Хамитова Э.И., Ненашева Н.М. Распространенность
депрессии и тревожности у пациентов с бронхиальной
астмой и аллергическим ринитом. Обзор литературы.
Практическая аллергология. 2025; 2: 54–60.
DOI 10.46393/27129667_2025_2_54–60
депрессии и тревожности у пациентов с бронхиальной
астмой и аллергическим ринитом. Обзор литературы.
Практическая аллергология. 2025; 2: 54–60.
DOI 10.46393/27129667_2025_2_54–60
Во всем мире увеличивается количество больных аллергическими заболеваниями. Вместе с этим становится более
острой проблема их влияния на качество жизни и психосоматический статус пациентов. В статье приведены данные
обзора русскоязычной и англоязычной литературы, рассматривающей влияние астмы и аллергического ринита на раз-
витие тревожности и депрессии у пациентов с аллергическими респираторными заболеваниями.
острой проблема их влияния на качество жизни и психосоматический статус пациентов. В статье приведены данные
обзора русскоязычной и англоязычной литературы, рассматривающей влияние астмы и аллергического ринита на раз-
витие тревожности и депрессии у пациентов с аллергическими респираторными заболеваниями.
Введение
Аллергический ринит (АР) – заболевание, ха-
рактеризующееся IgE-опосредованным воспалением
слизистой оболочки полости носа, которое развивается
под действием аллергенов, и наличием ежедневно про-
являющихся в течение часа и более хотя бы двух из сле-
дующих симптомов: заложенность (обструкция) носа,
выделения из носа (ринорея), чихание, зуд в полости
носа. Распространенность АР в разных странах мира
составляет 4–32%, в России – 10–24% [1].
Бронхиальная астма (БА) – гетерогенное заболева-
ние, которое характеризуется хроническим воспалением
дыхательных путей, наличием респираторных симпто-
мов, таких как приступы затруднения дыхания, удушья,
свистящие хрипы, одышка, заложенность в груди и ка-
шель, варьирующих по времени и интенсивности и про-
являющихся вместе с вариабельной обструкцией дыха-
тельных путей. По оценкам, в 2019 г. общее число больных
астмой составило 262 млн человек, зарегистрировано
461 тыс. случаев смерти по причине БА. По крайней мере
348 млн пациентов во всем мире страдают от симптомов
БА. В России, по данным эпидемиологического исследо-
вания, распространенность БА среди взрослых составля-
ет 6,9%, а среди детей и подростков – около 10% [2].
Аллергические заболевания могут значитель-
но снижать качество жизни пациентов, приводить
к ограничениям в их повседневной деятельности, тру-
доспособности и доставлять психологический диском-
форт. Пациентов могут беспокоить не только симпто-
мы основного заболевания, например заложенность
носа и ринорея при АР или приступы затрудненного
дыхания и одышка при БА, но и стресс, тревожность
и даже депрессия, которые могут сопутствовать аллер-
гическому заболеванию и утяжелять его течение. Вра-
чи и исследователи во всем мире приводят все больше
доказательств наличия взаимосвязи аллергических ре-
спираторных заболеваний с тревожностью и депресси-
ей у данных пациентов.
Частота встречаемости тревожности и депрессии
у взрослых пациентов с респираторными
аллергическими заболеваниями
И.Н. Белкина, С.Н. Теплова (2008) проанализиро-
вали уровень тревоги и депрессии у пациентов с сезон-
ным АР [3]. Авторы провели анкетирование 90 студентов,
которых разделили на две группы: в 1-ю группу вошли
46 человек с обострением сезонного АР, а во 2-ю группу
(группу контроля) – 44 здоровых студента. В работе ис-
пользовали два вида опросников: шкалу оценки уровня
реактивной и личностной тревожности
Спилбергера
(State-Trait Anxiety Inventory, STAI) и Госпитальную шка-
лу тревоги и депрессии (Hospital Anxiety and Depression
Scale, HADS). По опроснику HADS не выявлено досто-
верных отличий показателей депрессии и тревожности
у пациентов с обострением ринита и участников груп-
пы контроля. Обнаружена лишь статистически вероят-
ная тенденция к увеличению клинически выраженной
тревоги у пациентов с сезонным АР в период обостре-
ния (р = 0,07). Для более детальной оценки реактивной
и личностной тревожности использовали шкалу Спил-
бергера. Уровень реактивной тревожности
по шкале
Спилбергера у пациентов с обострением сезонного АР
был достоверно (р = 0,001) выше, чем в контрольной
группе. Повышение реактивной тревожности выявлено
у 71,7% обследованных пациентов в период обострения
сезонного АР. Показатели личностной тревожности
при сезонном обострении АР не отличались от кон-
трольной группы. Достоверных различий показателей
депрессии не было [3].
В исследовании Sh. Vashadze (2011) изучались
тревожность, депрессия и панические атаки у пациен-
тов с БА [4]. Проведен анализ медицинской докумен-
тации, психического состояния, субъективных и объек-
тивных данных анамнеза. В исследовании участвовали
50 пациентов с БА, из них 32 женщины, 18 мужчин
(средний возраст – 38,7 ± 2,1 года). У 40% пациентов
выявлены тревожность и депрессия. Субклинические
тревожность и депрессия наблюдались у 15 (39%) па-
циентов, клинически выраженные – у 25 (50%). Во всех
случаях психическое расстройство дебютировало на вто-
ром десятилетии жизни. Установлено, что при паниче-
ских атаках усиливаются клинические проявления БА,
а симптомы
тревоги и повторяющиеся приступы паники
увеличивают продолжительность и ухудшают исходы
приступов БА. По мнению исследователя, психологи-
ческая и психофармакологическая терапия тревожных
расстройств в дополнение к стандартной противоастма-
тической терапии может быть одним из методов лечения
больных БА с симптомами тревоги и депрессии [4].
В работе Y.O. Usal и соавт. (2017) оценивались частота
психических расстройств у пациентов с АР и влияние
включения антидепрессантов в схему лечения па-
циентов, резистентных к стандартной терапии АР [5].
Участников исследования разделили на две группы:
пациенты 1-й группы получали терапию, включавшую
дезлоратадин, мометазона фуроат интраназально и ан-
тидепрессант, 2-й группы – только дезлоратадин и мо-
метазона фуроат интраназально. Каждый из симптомов
АР (ринорея, зуд в носу, заложенность носа, чихание,
слезотечение, зуд глаз, нёба/ушей) оценивался баллами
от 0 до 3: 0 баллов соответствовали отсутствию жалоб,
а 3 балла свидетельствовали о существенном влиянии
симптомов на повседневную жизнь пациентов. Оценку
симптомов АР проводили на момент включения в ис-
следование и повторно через 6 недель после лечения.
Для оценки наличия психических расстройств приме-
няли симптоматический опросник SCL-90 (Symptom
Checklist – 90), шкалу депрессии Бека и шкалу тревоги
Спилбергера (STAI). В 1-й группе общий балл назаль-
ных симптомов до лечения составил 9,8 ± 1,8, а после
терапии антигистаминными препаратами (АГП), инга-
ляционными глюкокортикостероидами (инГКС) и ан-
тидепрессантами – 4,7 ± 2,2 (p = 0,000). Во 2-й группе
общий балл назальных симптомов до начала терапии
АГП и инГКС соответствовал 9,2 ± 1,8, а после лечения –
6,8 ± 2,0 (p = 0,001). Общий балл неназальных симпто-
мов (зуд глаз, слезотечение и зуд нёба/ушей) у пациен-
тов 1-й группы до и после лечения был равен 6,9 ± 1,3
и 3,0 ± 2,0 соответственно (p = 0,000), а во 2-й группе –
7,2 ± 1,4 и 5,2 ± 1,6 соответственно (p = 0,000).
Не обнаружено значимой корреляции между
тяжестью симптомов АР и результатами опросников
SCL-
90,
Бека,
STAI (p > 0,05). В обеих группах зареги-
стрированы высокие значения показателей опросника
SCL-90, что указывало на наличие у пациентов психи-
ческих расстройств, а также умеренные значения по-
казателей шкалы депрессии Бека. Оценка результатов
по шкале STAI свидетельствовала о наличии у паци-
ентов обеих групп тревожного расстройства. До нача-
ла терапии существенной разницы между уровнями
тревоги и депрессии у пациентов обеих групп не было.
После лечения результаты улучшились в обеих груп-
пах, однако в 1-й группе общая оценка симптомов АР
была достоверно ниже (p < 0,001). Средний балл тревожности по шкале STAI составил 47,1 в 1-й группе
и 49,7 во 2-й группе, что подтверждает связь между
тревожностью и АР. По шкале депрессии Бека средний
балл в обеих группах составил 20,8, что соответствует
умеренным симптомам депрессии. Авторы высказали
предположение, что депрессия присутствует у многих
пациентов с АР, резистентным к терапии [5].
В 1-й группе отмечено улучшение всех назальных
и неназальных симптомов и общего балла симптомов
после лечения антидепрессантами, инГКС и АГП. Од-
нако во 2-й группе, где проводилась терапия АР только
инГКС и АГП, улучшение наблюдалось только в отноше-
нии ринореи, чихания и неназальных симптомов. Полу-
ченные результаты, несмотря на отсутствие корреляции
между тяжестью симптомов АР и показателями психиа-
трических шкал, могут указывать на то, что улучшение
психического состояния может влиять на снижение вы-
раженности зуда в носу и заложенности носа [5].
