ВОЗМОЖНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ РАСТИТЕЛЬНОГО КОМПЛЕКСА УРЕФРОН ПРИ МОЧЕКАМЕННОЙ БОЛЕЗНИ И ХРОНИЧЕСКОМ ЦИСТИТЕ

Корсун Е.В. Возможности применения растительного комплекса Урефрон при мочекаменной болезни и хроническом цистите. Фармакология & Фармакотерапия. 2026; 3: 32–41.
DOI 10.46393/27132129_2026_3_32–41

Роль фитотерапии в урологической практике Несмотря на значительные успехи в лечении и профилактике инфекций мочевыводящих путей (ИМП) и мочекаменной болезни (МКБ), эти заболевания остаются актуальной и социально значимой проблемой. Высокая вероятность рецидивов ИМТ и МКБ обусловливает целесообразность проведения долгосрочной профилактики, а также поиска новых подходов к лечению. МКБ сопровождает человечество на протяжении всей его истории. Эффективность препаратов растительного происхождения в лечении и профилактике ИМП и МКБ доказана их традиционным применением на протяжении многих лет. В памятниках медицинской письменности, в трудах врачей древности (Гиппократа, Плиния Старшего, Авла Цельса), средневековых врачей (Авиценны, Арнольда из Виллановы, Одо из Мена), врачей последующих эпох (Амирдовлата Амасиаци, Кальпеппера, Леклерка) мы встречаем описание симптомов и лечения заболеваний мочевыводящей системы в основном лекарственными растениями. В настоящее время разрабатываются и внедряются в современную медицину новые фитопрепараты на основе применявшихся в течение длительного времени традиционных растений. Фитопрепараты больше не считают препаратами «второго сорта» [1]. К числу растений, применяемых при ИМП и МКБ, относятся золотарник обыкновенный, толокнянка, хвощ полевой, горец птичий, любисток лекарственный, листья брусники, плоды клюквы, петрушка огородная и др. В европейской, в том числе российской, урологической практике на протяжении уже более 20 лет широко применяется комбинация листьев розмарина, травы золототысячника и корней любистока. Эта комбинация была разработана для лечения пациентов с острыми и хроническими ИМП и МКБ как эффективное дополнение к стандартной терапии и в ряде случаев – как средство монотерапии [3]. Каждое из растений, входящих в эту комбинацию, обладает уникальными лекарственными свойствами. Химический состав и лечебные свойства розмарина, золототысячника и любистока Розмарин лекарственный (Rosmarinus officinalis L.) – представитель семейства Губоцветные (Lamiaceae), произрастает в Средиземноморском регионе и с глубокой древности широко используется в кулинарии и медицине. В состав листьев розмарина входят 1,8-цинеол, α-пинен и β-пинен, камфен, борнеол, камфора, карнозол, а также полифенольные соединения – карнозиновая и розмариновая кислоты, флавоноиды (генкванин и лютеолин), сесквитерпены, горечи, сапонины, олеаноловая кислота, танины и др. Розмариновая кислота оказывает противовоспалительный эффект, модулирует продукцию факторов воспаления – фактора некроза опухоли бета, интерлейкина-6, ядерного фактора каппа-би (NF-κB), ингибирует IκB-киназу, синтез простагландина Е2. Карнозиновая кислота подавляет выработку медиаторов воспаления, ингибируя индуцируемую липополисахаридами продукцию оксида азота и фактора некроза опухоли альфа, а также экспрессию индуцируемой синтазы оксида азота и циклооксигеназы-2, фосфорилированного ингибитора каппа-би (P-IκB) и NF-κB/p65. Соединения, содержащиеся в эфирном масле розмарина, предотвращают сокращение гладких мышц, оказывая антагонистическое действие на кальций, подавляя стимуляцию ацетилхолина, гистамина и норадреналина [4]. Эфирные масла разрушают цитоплазматическую мембрану бактерий, расширяют сосуды почек, что способствует улучшению кровоснабжения почечного эпителия, а также влияют на функцию эпителия почечных канальцев. 1,8-Цинеол, камфора и α-пинен, содержащиеся в листьях розмарина, проявляют противогрибковую активность, подавляя рост Candida albicans и Fusarium sp. [5]. Дитерпены карнозол и розманол оказывают спазмолитическое действие. Карнозол обладает противовоспалительной и антиоксидантной активностью. Флавоноиды тормозят бактериальную гиалуронидазу и, таким образом, ограничивают распространение бактерий в тканях. Розмарин лекарственный оказывает обезболивающее, противовоспалительное, антиоксидантное, противоаллергическое, спазмолитическое, противогрибковое, противомикробное действие, нормализует микроциркуляцию, обладает фибринолитическими и антиоксидантными свойствами. Важной особенностью этого растения является способность