации «Российское общество дерматовене- рологов и косметологов». 2023. Доступно по: https:// cr.minzdrav.gov.ru/preview-cr/264_2 13. Xiang Y.K., Fok J.S., Podder I. et al. An update on the use of antihistamines in managing chronic urticaria. Expert Opin. Pharmacother. 2024; 25 (5): 551–569. 14. Podder I., Dhabal A., Chakraborty S.S. Efficacy and safety of up-dosed second-generation antihistamines in uncontrolled chronic spontaneous urticaria: a review. J. Clin. Aesthet. Dermatol. 2023; 16 (3): 44–50. 15. Ridolo E., Montagni M., Bonzano L. et al. Bilastine: new insight into antihistamine treatment. Clin. Mol. Allergy. 2015; 13 (1): 1. 16. Singh Randhawa A., Mohd Noor N., Md Daud M.K., Abdullah B. Efficacy and safety of bilastine in the treatment of allergic rhinitis: a systematic review and meta-analysis. Front. Pharmacol. 2022; 12: 731201. 17. Jáuregui I., García-Lirio E., Soriano A.M. et al. An overview of the novel H1-antihistamine bilastine in allergic rhinitis and urticaria. Expert Rev. Clin. Immunol. 2012; 8 (1): 33–41. 18. Sádaba B., Gómez-Guiu A., Azanza J.R. et al. Oral availability of bilastine. Clin. Drug Investig. 2013; 33 (5): 375–381. 19. Jauregizar N., de la Fuente L., Lucero M.L. et al. Pharmacokinetic- pharmacodynamic modelling of the antihistaminic (H1) effect of bilastine. Clin. Pharmacokinet. 2009; 48 (8): 543–554. 20. Montoro J., Mullol J., Dávila I. et al. Bilastine and the central nervous system. J. Investig. Allergol. Clin. Immunol. 2011; 21 (Suppl. 3): 9–15. 21. Mahajan B.B., Banodkar P., Bhardwaj G. et al. Bilastine reimagined: a comprehensive exploration of pruritus management with a novel antihistamine. Cureus. 2024; 16 (10): e71232. 22. Насунова А.Ю., Ненашева Н.М. К вопросу о сезонном аллергическом рините. Практическая аллергология. 2023; 1: 8–14. 23. Антигистаминные препараты в клинической прак- тике. Клиническое руководство для врачей. Под ред. Н.М. Ненашевой. M.: Медконгресс, 2024. 96 с. 24. Инструкция по медицинскому применению препара- та Никсар®. Государственный реестр лекарственных средств. Доступно по: https://grls.rosminzdrav.ru/Grls_ View_v2.aspx?routingGuid=0d432a43-33d2-426c-a7a8- 00f8072e70a3 25. Инструкция по медицинскому применению препарата Цетиризин. Государственный реестр лекарственных средств. Доступно по: https://grls.rosminzdrav.ru/Grls_ View_v2.aspx?routingGuid=98555feb-c1b3-4be1-bf35- 7018c18ba88b 26. Инструкция по медицинскому применению препарата Левоцетиризин. Государственный реестр лекарствен- ных средств. Доступно по: https://grls.rosminzdrav.ru/ Grls_View_v2.aspx?routingGuid=cbc3533b-534f-48a3- ad7a-be054dc7c657 27. Инструкция по медицинскому применению препара- та Лоратадин. Государственный реестр лекарственных средств. Доступно по: https://grls.rosminzdrav.ru 28. Инструкция по медицинскому применению препара- та Аллегра. Государственный реестр лекарственных средств. Доступно по: https://grls.rosminzdrav.ru/Grls_ View_v2.aspx?routingGuid=6f8dfa73-75ce-48ef-b89e- 83570d419199 29. Sinha V.V., Kalikar M.V., Mukhi J.I. et al. Comparative study of efficacy and safety of cetirizine and bilastine in patients of chronic spontaneous urticaria: open-label, randomized, parallel- group study. Perspect. Clin. Res. 2023; 14 (4): 180–186. 30. Shah B., Dhoot D., Choudhary A. et al. A comparative, three-arm, randomized clinical trial to evaluate the effectiveness and tolerability of bilastine vs fexofenadine vs levocetirizine at the standard dose and bilastine vs fexofenadine at higher than the standard dose (up-dosing) vs levocetirizine and hydroxyzine (in combination) in patients with chronic spontaneous urticaria. Clin. Cosmet. Investig. Dermatol. 2022; 15: 261–270. 31. Podder I., Das A., Ghosh S. et al. Effectiveness, safety, and tolerability of bilastine 20 mg vs levocetirizine 5 mg for the treatment of chronic spontaneous urticaria: a double-blind, parallel group, randomized controlled trial. Dermatol. Ther. 2020; 33 (6): e13946. 32. Zuberbier T., Oanta A., Bogacka E. et al.; Bilastine International Working Group. Comparison of the efficacy and safety of bilastine 20 mg vs levocetirizine 5 mg for the treatment of chronic idiopathic urticaria: a multi-centre, double- blind, randomized, placebo-controlled study. Allergy. 2010; 65 (4): 516–528. 33. Chen X., Han X., Cheng B. et al. Efficacy and safety of bilastine vs. levocetirizine for the treatment of chronic idiopathic urticaria: a multicenter, double-blind, double-dummy, phase III, non-inferiority, randomized clinical trial. Chin. Med. J. (Engl.). 2024; 137 (12): 1480–1482. 34. Fukunaga A., Kakei Y., Murakami S. et al. Efficacy and safety of switching to bilastine, an H1-antihistamine, in patients with refractory chronic spontaneous urticaria ( H1-SWITCH): a multicenter, open-label, randomized, parallel-group comparative study. Front. Immunol. 2024; 15: 1441478. 35. Shah B., Murthy D., Kochhar A. et al. Real world Indian experience of switchover to bilastine in CSU patient refractory to other antihistamines. IP Indian J. Clin. Exp. Dermatol. 2020; 6 (4): 328–332. 36. Yagami A., Furue M., Togawa M. et al. One-year safety and efficacy study of bilastine treatment in Japanese patients with chronic spontaneous urticaria or pruritus associated with skin diseases. J. Dermatol. 2017; 44 (4): 375–385.