X. Lv и соавт. (2010) предположили, что заложен-
ность носа ассоциирована с обсессивно-компульсивным
расстройством, депрессией, тревожностью и психозом,
а зуд в носу связан с соматизацией, депрессией и тревожностью.
Они также утверждали, что контроль над зало-
женностью носа и зудом в носу может способствовать
улучшению психического состояния пациентов [6].
В работе, опубликованной сотрудниками Харь-
ковского национального медицинского университета
(2014), представлен анализ англоязычной литерату-
ры, посвященной исследованию взаимосвязи БА с де-
прессией, тревожными расстройствами, паническими
атаками, стрессом, синдромом дефицита внимания
и гиперактивности [7]. Согласно полученным данным,
тревожные расстройства и депрессия чаще встреча-
ются у больных БА, чем в общей популяции, и влияют
на уровень контроля астмы. Пациенты с БА и депресси-
ей менее склонны к выполнению врачебных рекомен-
даций, приему назначенной терапии, что влияет на сте-
пень контроля БА и приводит к утяжелению депрессии,
формируя порочный круг. В подтверждение своих вы-
водов авторы привели данные C. Sorgen (2008), согласно
которым около 20% больных БА страдают депрессией,
а больше всего депрессии подвержены пациенты, имею-
щие ежедневные ограничения вследствие неконтроли-
руемой астмы.
По результатам метаанализа Y. Lu и соавт. (2012),
общая распространенность депрессии и тревожного
расстройства у подростков с БА достоверно выше, чем
у подростков без астмы, при этом не выявлено влия-
ния пола и тяжести БА на развитие данных психосо-
матических расстройств [8]. Тревожность у пациентов
с БА также влияет на контроль заболевания, частоту
использования бронходилататоров, снижает качество
жизни больных, но не оказывает влияния на частоту
госпитализаций и обращений за неотложной помощью
по поводу БА [7–11].Согласно данным исследования C.R. Roxbury
и соавт. (2019), в котором приняли участие пациенты
с аллергическим и неаллергическим ринитом, вероят-
ность установления диагноза «депрессия» у пациентов
с ринитом на 42% выше, чем у лиц без ринита, а у паци-
ентов, страдающих неаллергическим ринитом, – в 2 раза
выше, чем у здоровых людей [12].
В.В. Шиленкова, А.С. Лопатин (2019) изучили
влияние АР на качество жизни пациентов, в том числе
на психическое здоровье. Авторы привели результаты
нескольких зарубежных исследований, которые позволяют
утверждать, что лучший контроль АР может
способствовать улучшению психического здоровья
населения и необходимо уделять внимание не только
клинике самого ринита, но и психологическому стату-
су пациента [13].
В Корее в рамках Национального обследования
здоровья и питания в 2011–2012 гг. был проведен ана-
лиз психического здоровья 11 154 пациентов в возрас-
те старше 19 лет. Продемонстрирована прямая связь
состояния психики пациента с тяжестью течения АР.
Установлено, что с учетом демографических характе-
ристик и социально-экономического статуса частые
стрессы, депрессивное настроение, мысли о самоубий-
стве можно рассматривать как связанные с АР [14].
M. Bedolla-Barajas и соавт. (2017) провели пере-
крестное исследование, целью которого было изуче-
ние ринита в качестве сопутствующего фактора тре-
вожности и депрессии [15]. В исследовании приняли
участие 111 пациентов с АР, а также 76 здоровых лиц
(без АР), составивших группу контроля. Анализ тре-
воги и депрессии проводили с помощью шкалы тре-
вожности Бека и шкалы депрессии Бека II. Тревожные
состояния были характерны для 45,9% пациентов с АР,
а 38,7% пациентов страдали депрессией. У здоровых
лиц эти показатели составили 10,4% (р < 0,001) и 16,6%
(р = 0,0003) соответственно. Депрессия и тревожность
чаще встречались у женщин, чем у мужчин. По ре-
зультатам анкетирования было выявлено, что в группе
пациентов с АР преобладала умеренная степень де-
прессии и тревожности. Частота развития депрессии
и тревожности не зависела от частоты и интенсивно-
сти симптомов АР [15].
В обзорной статье Y.K. Mou и соавт. (2022) рас-
сматривается корреляция между АР и депрессией [16].
По разным оценкам, у 20,6–38,7% пациентов с АР мо-
гут наблюдаться симптомы депрессии, а риск развития
у больных АР симптомов депрессии в 1,82 раза выше,
чем у здоровых лиц. Депрессия утяжеляет течение АР,
увеличивает социальные расходы на лечение таких па-
циентов. Больные АР, имеющие в качестве сопутству-
ющих заболеваний астму или синусит, показывают бо-
лее высокие баллы по шкале депрессии, чем пациенты
с ринитом без сопутствующих заболеваний. В качестве
факторов, которые могут приводить к психическимрасстройствам у данных пациентов, авторы называют
обеспокоенность пациентов длительным применением
глюкокортикостероидов в схемах лечения и побочными
эффектами некоторых препаратов (монтелукаст). Сле-
дует помнить, что депрессия – один из очень редких по-
бочных эффектов при приеме монтелукаста.
Иммуновоспалительный ответ может играть клю-
чевую роль в развитии депрессии у больных АР. Многие
исследователи предполагают, что периферические вос-
палительные сигналы или цитокины (например, интер-
лейкин (ИЛ) 1β, ИЛ-6, фактор некроза опухоли альфа
(ФНО-α), гранулоцитарно-макрофагальный колоние-
стимулирующий фактор, а также ИЛ-5, ИЛ-13 и ИЛ-4),
гиперэкспрессированные в слизистой носа при АР, мо-
гут проникать в центральную нервную систему (ЦНС)
через возможные «нейронные пути» (обонятельный
и тройничный нервы), «клеточные пути» и «гумораль-
ные пути», вызывая нейровоспаление, окислительный
стресс, нарушения в работе нейротрансмиттеров в моз-
ге и в конечном итоге приводя к депрессии. В 2016 г. ки-
тайские исследователи обнаружили, что у мышей с АР
во время непрерывного воздействия аллергена наблю-
далось поведение, подобное депрессии, которое было
связано с ингибированием нейронов дорсальной части
боковой перегородки, паравентрикулярного ядра и ак-
тивацией микроглии в поясной коре. После длительно-
го отсутствия контакта с аллергеном поведение мышей
возвращалось к норме [16].
В исследовании J. Rodrigues и соавт. (2022), изу-
чавших взаимосвязь между АР (его сезонностью, тяже-
стью и контролем) и наличием тревожности и депрес-
сии, приняли участие 115 пациентов с АР и 38 человек
без респираторных нарушений (контрольная груп-
па) [17]. У пациентов с АР зарегистрированы более вы-
сокие показатели тревожности и депрессии, чем у здо-
ровых людей. Плохой контроль над симптомами АР
был ассоциирован с бόльшим риском развития психо-
соматических расстройств и более высокими баллами
по шкале HADS, опросникам тревожности и депрессии
Бека. Опрос участников проводили с помощью теле-
фонных звонков, с каждым участником созванивались
дважды. По данным опросника HADS, у 27,8% участ-
ников с АР наблюдалась легкая тревожность, а у 4,3% –
выраженная тревожность. Схожие результаты были по-
лучены по данным опросника тревожности Бека (25,2%
пациентов с АР имели тревожность). О панических ата-
ках сообщили 9,6% участников с АР. Пациенты группы
АР также показали более высокие баллы тревожности
по данным опросников по сравнению с контрольной
группой. Отсутствие контроля над симптомами АР
также ассоциировалось с более высокой тревожностью
у пациентов. Сезонность АР существенно не влияла
на уровень тревоги. У пациентов со среднетяжелым
и тяжелым ринитом зарегистрирован более высокий
уровень тревожности, чем у пациентов с легким рини-том. Согласно опроснику HADS и опроснику тревожно-
сти Бека, депрессия легкой степени была у 36,5% участ-
ников с АР, тяжелая депрессия – у 2,6%, что превышало
показатели контрольной группы. Отсутствие контроля
над ринитом ассоциировалось с более высокими пока-
зателями депрессии по данным опросников. Связь де-
прессии с сезонностью АР была несущественной, одна-
ко у участников со среднетяжелым и тяжелым течением
АР отмечалась тенденция к более тяжелой депрессии.