изменять состав мочи, выводить из организма мочевину и мочевую кислоту. Ощелачивание мочи под действием розмарина актуально при лечении пациентов с МКБ при камнях из мочевой кислоты и на фоне пероральной литолитической терапии цитратными смесями. Показано, что экстракт R. officinalis L. эффективен в отношении мономикробных биопленок C. albicans, Staphylococcus aureus, Enterococcus faecalis, Streptococcus mutans и Pseudomonas aeruginosa, а также полимикробных биопленок, состоящих из C. albicans и каждой из перечисленных бактерий [6]. Экстракт розмарина оказывал сильное бактериостатическое действие на Escherichia coli, Klebsiella pneumoniae и Proteus mirabilis в концентрациях 1 или 10 мкг/мл [7]. Золототысячник обыкновенный (Centaurium erythraea Rafin.) семейства Горечавковые (Gentianaceae) традиционно применяется в медицине как нормализующее пищеварение, повышающее аппетит, противоглистное, противоаллергическое, противовоспалительное, гипохолестеринемическое средство. Трава золототысячника малого содержит секоиридоидные гликозиды (сверциамарин, генциопикрин, сверозид, центаприцин) и их эфиры; секоиридоидные алкалоиды (гентианин и гентианидин); ксантоны (эустомин и др.); фенолкарбоновые кислоты (п-кумаровая, О-гидроксифенилуксусная, феруловая, протокатехиновая, сирингиновая и др.); фитостеролы (β-ситостерин, стигмастерин, кампестерин и др.); кумарины (5-формил-2,3-дигидроизокумарин); флавоновые компоненты, антоцианы, жирные кислоты. Горечи и фенолкарбоновые кислоты золототысячника устраняют рефлекторные спазмы мочевых путей, улучшает кровоток в тканях почек и пассаж мочи. Секоиридоидные горечи обладают сосудорасширяющими свойствами наряду с положительным инотропным эффектом. Фенолкарбоновые кислоты при попадании в просвет почечных канальцев создают высокое осмотическое давление, что также снижает реабсорбцию воды и ионов натрия. Увеличение выведения воды происходит без нарушения ионного баланса (калийсберегающий эффект). Фенолкарбоновые кислоты ответственны за противовоспалительное, жаропонижающее действие. Эфиры гидроксикоричных кислот золототысячника, а именно п-кумаровой, феруловой и синапиновой, обладают антиоксидантными свойствами, выражающимися либо в способности нейтрализовать супероксидные радикалы, либо в неконкурентном ингибировании ксантиноксидазы. Антибактериальная активность наблюдалась у секоиридоидных гликозидов сверциамарина и сверозида; оба соединения подавляли рост Bacillus cereus, Bacillus subtilis, Citrobacter freundii и E. coli. Сверциамарин был активен также в отношении Proteus mirabilis и Serratia marcescens [8]. Экстракт травы золототысячника обладает антиоксидантными и гистопротекторными свойствами, что показано in vitro и in vivo на различных моделях окислительного стресса, оказывает подавляющее действие на C. albicans, Streptococcus mutans, Staphylococcus aureus, вызывает эндотелийзависимую вазодилатацию и предотвращают пролиферацию фибробластов, вызванную ангиотензином II, что может служить объяснением заявленного антигипертензивного эффекта [9]. Применение экстракта при лечении заболеваний мочевыводящей системы связано с противовоспалительным, антиоксидантным, жаропонижающим, диуретическим, противомикробным, обезболивающим, антигипертензивным, гепатопротекторным, сосудорасширяющим действием. Любисток лекарственный (Levisticum officinale Koch.) семейства Зонтичные (Umbellíferae) – многолетнее эфиромасличное травянистое растение. В состав корней и корневищ любистока входят фталиды (z-лигустилид, 3-бутилфталид, седанолид и др.), монотерпены (β-фелландрен 2%, α-пинен, карвакрол и др.), альдегиды (цитронеллаль), сложные эфиры терпена (α-терпенилацетат), сесквитерпены (α-селинен, δ-кадинен и др.), флавоноиды (кверцетин, апигенин и др.), полиацетилены (фалькаринол), алкалоиды (тетраметилпиразин), сапонины, кофейная, феруловая, изовалериановая, бензойная кислоты, кумарины (бергаптен, скополетин), дубильные вещества и др. Основными компонентами эфирного масла являются монотерпены и фталиды. Фталиды оказывают противовоспалительное действие, способствуют выведению кристаллов мочевой кислоты, обладают сильным антиадгезивным действием в отношении уропатогенной кишечной палочки, воздействуют на бактериальный белок, повреждая клеточные мембраны бактерий, подавляют аэробное дыхание этих микроорганизмов и уменьшают адгезию уропатогенной кишечной палочки к уротелиальным клеткам мочевого пузыря человека [10]. Фталид