Авторы исследования рассматривают четыре механиз-
ма связи между АР и психосоматическими расстрой-
ствами:
1) наличие хронического заболевания, которое
само по себе может влиять на психический ста-
тус пациентов, а также затруднение дыхания, ко-
торое увеличивает уровень тревоги у пациентов;
2) проникновение воспалительных цитокинов
через гематоэнцефалический барьер и активация
нейроиммунных механизмов. Некоторые цито-
кины, например ИЛ-2, часто обнаруживаемые
у пациентов с АР, могут индуцировать экспрес-
сию фермента ЦНС индоламина 2,3-диоксиге-
назы, который индуцирует выработку кинуре-
нина из триптофана. Таким образом, медиаторы
с нейротрансмиттерной функцией могут стиму-
лировать лимбическую систему во время аллер-
гического ответа, что считается возможным ме-
ханизмом связи тревожности/депрессии с АР;
3) расстройство сна, сопровождающее аллергиче-
ские заболевания, также считается фактором,
ведущим к тревожности и депрессии у паци-
ентов. Нарушение циркадных ритмов – один
из симптомов психических расстройств, вклю-
чая депрессию. Бессонница может повышать
уровень воспалительных цитокинов (например,
ИЛ-6, ФНО-α) путем активации симпатической
нервной системы;
4) генетическая предрасположенность одновремен-
но и к аллергическим заболеваниям, и к тревоге/депрессии,
однако данных литературы, под-
тверждающих данный механизм, очень мало [17].
В публикации J. John и соавт. (2023) приведены
результаты поперечного исследования N. Savery и со-
авт. с участием 250 пациентов с АР. Тяжесть АР опре-
деляли по его классификации и степени влияния на те-
чение астмы, оценку депрессии проводили с помощью
шкалы Гамильтона. Средний возраст участников соста-
вил 33 ± 2 года, распространенность депрессии – 88%,
причем в большинстве случаев (71%) по результатам
анкетирования у пациентов выявлена легкая степень
тяжести депрессии. Обнаружена значимая связь де-
прессии у пациентов с АР с возрастом, полом, куре-
нием, местом проживания, социально-экономическим
статусом и сопутствующими заболеваниями. Показано
также, что тяжесть АР напрямую связана с тяжестьюдепрессии. При сопоставлении степени тяжести АР
с наличием симптомов депрессии установлено наличие
депрессии у 94,4% пациентов со среднетяжелым и тя-
желым интермиттирующим АР, 100% с тяжелым перси-
стирующим ринитом, 87,9% с легким персистирующим
ринитом и только у 25% пациентов с легким интермит-
тирующим ринитом. Исследователи также сопостави-
ли тяжесть депрессии с тяжестью АР у обследуемых.
Выявлено, что легкая депрессия была у 16,7% пациен-
тов с легким интермиттирующим АР, 60,3% пациентов
с легким персистирующим АР, 86,7% больных со сред-
нетяжелым интермиттирующим АР, а также 76,9% боль-
ных с тяжелым персистирующим АР. Депрессия средней
степени тяжести выявлена у 29,3% пациентов с легким
персистирующим ринитом, у 6,7% – со среднетяжелым
интермиттирующим ринитом, у 19,2% – с тяжелым пер-
систирующим АР. Тяжелая депрессия выявлена у 2,2%
больных со среднетяжелым интермиттирующим рини-
том и у 2,6% – с тяжелым персистирующим АР [18].
В зонтичный обзор X. Xu и соавт. (2024) были
включены систематические обзоры и метаанализы,
в которых изучалась связь аллергических заболеваний
и психических расстройств [19]. Поиск публикаций
проводился по базам данных PubMed, Embase, Web
of Science, а также Кокрейновской базе данных систе-
матических обзоров вплоть до 30 апреля 2024 г. по сле-
дующим ключевым словам: аллергические заболевания,
психическое здоровье, метаанализ, систематический
обзор. Авторы выбрали 21 подходящую статью, в ко-
торой описано 37 наблюдений взаимосвязи между ал-
лергическими и психическими заболеваниями, с общим
количеством обследованных лиц 348 405 029. Достовер-
ность взаимосвязи была весьма убедительной в отно-
шении астмы и риска развития депрессии (отношение
шансов 1,64, доверительный интервал 1,50–1,78), астмы
и риска развития тревожности (отношение шансов 1,95,
доверительный интервал 1,68–2,26). Авторы пришли
к выводу, что аллергические заболевания связаны с по-
вышенным риском развития целого ряда психических
расстройств, а наиболее убедительные доказательства
данной взаимосвязи получены для БА [19].
В российском исследовании проводилось изуче-
ние уровня тревоги и депрессии у 30 пациентов с БА
в возрасте от 18 до 69 лет [20]. Для выявления клини-
чески выраженной тревоги/депрессии использовали
Госпитальную шкалу тревоги и депрессии (HADS), сте-
пень тяжести депрессии оценивали с помощью опро-
сника Бека. Субклиническая тревога по шкале HADS
выявлена у 1 пациента с интермиттирующей БА, 1 па-
циента с легкой персистирующей БА, 2 пациентов со
среднетяжелой астмой, сочетание субклинической тре-
воги и депрессии – у 1 пациента с интермиттирующей
БА и 1 пациента с легкой персистирующей БА. У 2 че-
ловек со среднетяжелой астмой отмечена субклиниче-
ская тревога в сочетании с депрессией легкой степени.По шкале Бека у пациентов с легкой персистирующей
и интермиттирующей астмой отклонений от нормаль-
ных показателей не было. У 1 пациента с тяжелой аст-
мой выявлена депрессия легкой степени с клинически
выраженной тревогой, у 1 – депрессия тяжелой степени
с клинически выраженной тревогой, у 1 – депрессия тя-
желой степени с субклинической тревогой, у 2 пациен-
тов отмечалась субклиническая тревога, у 1 – субкли-
ническая депрессия [20].
Частота встречаемости тревожности и депрессии
у детей с респираторными аллергическими
заболеваниями
Тревожные расстройства встречаются не только
у взрослых, но и у детей, страдающих БА. J.M. Feldman
и соавт. (2013) изучили влияние тревожности на пока-
затели функции внешнего дыхания, оценку дыхательной
функции самими пациентами и частоту использования
лекарственных препаратов [21]. В исследовании приня-
ли участие 97 детей в возрасте от 7 до 11 лет. Согласно
полученным данным, симптомы тревожности у детей,
больных БА, сочетались с увеличением использования
ингаляторов для купирования приступа бронхообструк-
ции, а также низкой самооценкой дыхательной функции.
Симптомы депрессии у детей сочетались с увеличенным
риском использования медикаментов [21].
Нарушения сна, которые наблюдаются у пациен-
тов с АР, также могут приводить к развитию депрессии.
По данным A.U. Amritwar и соавт. (2017), у 8% пациен-
тов с сезонным и 68% пациентов с круглогодичным АР
были нарушения сна. Диагноз АР, установленный в под-
ростковом возрасте, является предиктором выявления
депрессии или биполярного расстройства во взрослом
возрасте [22]. В исследовании среди финских близнецов
установлен потенциально общий генетический риск
между аллергическими заболеваниями и симптомами
депрессии [23].
В исследовании, проведенном в Швеции с участием
монозиготных и дизиготных близнецов одного
пола, изучалось наличие у детей и характер семейной
предрасположенности к сопутствующим атопиче-
ским заболеваниям и депрессии или тревожности [24].
Депрессию или тревожность оценивали с помощью
опросников SCARED (Скрининг эмоциональных рас-
стройств, связанных с тревогой у детей) и SMFQ (Крат-
кий опросник настроения и чувств). SCARED – это
опросник из 41 пункта, который используется для выяв-
ления генерализованного тревожного расстройства, па-
нического/соматического расстройства, страха разлуки,
социальной фобии и школьной фобии. Любой ребенок,
набравший больше порогового значения по любому
из 5 расстройств, считается страдающим тревожным
расстройством. SMFQ – это опросник из 13 пунктов,
и любой ребенок, набравший более 11 баллов по дан-
ному опроснику, считается страдающим депрессивнымрасстройством. Анализ результатов показал, что если
у одного из близнецов имелось хотя бы одно атопическое
заболевание, то второй близнец был подвержен
риску развития психических расстройств независимо
от наличия у него атопии. Ассоциации у монозиготных
близнецов были не выше, чем у дизиготных, это позво-
ляет предположить, что предрасположенность не явля-
ется генетической по своей природе [24].
В американском исследовании с участием
367 подростков изучались специфические взаимосвязи
депрессии и тревожного расстройства с БА, АР, атопи-
ческим дерматитом [25]. Психическое здоровье оцени-
валось в возрасте 7, 9, 11, 13 лет. Наличие атопических
заболеваний оценивалось в возрасте 13 лет со слов ро-
дителей. Результаты показывают, что среди атопических
заболеваний тревожность взаимосвязана с астмой и АР,
а наличие у одного пациента и астмы, и ринита усилива-
ет эту связь. Отсутствие связи с депрессией позволяет
предположить, что другие факторы могут способство-
вать различному проявлению тревожности и депрессии
при атопических заболеваниях [25].
В исследовании A.M. Мамедъярова и соавт. (2007)
у подростков в возрасте от 14 до 17 лет, страдающих
БА
средней степени тяжести в стадии обострения, зареги-
стрированы более высокие уровни депрессии, ситуа-
тивной и личностной тревожности по сравнению с кон-
трольной группой [26].
Т.В. Никитина и соавт. (2016) приводят резуль-
таты рисуночного теста, проведенного среди 17 детей
с БА в возрасте от 9 до 15 лет. У 69% обследованных об-
наружен повышенный уровень тревожности, а у 41% –
склонность к депрессивным состояниям [27].
Результаты исследования B. Cuffel и соавт. сви-
детельствуют о связи АР не только с более высокими
показателями депрессии и тревожного расстройства,
но и с бόльшими расходами здравоохранения на лече-
ние данных пациентов. Наличие депрессии или тревожности
у пациентов с АР увеличивало расходы на здра-
воохранение на 207 долларов в год при сочетании
ринита с тревожным расстройством и на 363 доллара
в год при сочетании ринита с депрессией [28].
Результаты и обсуждение
Мы провели обзор 25 работ, опубликованных
в период с 1999 по 2024 г., в которых рассматривает-
ся влияние аллергических заболеваний на депрессию
и тревожность. Частота встречаемости тревожности
при АР составляет, по разным данным, до 71,7%, де-
прессии – от 20,6 до 88%. Распространенность депрес-
сии и тревожности при БА достигает 41%.
Наличие тревожности и депрессии у пациентов
оценивалось с помощью соответствующих опросни-
ков и шкал. В четырех исследованиях оценку депрессии
проводили, используя шкалу депрессии Бека, в трех ра-
ботах оценивали тревожность и депрессию с помощью Госпитальной шкалы тревоги и депрессии (HADS).
В двух исследованиях авторы применили шкалу тре-
воги Спилбергера (шкала оценки уровня реактивной
и личностной тревожности – STAI). Шкалу тревожно-
сти Бека использовали также в двух работах. В одной
статье для анкетирования пациентов применяли симптоматический
опросник SCL-90. Шкала Гамильтона
использовалась для оценки депрессии также в одном
исследовании. Для оценки тревожности и депрессии
у детей различные авторы использовали рисуночный
тест, опросники SCARED (Скрининг эмоциональных
расстройств, связанных с тревогой у детей) и SMFQ
(Краткий опросник настроения и чувств).
Некоторые исследователи также рассматривали
возможность дополнения терапии пациентов с аллер-
гическими заболеваниями приемом антидепрессантов
при наличии у них показаний к применению данной
группы препаратов и пришли к выводу, что комплекс-
ная терапия АР с добавлением антидепрессантов спо-
собствует более выраженному улучшению назальных
и неназальных симптомов АР, чем фармакотерапия
только АР.
Авторы исследований приводят четыре возмож-
ных механизма взаимовлияния аллергических заболе-
ваний на депрессию и тревожные расстройства:
1) негативное влияние симптомов аллергического
респираторного заболевания на психическое со-
стояние пациентов;
2) проникновение воспалительных цитокинов
через гематоэнцефалический барьер и активация
нейроиммунных механизмов;
3) нарушения циркадных ритмов сна, ведущие к по-
вышению уровня воспалительных цитокинов пу-
тем активации симпатической нервной системы;
4) генетическая предрасположенность одновремен-
но к аллергическим заболеваниям и к тревоге/
депрессии.
Для установления точной причины, по которой
пациенты с респираторной аллергией могут отмечать
у себя тревожные расстройства и депрессию, требуется
проведение дальнейших исследований.
Заключение
Аллергические заболевания, такие как АР и БА,
и психические расстройства могут оказывать взаимное
влияние и утяжелять течение друг друга, в некоторых
случаях образуя порочный круг, при котором основ-
ное аллергическое заболевание провоцирует разви-
тие у пациентов тревожных расстройств и депрессии,
в свою очередь ухудшаютщих течение и качество жиз-
ни при аллергии. Следует не только лечить симптомы
АР и БА, но и уделять внимание психоэмоциональному
состоянию пациентов, страдающих аллергическими
заболеваниями, при необходимости корректировать
получаемую терапию с учетом этих сопутствующих
состояний. Врачи должны учитывать связь между ал-
лергией и психическим здоровьем пациентов и при не-
обходимости направлять их к соответствующим специ-
алистам. Адекватный и комплексный подход к лечению
астмы и ринита может значительно улучшить качество
жизни пациентов и сократить расходы на лечение.
Литература
1. Аллергический ринит. Клинические рекомендации
Министерства здравоохранения РФ. 2024. Доступно
по: https://cr.minzdrav.gov.ru/preview-cr/261_2
2. Бронхиальная астма. Клинические рекомендации
Российской ассоциации аллергологов и клинических
иммунологов, Российского респираторного общества,
Союза педиатров России, Ассоциации врачей и специ-
алистов медицины труда. 2024.
3. Белкина И.Н., Теплова С.Н. Показатели тревоги и де-
прессии у молодых пациентов с сезонным аллергиче-
ским ринитом. Российский аллергологический жур-
нал. 2008; 5: 25–28.
4. Vashadze Sh. Anxiety, depression, panic disorder and bronchial
asthma. Georgian Med. News. 2011; 11 (200): 63–67.
5. Usal Y.O., Tansuker H.D., Bakim B. et al. Psychiatric analysis
of treatment-resistant allergic rhinitis and evaluation of
the effects of antidepressant use. ENT Updates. 2017; 7 (1):
9–16.
6. Lv X., Xi L., Han D., Zhang L. Evaluation of the psychological
status in seasonal allergic rhinitis patients. ORL
J. Otorhinolaryngol. Relat. Spec. 2010; 72: 84–90.
7. Клименко В.А., Сивопляс-Романова А.С. Психические
нарушения у больных с бронхиальной астмой. Одыш-
ка и ассоциированные синдромы: Межрегиональный
сборник научных трудов под ред. В.Н. Абросимова.
Выпуск 5. Рязань: РязГМУ им. И.П. Павлова, 2014:
66–75.
8. Lu Y., Mak K.K., van Bever H.P. et al. Prevalence of anxiety
and depressive symptoms in adolescents with asthma:
a meta-analysis and meta-regression. Pediatr. Allergy Immunol.
2012; 23 (8): 707–715.
9. Lavoie K.L., Bacon S.L., Barone S. et al. What is worse
for asthma control and quality of life: depressive disorders,
anxiety disorders, or both? Chest. 2006; 130 (4):
1039–1047.
10. Feldman J.M., Siddique M.I., Morales E. et al. Psychiatric
disorders and asthma outcomes among high-risk inner city
patients. Psychosom. Med. 2005; 67 (6): 989–996.
11. Lavoie K.L., Boudreau M., Plourde A. et al. Association between
generalized anxiety disorder and asthma morbidity.
Psychosom. Med. 2011; 73 (6): 504–513.
12. Roxbury C.R., Qiu M., Shargorodsky J. et al. Association
between rhinitis and depression in United States adults.
J. Allergy Clin. Immunol. Pract. 2019; 7 (6): 2013–2020.
13. Шиленкова В.В., Лопатин А.С. Аллергический ринит
и качество жизни. Российская ринология. 2019; 27 (4):
215–223.
14. Kim D.H., Han K., Kim S.W. Relationship between allergic
rhinitis and mental health in the general Korean
adult population. Allergy Asthma Immunol. Res. 2016;
8 (1): 49–54.
15. Bedolla-Barajas M., Morales-Romero J., Pulido-Guillén N.A.
et al. Rhinitis as an associated factor for anxiety and depression
amongst adults. Braz. J. Otorhinolaryngol. 2017;
83 (4): 432–438.
16. Mou Y.K., Wang H.R., Zhang W.B. et al. Allergic rhinitis
and depression: profile and proposal. Front. Psychiatry.
2022; 12: 820497.
17. Rodrigues J., Pinto J.V., Alexandre P.L. et al. Allergic rhinitis
seasonality, severity, and disease control influence
anxiety and depression. Laryngoscope. 2023; 133 (6):
1321–1327.
18. John J., Savery N., Velayutham P. et al. Evaluation of a possible
association between severity of allergic rhinitis and
the level of depression in patients in a tertiary care hospital
in South India: a cross-sectional study. Cureus. 2023;
15 (5): e39809.
19. Xu X., Li S., Chen Y. et al. Association between allergic
diseases and mental health conditions: an umbrella review.
J. Allergy Clin. Immunol. 2025; 155 (3): 701–713.
20. Хакимова М.Р. Бронхиальная астма и депрессия. Сбор-
ник тезисов VII Международного молодежного науч-
ного медицинского форума «Белые цветы». Казань:
КГМУ, 2020: 82.
21. Feldman J.M., Steinberg D., Kutner H. et al. Perception of
pulmonary function and asthma control: the differential
role of child versus caregiver anxiety and depression. J. Pediatr.
Psychol. 2013; 38 (10): 1091–100.
22. Amritwar A.U., Lowry C.A., Brenner L.A. et al. Mental
health in allergic rhinitis: depression and suicidal behavior.
Curr. Treat. Options Allergy. 2017; 4 (1): 71–97.
23. Wamboldt M.Z., Hewitt J.K., Schmitz S. et al. Familial association
between allergic disorders and depression in adult
Finnish twins. Am. J. Med. Genet. 2000; 96 (2): 146–153.
24. Brew B.K., Lundholm C., Gong T. et al. The familial aggregation
of atopic diseases and depression or anxiety in
children. Clin. Exp. Allergy. 2018; 48 (6): 703–711.
25. Slattery M.J., Essex M.J. Specificity in the association of anxiety,
depression, and atopic disorders in a community sample
of adolescents. J. Psychiatr. Res. 2011; 45 (6): 788–795.