седанолид значительно снижает регуляцию генов фимбриального адгезина FimH и sfaG у бактерий после адгезии к кишечной стенке. FimH подавляет гуморальный иммунитет, основанный на выработке иммуноглобулинов; подавление генов FimH способствует восстановлению иммунного ответа в отношении кишечной палочки [11]. Фенольные соединения определяют противовоспалительную, антиоксидантную, обезболивающую и бактериостатическую активность растения, особенно в отношении грамположительных бактерий [12]. Лигустилид, бутилиденфталид оказывают неспецифическое спазмолитическое действие. Монотерпен α-пинен усиливает действие антибиотиков цефтазидима, амоксициллина, цефепима, цефокситина, амикацина на кишечную палочку [13]. Монотерпен β-фелландрен проявляет антибактериальную и противогрибковую (в отношении Candida) активность. Фуранокумарины являются биологически активными метаболитами с доказанным противовирусным, противоаллергическим, противодиабетическим и противовоспалительным потенциалом [14]. Экстракт корней и корневищ любистока оказывает противовоспалительное, антибактериальное и противогрибковое, спазмолитическое, обезболивающее, диуретическое, гепатопротекторное действие, способствует выведению мочевины, хлоридов, мочевой кислоты. Также показаны нейропротекторные (регулирующие нейрогенез, воспаление), антитромботические, ветрогонные, пребиотические свойства растения [15]. Активные вещества любистока потенцируют эффект антибактериальной терапии, не нарушая биоценоз кишечника. Хлорогеновая кислота и ее производные, содержащиеся в любистоке лекарственном, проявляют антиоксидантный, обезболивающий, антигипертензивный и пребиотический эффекты. Феруловая кислота и кумарин скополетин обладают мочегонными, урикозурическими свойствами, снижают синтез мочевой кислоты, являясь ингибиторами ксантиноксидазы. Клинические эффекты комбинации розмарина, золототысячника и любистока Клинические эффекты комбинации розмарина, золототысячника и любистока обусловлены сложной фармакодинамикой и включают спазмолитический, диуретический, антиоксидантный, противовоспалительный, нефропротекторный, цитопротекторный, антиапоптотический, иммуномодулирующий, антибактериальный, антиадгезивный, антиноцицептивный, литолитический, гипоурикемический, дезинтоксикационный эффекты. Необходимо упомянуть и другие фармакологические эффекты, наблюдаемые на фоне приема растительных препаратов на основе розмарина, травы золототысячника и корней любистока. К ним относятся гастро- и гепатопротекция, нейропротекция, уменьшение сосудистой проницаемости. Противовоспалительное действие фитопрепаратов на основе комбинации розмарина, золототысячника и любистока связано со способностью эфирных масел, полифенольных соединений – флавоноидов, фенолкарбоновых (фенольных) кислот, фталидов подавлять вызванную бактериями воспалительную передачу сигналов в уротелиальном эпителии, выработку различных провоспалительных медиаторов (простагландинов, лейкотриенов, фактора некроза опухоли альфа и др.). При исследовании молекулярных механизмов действия показано, что экстракты трав воздействуют на воспаление при ИМП главным образом через ось митоген-активируемая протеинкиназа p38 (p38 MAPK). MAPK-активируемая протеинкиназа 2 подавляет аутофосфорилирование S166 и ингибирует апоптоз и некроптоз в урогенитальной системе [16]. Антибактериальное и антиадгезивное действие комбинации листьев розмарина, травы золототысячника и корня любистока достигается за счет содержания в них таких веществ, как фенолкарболовые кислоты, эфирные масла и др., которые обладают антимикробным действием. Монотерпены, дитерпены и сесквитерпены эфиромасличных лекарственных растений снижают антибиотикорезистентность за счет ингибирования феномена эффлюкса (выведения антибиотиков из бактериальной клетки) и закупорки канала, образованного белками, входящими в структуру эффлюкс-насоса [17]. Кроме того, данный механизм может осуществляться полифенольными соединениями, способными напрямую связываться со структурными белками канала при помощи водородных и ионных связей, изменяя их конформацию и нарушая их функционирование. Флавоноиды, фенолкарбоновые кислоты угнетают персистивные свойства бактериальных возбудителей ИМП (антилизоцимную и антиинтерфероновую активность) [18]. Адгезия уропатогенных бактерий к уротелию мочевого пузыря при ИМП приводит к их внедрению в уротелий, запускает воспаление и развитие гиперактивности мочевого пузыря, что обусловливает