26. Мамедъяров А.М., Намазова-Баранова Л.С., Кузен-
кова Л.М. и др. Оценка роли психоэмоциональных
факторов в возникновении и течении бронхиальной
астмы у детей и подростков. Вопросы современной пе-
диатрии. 2007; 6 (3): 117–118.
27. Никитина Т.В., Матасова Ю.А., Козловская М.Л. Пси-
хосоматический характер бронхиальной астмы. Бюл-
летень медицинских интернет-конференций. 2016;
6 (6): 1261.
28. Cuffel B., Wamboldt M., Borish L. et al. Economic
consequences of comorbid depression, anxiety, and allergic
rhinitis. Psychosomatics. 1999; 40 (6): 491–496.
Аллергический ринит (АР) – заболевание, ха-
рактеризующееся IgE-опосредованным воспалением
слизистой оболочки полости носа, которое развивается
под действием аллергенов, и наличием ежедневно про-
являющихся в течение часа и более хотя бы двух из сле-
дующих симптомов: заложенность (обструкция) носа,
выделения из носа (ринорея), чихание, зуд в полости
носа. Распространенность АР в разных странах мира
составляет 4–32%, в России – 10–24% [1].
Бронхиальная астма (БА) – гетерогенное заболева-
ние, которое характеризуется хроническим воспалением
дыхательных путей, наличием респираторных симпто-
мов, таких как приступы затруднения дыхания, удушья,
свистящие хрипы, одышка, заложенность в груди и ка-
шель, варьирующих по времени и интенсивности и про-
являющихся вместе с вариабельной обструкцией дыха-
тельных путей. По оценкам, в 2019 г. общее число больных
астмой составило 262 млн человек, зарегистрировано
461 тыс. случаев смерти по причине БА. По крайней мере
348 млн пациентов во всем мире страдают от симптомов
БА. В России, по данным эпидемиологического исследо-
вания, распространенность БА среди взрослых составля-
ет 6,9%, а среди детей и подростков – около 10% [2].
Аллергические заболевания могут значитель-
но снижать качество жизни пациентов, приводить
к ограничениям в их повседневной деятельности, тру-
доспособности и доставлять психологический диском-
форт. Пациентов могут беспокоить не только симпто-
мы основного заболевания, например заложенность
носа и ринорея при АР или приступы затрудненного
дыхания и одышка при БА, но и стресс, тревожность
и даже депрессия, которые могут сопутствовать аллер-
гическому заболеванию и утяжелять его течение. Вра-
чи и исследователи во всем мире приводят все больше
доказательств наличия взаимосвязи аллергических ре-
спираторных заболеваний с тревожностью и депресси-
ей у данных пациентов.
Частота встречаемости тревожности и депрессии
у взрослых пациентов с респираторными
аллергическими заболеваниями
И.Н. Белкина, С.Н. Теплова (2008) проанализиро-
вали уровень тревоги и депрессии у пациентов с сезон-
ным АР [3]. Авторы провели анкетирование 90 студентов,
которых разделили на две группы: в 1-ю группу вошли
46 человек с обострением сезонного АР, а во 2-ю группу
(группу контроля) – 44 здоровых студента. В работе ис-
пользовали два вида опросников: шкалу оценки уровня
реактивной и личностной тревожности
Спилбергера
(State-Trait Anxiety Inventory, STAI) и Госпитальную шка-
лу тревоги и депрессии (Hospital Anxiety and Depression
Scale, HADS). По опроснику HADS не выявлено досто-
верных отличий показателей депрессии и тревожности
у пациентов с обострением ринита и участников груп-
пы контроля. Обнаружена лишь статистически вероят-
ная тенденция к увеличению клинически выраженной
тревоги у пациентов с сезонным АР в период обостре-
ния (р = 0,07). Для более детальной оценки реактивной
и личностной тревожности использовали шкалу Спил-
бергера. Уровень реактивной тревожности
по шкале
Спилбергера у пациентов с обострением сезонного АР
был достоверно (р = 0,001) выше, чем в контрольной
группе. Повышение реактивной тревожности выявлено
у 71,7% обследованных пациентов в период обострения
сезонного АР. Показатели личностной тревожности
при сезонном обострении АР не отличались от кон-
трольной группы. Достоверных различий показателей
депрессии не было [3].
В исследовании Sh. Vashadze (2011) изучались
тревожность, депрессия и панические атаки у пациен-
тов с БА [4]. Проведен анализ медицинской докумен-
тации, психического состояния, субъективных и объек-
тивных данных анамнеза. В исследовании участвовали
50 пациентов с БА, из них 32 женщины, 18 мужчин
(средний возраст – 38,7 ± 2,1 года). У 40% пациентов
выявлены тревожность и депрессия. Субклинические
тревожность и депрессия наблюдались у 15 (39%) па-
циентов, клинически выраженные – у 25 (50%). Во всех
случаях психическое расстройство дебютировало на вто-
ром десятилетии жизни. Установлено, что при паниче-
ских атаках усиливаются клинические проявления БА,
а симптомы
тревоги и повторяющиеся приступы паники
увеличивают продолжительность и ухудшают исходы
приступов БА. По мнению исследователя, психологи-
ческая и психофармакологическая терапия тревожных
расстройств в дополнение к стандартной противоастма-
тической терапии может быть одним из методов лечения
больных БА с симптомами тревоги и депрессии [4].
В работе Y.O. Usal и соавт. (2017) оценивались частота
психических расстройств у пациентов с АР и влияние
включения антидепрессантов в схему лечения па-
циентов, резистентных к стандартной терапии АР [5].
Участников исследования разделили на две группы:
пациенты 1-й группы получали терапию, включавшую
дезлоратадин, мометазона фуроат интраназально и ан-
тидепрессант, 2-й группы – только дезлоратадин и мо-
метазона фуроат интраназально. Каждый из симптомов
АР (ринорея, зуд в носу, заложенность носа, чихание,
слезотечение, зуд глаз, нёба/ушей) оценивался баллами
от 0 до 3: 0 баллов соответствовали отсутствию жалоб,
а 3 балла свидетельствовали о существенном влиянии
симптомов на повседневную жизнь пациентов. Оценку
симптомов АР проводили на момент включения в ис-
следование и повторно через 6 недель после лечения.
Для оценки наличия психических расстройств приме-
няли симптоматический опросник SCL-90 (Symptom
Checklist – 90), шкалу депрессии Бека и шкалу тревоги
Спилбергера (STAI). В 1-й группе общий балл назаль-
ных симптомов до лечения составил 9,8 ± 1,8, а после
терапии антигистаминными препаратами (АГП), инга-
ляционными глюкокортикостероидами (инГКС) и ан-
тидепрессантами – 4,7 ± 2,2 (p = 0,000). Во 2-й группе
общий балл назальных симптомов до начала терапии
АГП и инГКС соответствовал 9,2 ± 1,8, а после лечения –
6,8 ± 2,0 (p = 0,001). Общий балл неназальных симпто-
мов (зуд глаз, слезотечение и зуд нёба/ушей) у пациен-
тов 1-й группы до и после лечения был равен 6,9 ± 1,3
и 3,0 ± 2,0 соответственно (p = 0,000), а во 2-й группе –
7,2 ± 1,4 и 5,2 ± 1,6 соответственно (p = 0,000).
Не обнаружено значимой корреляции между
тяжестью симптомов АР и результатами опросников
SCL-
90,
Бека,
STAI (p > 0,05). В обеих группах зареги-
стрированы высокие значения показателей опросника
SCL-90, что указывало на наличие у пациентов психи-
ческих расстройств, а также умеренные значения по-
казателей шкалы депрессии Бека. Оценка результатов
по шкале STAI свидетельствовала о наличии у паци-
ентов обеих групп тревожного расстройства. До нача-
ла терапии существенной разницы между уровнями
тревоги и депрессии у пациентов обеих групп не было.
После лечения результаты улучшились в обеих груп-
пах, однако в 1-й группе общая оценка симптомов АР
была достоверно ниже (p < 0,001). Средний балл тревожности по шкале STAI составил 47,1 в 1-й группе
и 49,7 во 2-й группе, что подтверждает связь между
тревожностью и АР. По шкале депрессии Бека средний
балл в обеих группах составил 20,8, что соответствует
умеренным симптомам депрессии. Авторы высказали
предположение, что депрессия присутствует у многих
пациентов с АР, резистентным к терапии [5].
В 1-й группе отмечено улучшение всех назальных
и неназальных симптомов и общего балла симптомов
после лечения антидепрессантами, инГКС и АГП. Од-
нако во 2-й группе, где проводилась терапия АР только
инГКС и АГП, улучшение наблюдалось только в отноше-
нии ринореи, чихания и неназальных симптомов. Полу-
ченные результаты, несмотря на отсутствие корреляции
между тяжестью симптомов АР и показателями психиа-
трических шкал, могут указывать на то, что улучшение
психического состояния может влиять на снижение вы-
раженности зуда в носу и заложенности носа [5].
X. Lv и соавт. (2010) предположили, что заложен-
ность носа ассоциирована с обсессивно-компульсивным
расстройством, депрессией, тревожностью и психозом,
а зуд в носу связан с соматизацией, депрессией и тревожностью.
Они также утверждали, что контроль над зало-
женностью носа и зудом в носу может способствовать
улучшению психического состояния пациентов [6].
В работе, опубликованной сотрудниками Харь-
ковского национального медицинского университета
(2014), представлен анализ англоязычной литерату-
ры, посвященной исследованию взаимосвязи БА с де-
прессией, тревожными расстройствами, паническими
атаками, стрессом, синдромом дефицита внимания
и гиперактивности [7]. Согласно полученным данным,
тревожные расстройства и депрессия чаще встреча-
ются у больных БА, чем в общей популяции, и влияют
на уровень контроля астмы. Пациенты с БА и депресси-
ей менее склонны к выполнению врачебных рекомен-
даций, приему назначенной терапии, что влияет на сте-
пень контроля БА и приводит к утяжелению депрессии,
формируя порочный круг. В подтверждение своих вы-
водов авторы привели данные C. Sorgen (2008), согласно
которым около 20% больных БА страдают депрессией,
а больше всего депрессии подвержены пациенты, имею-
щие ежедневные ограничения вследствие неконтроли-
руемой астмы.
По результатам метаанализа Y. Lu и соавт. (2012),
общая распространенность депрессии и тревожного
расстройства у подростков с БА достоверно выше, чем
у подростков без астмы, при этом не выявлено влия-
ния пола и тяжести БА на развитие данных психосо-
матических расстройств [8]. Тревожность у пациентов
с БА также влияет на контроль заболевания, частоту
использования бронходилататоров, снижает качество
жизни больных, но не оказывает влияния на частоту
госпитализаций и обращений за неотложной помощью
по поводу БА [7–11].Согласно данным исследования C.R. Roxbury
и соавт. (2019), в котором приняли участие пациенты
с аллергическим и неаллергическим ринитом, вероят-
ность установления диагноза «депрессия» у пациентов
с ринитом на 42% выше, чем у лиц без ринита, а у паци-
ентов, страдающих неаллергическим ринитом, – в 2 раза
выше, чем у здоровых людей [12].
В.В. Шиленкова, А.С. Лопатин (2019) изучили
влияние АР на качество жизни пациентов, в том числе
на психическое здоровье. Авторы привели результаты
нескольких зарубежных исследований, которые позволяют
утверждать, что лучший контроль АР может
способствовать улучшению психического здоровья
населения и необходимо уделять внимание не только
клинике самого ринита, но и психологическому стату-
су пациента [13].
В Корее в рамках Национального обследования
здоровья и питания в 2011–2012 гг. был проведен ана-
лиз психического здоровья 11 154 пациентов в возрас-
те старше 19 лет. Продемонстрирована прямая связь
состояния психики пациента с тяжестью течения АР.
Установлено, что с учетом демографических характе-
ристик и социально-экономического статуса частые
стрессы, депрессивное настроение, мысли о самоубий-
стве можно рассматривать как связанные с АР [14].
M. Bedolla-Barajas и соавт. (2017) провели пере-
крестное исследование, целью которого было изуче-
ние ринита в качестве сопутствующего фактора тре-
вожности и депрессии [15]. В исследовании приняли
участие 111 пациентов с АР, а также 76 здоровых лиц
(без АР), составивших группу контроля. Анализ тре-
воги и депрессии проводили с помощью шкалы тре-
вожности Бека и шкалы депрессии Бека II. Тревожные
состояния были характерны для 45,9% пациентов с АР,
а 38,7% пациентов страдали депрессией. У здоровых
лиц эти показатели составили 10,4% (р < 0,001) и 16,6%
(р = 0,0003) соответственно. Депрессия и тревожность
чаще встречались у женщин, чем у мужчин. По ре-
зультатам анкетирования было выявлено, что в группе
пациентов с АР преобладала умеренная степень де-
прессии и тревожности. Частота развития депрессии
и тревожности не зависела от частоты и интенсивно-
сти симптомов АР [15].
В обзорной статье Y.K. Mou и соавт. (2022) рас-
сматривается корреляция между АР и депрессией [16].
По разным оценкам, у 20,6–38,7% пациентов с АР мо-
гут наблюдаться симптомы депрессии, а риск развития
у больных АР симптомов депрессии в 1,82 раза выше,
чем у здоровых лиц. Депрессия утяжеляет течение АР,
увеличивает социальные расходы на лечение таких па-
циентов. Больные АР, имеющие в качестве сопутству-
ющих заболеваний астму или синусит, показывают бо-
лее высокие баллы по шкале депрессии, чем пациенты
с ринитом без сопутствующих заболеваний. В качестве
факторов, которые могут приводить к психическимрасстройствам у данных пациентов, авторы называют
обеспокоенность пациентов длительным применением
глюкокортикостероидов в схемах лечения и побочными
эффектами некоторых препаратов (монтелукаст). Сле-
дует помнить, что депрессия – один из очень редких по-
бочных эффектов при приеме монтелукаста.
Иммуновоспалительный ответ может играть клю-
чевую роль в развитии депрессии у больных АР. Многие
исследователи предполагают, что периферические вос-
палительные сигналы или цитокины (например, интер-
лейкин (ИЛ) 1β, ИЛ-6, фактор некроза опухоли альфа
(ФНО-α), гранулоцитарно-макрофагальный колоние-
стимулирующий фактор, а также ИЛ-5, ИЛ-13 и ИЛ-4),
гиперэкспрессированные в слизистой носа при АР, мо-
гут проникать в центральную нервную систему (ЦНС)
через возможные «нейронные пути» (обонятельный
и тройничный нервы), «клеточные пути» и «гумораль-
ные пути», вызывая нейровоспаление, окислительный
стресс, нарушения в работе нейротрансмиттеров в моз-
ге и в конечном итоге приводя к депрессии. В 2016 г. ки-
тайские исследователи обнаружили, что у мышей с АР
во время непрерывного воздействия аллергена наблю-
далось поведение, подобное депрессии, которое было
связано с ингибированием нейронов дорсальной части
боковой перегородки, паравентрикулярного ядра и ак-
тивацией микроглии в поясной коре. После длительно-
го отсутствия контакта с аллергеном поведение мышей
возвращалось к норме [16].
В исследовании J. Rodrigues и соавт. (2022), изу-
чавших взаимосвязь между АР (его сезонностью, тяже-
стью и контролем) и наличием тревожности и депрес-
сии, приняли участие 115 пациентов с АР и 38 человек
без респираторных нарушений (контрольная груп-
па) [17]. У пациентов с АР зарегистрированы более вы-
сокие показатели тревожности и депрессии, чем у здо-
ровых людей. Плохой контроль над симптомами АР
был ассоциирован с бόльшим риском развития психо-
соматических расстройств и более высокими баллами
по шкале HADS, опросникам тревожности и депрессии
Бека. Опрос участников проводили с помощью теле-
фонных звонков, с каждым участником созванивались
дважды. По данным опросника HADS, у 27,8% участ-
ников с АР наблюдалась легкая тревожность, а у 4,3% –
выраженная тревожность. Схожие результаты были по-
лучены по данным опросника тревожности Бека (25,2%
пациентов с АР имели тревожность). О панических ата-
ках сообщили 9,6% участников с АР. Пациенты группы
АР также показали более высокие баллы тревожности
по данным опросников по сравнению с контрольной
группой. Отсутствие контроля над симптомами АР
также ассоциировалось с более высокой тревожностью
у пациентов. Сезонность АР существенно не влияла
на уровень тревоги. У пациентов со среднетяжелым
и тяжелым ринитом зарегистрирован более высокий
уровень тревожности, чем у пациентов с легким рини-том. Согласно опроснику HADS и опроснику тревожно-
сти Бека, депрессия легкой степени была у 36,5% участ-
ников с АР, тяжелая депрессия – у 2,6%, что превышало
показатели контрольной группы. Отсутствие контроля
над ринитом ассоциировалось с более высокими пока-
зателями депрессии по данным опросников. Связь де-
прессии с сезонностью АР была несущественной, одна-
ко у участников со среднетяжелым и тяжелым течением
АР отмечалась тенденция к более тяжелой депрессии.
Авторы исследования рассматривают четыре механиз-
ма связи между АР и психосоматическими расстрой-
ствами:
1) наличие хронического заболевания, которое
само по себе может влиять на психический ста-
тус пациентов, а также затруднение дыхания, ко-
торое увеличивает уровень тревоги у пациентов;
2) проникновение воспалительных цитокинов
через гематоэнцефалический барьер и активация
нейроиммунных механизмов. Некоторые цито-
кины, например ИЛ-2, часто обнаруживаемые
у пациентов с АР, могут индуцировать экспрес-
сию фермента ЦНС индоламина 2,3-диоксиге-
назы, который индуцирует выработку кинуре-
нина из триптофана. Таким образом, медиаторы
с нейротрансмиттерной функцией могут стиму-
лировать лимбическую систему во время аллер-
гического ответа, что считается возможным ме-
ханизмом связи тревожности/депрессии с АР;
3) расстройство сна, сопровождающее аллергиче-
ские заболевания, также считается фактором,
ведущим к тревожности и депрессии у паци-
ентов. Нарушение циркадных ритмов – один
из симптомов психических расстройств, вклю-
чая депрессию. Бессонница может повышать
уровень воспалительных цитокинов (например,
ИЛ-6, ФНО-α) путем активации симпатической
нервной системы;
4) генетическая предрасположенность одновремен-
но и к аллергическим заболеваниям, и к тревоге/депрессии,
однако данных литературы, под-
тверждающих данный механизм, очень мало [17].
В публикации J. John и соавт. (2023) приведены
результаты поперечного исследования N. Savery и со-
авт. с участием 250 пациентов с АР. Тяжесть АР опре-
деляли по его классификации и степени влияния на те-
чение астмы, оценку депрессии проводили с помощью
шкалы Гамильтона. Средний возраст участников соста-
вил 33 ± 2 года, распространенность депрессии – 88%,
причем в большинстве случаев (71%) по результатам
анкетирования у пациентов выявлена легкая степень
тяжести депрессии. Обнаружена значимая связь де-
прессии у пациентов с АР с возрастом, полом, куре-
нием, местом проживания, социально-экономическим
статусом и сопутствующими заболеваниями. Показано
также, что тяжесть АР напрямую связана с тяжестьюдепрессии. При сопоставлении степени тяжести АР
с наличием симптомов депрессии установлено наличие
депрессии у 94,4% пациентов со среднетяжелым и тя-
желым интермиттирующим АР, 100% с тяжелым перси-
стирующим ринитом, 87,9% с легким персистирующим
ринитом и только у 25% пациентов с легким интермит-
тирующим ринитом. Исследователи также сопостави-
ли тяжесть депрессии с тяжестью АР у обследуемых.
Выявлено, что легкая депрессия была у 16,7% пациен-
тов с легким интермиттирующим АР, 60,3% пациентов
с легким персистирующим АР, 86,7% больных со сред-
нетяжелым интермиттирующим АР, а также 76,9% боль-
ных с тяжелым персистирующим АР. Депрессия средней
степени тяжести выявлена у 29,3% пациентов с легким
персистирующим ринитом, у 6,7% – со среднетяжелым
интермиттирующим ринитом, у 19,2% – с тяжелым пер-
систирующим АР. Тяжелая депрессия выявлена у 2,2%
больных со среднетяжелым интермиттирующим рини-
том и у 2,6% – с тяжелым персистирующим АР [18].
В зонтичный обзор X. Xu и соавт. (2024) были
включены систематические обзоры и метаанализы,
в которых изучалась связь аллергических заболеваний
и психических расстройств [19]. Поиск публикаций
проводился по базам данных PubMed, Embase, Web
of Science, а также Кокрейновской базе данных систе-
матических обзоров вплоть до 30 апреля 2024 г. по сле-
дующим ключевым словам: аллергические заболевания,
психическое здоровье, метаанализ, систематический
обзор. Авторы выбрали 21 подходящую статью, в ко-
торой описано 37 наблюдений взаимосвязи между ал-
лергическими и психическими заболеваниями, с общим
количеством обследованных лиц 348 405 029. Достовер-
ность взаимосвязи была весьма убедительной в отно-
шении астмы и риска развития депрессии (отношение
шансов 1,64, доверительный интервал 1,50–1,78), астмы
и риска развития тревожности (отношение шансов 1,95,
доверительный интервал 1,68–2,26). Авторы пришли
к выводу, что аллергические заболевания связаны с по-
вышенным риском развития целого ряда психических
расстройств, а наиболее убедительные доказательства
данной взаимосвязи получены для БА [19].
В российском исследовании проводилось изуче-
ние уровня тревоги и депрессии у 30 пациентов с БА
в возрасте от 18 до 69 лет [20]. Для выявления клини-
чески выраженной тревоги/депрессии использовали
Госпитальную шкалу тревоги и депрессии (HADS), сте-
пень тяжести депрессии оценивали с помощью опро-
сника Бека. Субклиническая тревога по шкале HADS
выявлена у 1 пациента с интермиттирующей БА, 1 па-
циента с легкой персистирующей БА, 2 пациентов со
среднетяжелой астмой, сочетание субклинической тре-
воги и депрессии – у 1 пациента с интермиттирующей
БА и 1 пациента с легкой персистирующей БА. У 2 че-
ловек со среднетяжелой астмой отмечена субклиниче-
ская тревога в сочетании с депрессией легкой степени.По шкале Бека у пациентов с легкой персистирующей
и интермиттирующей астмой отклонений от нормаль-
ных показателей не было. У 1 пациента с тяжелой аст-
мой выявлена депрессия легкой степени с клинически
выраженной тревогой, у 1 – депрессия тяжелой степени
с клинически выраженной тревогой, у 1 – депрессия тя-
желой степени с субклинической тревогой, у 2 пациен-
тов отмечалась субклиническая тревога, у 1 – субкли-
ническая депрессия [20].
Частота встречаемости тревожности и депрессии
у детей с респираторными аллергическими
заболеваниями
Тревожные расстройства встречаются не только
у взрослых, но и у детей, страдающих БА. J.M. Feldman
и соавт. (2013) изучили влияние тревожности на пока-
затели функции внешнего дыхания, оценку дыхательной
функции самими пациентами и частоту использования
лекарственных препаратов [21]. В исследовании приня-
ли участие 97 детей в возрасте от 7 до 11 лет. Согласно
полученным данным, симптомы тревожности у детей,
больных БА, сочетались с увеличением использования
ингаляторов для купирования приступа бронхообструк-
ции, а также низкой самооценкой дыхательной функции.
Симптомы депрессии у детей сочетались с увеличенным
риском использования медикаментов [21].
Нарушения сна, которые наблюдаются у пациен-
тов с АР, также могут приводить к развитию депрессии.
По данным A.U. Amritwar и соавт. (2017), у 8% пациен-
тов с сезонным и 68% пациентов с круглогодичным АР
были нарушения сна. Диагноз АР, установленный в под-
ростковом возрасте, является предиктором выявления
депрессии или биполярного расстройства во взрослом
возрасте [22]. В исследовании среди финских близнецов
установлен потенциально общий генетический риск
между аллергическими заболеваниями и симптомами
депрессии [23].
В исследовании, проведенном в Швеции с участием
монозиготных и дизиготных близнецов одного
пола, изучалось наличие у детей и характер семейной
предрасположенности к сопутствующим атопиче-
ским заболеваниям и депрессии или тревожности [24].
Депрессию или тревожность оценивали с помощью
опросников SCARED (Скрининг эмоциональных рас-
стройств, связанных с тревогой у детей) и SMFQ (Крат-
кий опросник настроения и чувств). SCARED – это
опросник из 41 пункта, который используется для выяв-
ления генерализованного тревожного расстройства, па-
нического/соматического расстройства, страха разлуки,
социальной фобии и школьной фобии. Любой ребенок,
набравший больше порогового значения по любому
из 5 расстройств, считается страдающим тревожным
расстройством. SMFQ – это опросник из 13 пунктов,
и любой ребенок, набравший более 11 баллов по дан-
ному опроснику, считается страдающим депрессивнымрасстройством. Анализ результатов показал, что если
у одного из близнецов имелось хотя бы одно атопическое
заболевание, то второй близнец был подвержен
риску развития психических расстройств независимо
от наличия у него атопии. Ассоциации у монозиготных
близнецов были не выше, чем у дизиготных, это позво-
ляет предположить, что предрасположенность не явля-
ется генетической по своей природе [24].
В американском исследовании с участием
367 подростков изучались специфические взаимосвязи
депрессии и тревожного расстройства с БА, АР, атопи-
ческим дерматитом [25]. Психическое здоровье оцени-
валось в возрасте 7, 9, 11, 13 лет. Наличие атопических
заболеваний оценивалось в возрасте 13 лет со слов ро-
дителей. Результаты показывают, что среди атопических
заболеваний тревожность взаимосвязана с астмой и АР,
а наличие у одного пациента и астмы, и ринита усилива-
ет эту связь. Отсутствие связи с депрессией позволяет
предположить, что другие факторы могут способство-
вать различному проявлению тревожности и депрессии
при атопических заболеваниях [25].
В исследовании A.M. Мамедъярова и соавт. (2007)
у подростков в возрасте от 14 до 17 лет, страдающих
БА
средней степени тяжести в стадии обострения, зареги-
стрированы более высокие уровни депрессии, ситуа-
тивной и личностной тревожности по сравнению с кон-
трольной группой [26].
Т.В. Никитина и соавт. (2016) приводят резуль-
таты рисуночного теста, проведенного среди 17 детей
с БА в возрасте от 9 до 15 лет. У 69% обследованных об-
наружен повышенный уровень тревожности, а у 41% –
склонность к депрессивным состояниям [27].
Результаты исследования B. Cuffel и соавт. сви-
детельствуют о связи АР не только с более высокими
показателями депрессии и тревожного расстройства,
но и с бόльшими расходами здравоохранения на лече-
ние данных пациентов. Наличие депрессии или тревожности
у пациентов с АР увеличивало расходы на здра-
воохранение на 207 долларов в год при сочетании
ринита с тревожным расстройством и на 363 доллара
в год при сочетании ринита с депрессией [28].
Результаты и обсуждение
Мы провели обзор 25 работ, опубликованных
в период с 1999 по 2024 г., в которых рассматривает-
ся влияние аллергических заболеваний на депрессию
и тревожность. Частота встречаемости тревожности
при АР составляет, по разным данным, до 71,7%, де-
прессии – от 20,6 до 88%. Распространенность депрес-
сии и тревожности при БА достигает 41%.
Наличие тревожности и депрессии у пациентов
оценивалось с помощью соответствующих опросни-
ков и шкал. В четырех исследованиях оценку депрессии
проводили, используя шкалу депрессии Бека, в трех ра-
ботах оценивали тревожность и депрессию с помощью Госпитальной шкалы тревоги и депрессии (HADS).
В двух исследованиях авторы применили шкалу тре-
воги Спилбергера (шкала оценки уровня реактивной
и личностной тревожности – STAI). Шкалу тревожно-
сти Бека использовали также в двух работах. В одной
статье для анкетирования пациентов применяли симптоматический
опросник SCL-90. Шкала Гамильтона
использовалась для оценки депрессии также в одном
исследовании. Для оценки тревожности и депрессии
у детей различные авторы использовали рисуночный
тест, опросники SCARED (Скрининг эмоциональных
расстройств, связанных с тревогой у детей) и SMFQ
(Краткий опросник настроения и чувств).
Некоторые исследователи также рассматривали
возможность дополнения терапии пациентов с аллер-
гическими заболеваниями приемом антидепрессантов
при наличии у них показаний к применению данной
группы препаратов и пришли к выводу, что комплекс-
ная терапия АР с добавлением антидепрессантов спо-
собствует более выраженному улучшению назальных
и неназальных симптомов АР, чем фармакотерапия
только АР.
Авторы исследований приводят четыре возмож-
ных механизма взаимовлияния аллергических заболе-
ваний на депрессию и тревожные расстройства:
1) негативное влияние симптомов аллергического
респираторного заболевания на психическое со-
стояние пациентов;
2) проникновение воспалительных цитокинов
через гематоэнцефалический барьер и активация
нейроиммунных механизмов;
3) нарушения циркадных ритмов сна, ведущие к по-
вышению уровня воспалительных цитокинов пу-
тем активации симпатической нервной системы;
4) генетическая предрасположенность одновремен-
но к аллергическим заболеваниям и к тревоге/
депрессии.
Для установления точной причины, по которой
пациенты с респираторной аллергией могут отмечать
у себя тревожные расстройства и депрессию, требуется
проведение дальнейших исследований.
Заключение
Аллергические заболевания, такие как АР и БА,
и психические расстройства могут оказывать взаимное
влияние и утяжелять течение друг друга, в некоторых
случаях образуя порочный круг, при котором основ-
ное аллергическое заболевание провоцирует разви-
тие у пациентов тревожных расстройств и депрессии,
в свою очередь ухудшаютщих течение и качество жиз-
ни при аллергии. Следует не только лечить симптомы
АР и БА, но и уделять внимание психоэмоциональному
состоянию пациентов, страдающих аллергическими
заболеваниями, при необходимости корректировать
получаемую терапию с учетом этих сопутствующих
состояний. Врачи должны учитывать связь между ал-
лергией и психическим здоровьем пациентов и при не-
обходимости направлять их к соответствующим специ-
алистам. Адекватный и комплексный подход к лечению
астмы и ринита может значительно улучшить качество
жизни пациентов и сократить расходы на лечение.
Литература
1. Аллергический ринит. Клинические рекомендации
Министерства здравоохранения РФ. 2024. Доступно
по: https://cr.minzdrav.gov.ru/preview-cr/261_2
2. Бронхиальная астма. Клинические рекомендации
Российской ассоциации аллергологов и клинических
иммунологов, Российского респираторного общества,
Союза педиатров России, Ассоциации врачей и специ-
алистов медицины труда. 2024.
3. Белкина И.Н., Теплова С.Н. Показатели тревоги и де-
прессии у молодых пациентов с сезонным аллергиче-
ским ринитом. Российский аллергологический жур-
нал. 2008; 5: 25–28.
4. Vashadze Sh. Anxiety, depression, panic disorder and bronchial
asthma. Georgian Med. News. 2011; 11 (200): 63–67.
5. Usal Y.O., Tansuker H.D., Bakim B. et al. Psychiatric analysis
of treatment-resistant allergic rhinitis and evaluation of
the effects of antidepressant use. ENT Updates. 2017; 7 (1):
9–16.
6. Lv X., Xi L., Han D., Zhang L. Evaluation of the psychological
status in seasonal allergic rhinitis patients. ORL
J. Otorhinolaryngol. Relat. Spec. 2010; 72: 84–90.
7. Клименко В.А., Сивопляс-Романова А.С. Психические
нарушения у больных с бронхиальной астмой. Одыш-
ка и ассоциированные синдромы: Межрегиональный
сборник научных трудов под ред. В.Н. Абросимова.
Выпуск 5. Рязань: РязГМУ им. И.П. Павлова, 2014:
66–75.
8. Lu Y., Mak K.K., van Bever H.P. et al. Prevalence of anxiety
and depressive symptoms in adolescents with asthma:
a meta-analysis and meta-regression. Pediatr. Allergy Immunol.
2012; 23 (8): 707–715.
9. Lavoie K.L., Bacon S.L., Barone S. et al. What is worse
for asthma control and quality of life: depressive disorders,
anxiety disorders, or both? Chest. 2006; 130 (4):
1039–1047.
10. Feldman J.M., Siddique M.I., Morales E. et al. Psychiatric
disorders and asthma outcomes among high-risk inner city
patients. Psychosom. Med. 2005; 67 (6): 989–996.
11. Lavoie K.L., Boudreau M., Plourde A. et al. Association between
generalized anxiety disorder and asthma morbidity.
Psychosom. Med. 2011; 73 (6): 504–513.
12. Roxbury C.R., Qiu M., Shargorodsky J. et al. Association
between rhinitis and depression in United States adults.
J. Allergy Clin. Immunol. Pract. 2019; 7 (6): 2013–2020.
13. Шиленкова В.В., Лопатин А.С. Аллергический ринит
и качество жизни. Российская ринология. 2019; 27 (4):
215–223.
14. Kim D.H., Han K., Kim S.W. Relationship between allergic
rhinitis and mental health in the general Korean
adult population. Allergy Asthma Immunol. Res. 2016;
8 (1): 49–54.
15. Bedolla-Barajas M., Morales-Romero J., Pulido-Guillén N.A.
et al. Rhinitis as an associated factor for anxiety and depression
amongst adults. Braz. J. Otorhinolaryngol. 2017;
83 (4): 432–438.
16. Mou Y.K., Wang H.R., Zhang W.B. et al. Allergic rhinitis
and depression: profile and proposal. Front. Psychiatry.
2022; 12: 820497.
17. Rodrigues J., Pinto J.V., Alexandre P.L. et al. Allergic rhinitis
seasonality, severity, and disease control influence
anxiety and depression. Laryngoscope. 2023; 133 (6):
1321–1327.
18. John J., Savery N., Velayutham P. et al. Evaluation of a possible
association between severity of allergic rhinitis and
the level of depression in patients in a tertiary care hospital
in South India: a cross-sectional study. Cureus. 2023;
15 (5): e39809.
19. Xu X., Li S., Chen Y. et al. Association between allergic
diseases and mental health conditions: an umbrella review.
J. Allergy Clin. Immunol. 2025; 155 (3): 701–713.
20. Хакимова М.Р. Бронхиальная астма и депрессия. Сбор-
ник тезисов VII Международного молодежного науч-
ного медицинского форума «Белые цветы». Казань:
КГМУ, 2020: 82.
21. Feldman J.M., Steinberg D., Kutner H. et al. Perception of
pulmonary function and asthma control: the differential
role of child versus caregiver anxiety and depression. J. Pediatr.
Psychol. 2013; 38 (10): 1091–100.
22. Amritwar A.U., Lowry C.A., Brenner L.A. et al. Mental
health in allergic rhinitis: depression and suicidal behavior.
Curr. Treat. Options Allergy. 2017; 4 (1): 71–97.
23. Wamboldt M.Z., Hewitt J.K., Schmitz S. et al. Familial association
between allergic disorders and depression in adult
Finnish twins. Am. J. Med. Genet. 2000; 96 (2): 146–153.
24. Brew B.K., Lundholm C., Gong T. et al. The familial aggregation
of atopic diseases and depression or anxiety in
children. Clin. Exp. Allergy. 2018; 48 (6): 703–711.
25. Slattery M.J., Essex M.J. Specificity in the association of anxiety,
depression, and atopic disorders in a community sample
of adolescents. J. Psychiatr. Res. 2011; 45 (6): 788–795.
26. Мамедъяров А.М., Намазова-Баранова Л.С., Кузен-
кова Л.М. и др. Оценка роли психоэмоциональных
факторов в возникновении и течении бронхиальной
астмы у детей и подростков. Вопросы современной пе-
диатрии. 2007; 6 (3): 117–118.
27. Никитина Т.В., Матасова Ю.А., Козловская М.Л. Пси-
хосоматический характер бронхиальной астмы. Бюл-
летень медицинских интернет-конференций. 2016;
6 (6): 1261.
28. Cuffel B., Wamboldt M., Borish L. et al. Economic
consequences of comorbid depression, anxiety, and allergic
rhinitis. Psychosomatics. 1999; 40 (6): 491–496.