учащенное мочеиспускание и боль. Адгезия является фактором патогенности бактерий и способствует образованию биопленок. Показатели адгезии выше у женщин, чем у мужчин, а также выше у пациентов старшей возрастной группы и у пациентов с острой ИМП [19]. Чем дольше ИМП остается неизлеченной, тем толще становится биопленка и тем сложнее будет в дальнейшем проникнуть через нее антимикробному препарату, даже максимально правильно выбранному [20]. По данным зарубежных авторов, в состоянии биопленки находятся до 70% микроорганизмов, поэтому так актуален поиск растений с антиадгезивными, антибиопленочными свойствами. Установлено, что фталиды золототысячника значительно снижают регуляцию генов фимбриального адгезина FimH и sfaG у бактерий после адгезии к кишечной стенке [11]. Это приводит к подавлению адгезии кишечной палочки, благодаря чему происходит ее выведение из мочевыводящих путей, уменьшаются воспаление и гиперактивность мочевого пузыря. Отмечена способность золототысячника подавлять адгезию бактериальных культур E. coli М17 и Staphylococcus aureus 193 к внутренней поверхности мочевых катетеров. Бактерии данных видов теряют способность развиваться в виде полноценных многослойных биопленок, разрушаются уже сформировавшиеся биопленки. Подавление развития биопленок является одним из подходов к преодолению антибиотикорезистентности [21]. Флавоноиды, фенолкарбоновые кислоты и эфирные масла листьев розмарина, травы золототысячника и корней любистока оказывают умеренное диуретическое действие за счет нормализации почечной гемодинамики, уменьшения спазма выносящей артериолы клубочков нефрона, улучшения перфузии канальцев, нормализации внутриклубочкового давления. Диуретическое действие при ИМП обеспечивает снижение реабсорбции и ионов натрия, при этом не сопровождается водно-электролитными нарушениями, способствует выведению бактерий и их токсинов. Эффект лейкоцитурии, наблюдаемый на 2-й и 5-й дни комбинированной терапии ИМП, объясняется мочегонным эффектом и приводит к клиренсу лейкоцитов из мочевыводящих путей [3]. Спазмолитический эффект обусловлен флавоноидами, фталидами любистока, эфирным маслом розмарина, фенолкарбоновыми кислотами. В исследовании О.В. Кисельниковой, Т.Г. Пуховой показано, что применение комбинации розмарина, золототысячника и любистока у детей с рецидивирующим пиелонефритом способствует улучшению кровоснабжения почек, тем самым обеспечивает увеличение концентрации антибактериальных препаратов в паренхиме почек и моче, потенцирует эффект антибактериальной терапии, позволяет сократить продолжительность курсов антимикробной противорецидивной терапии, снижает риск антибиотикорезистентности, сохраняет микробиоту кишечника [22]. Фитотерапия данными травами рекомендуется в начальной стадии воспалительного процесса, в случаях, если ИМП протекает в легкой форме, а также для профилактики рецидивов ИМТ и повторного камнеобразования. При выраженной симптоматике со стороны мочевыводящих путей фитотерапия комбинацией розмарина, золототысячника и любистока рекомендуется в качестве сопутствующего терапевтического средства в дополнение к антибиотикам. При лечении этими травами отмечаются более быстрое устранение симптомов и снижение риска развития рецидивов в дальнейшем. Минимальный риск нежелательных явлений позволяет назначать данную фитотерапию для лечения и профилактики ИМП пациентам групп риска: беременным, пациентам с расстройствами уродинамики/почечной гемодинамики, МКБ, иммунодефицитами, перенесшим урологические вмешательства, пациенткам с воспалительными заболеваниями органов малого таза и др. [2]. Клинические эффекты терапии ИМП комбинацией листьев розмарина, травы золототысячника и корней любистока, выявленные в клинических исследованиях, включают: • сокращение длительности курса антибиотикотерапии и снижение риска рецидивов при лечении острого неосложненного цистита [23]; • повышение эффективности противорецидивной терапии хронических рецидивирующих циститов у женщин в период пери- и постменопаузы в комбинации с нитрофуранами [24]; • эффективность лечения интерстициального цистита (в составе комплексной терапии) [25]; • сокращение сроков нормализации анализов мочи и регресс симптомов интоксикации у пациентов с инфекциями нижних и верхних мочевыводящих путей на фоне метаболического синдрома/сахарного диабета 2-го типа [26]; • уменьшение эпизодов реинфекций и сохранение длительной ремиссии ИМП у пациентов с сахарным диабетом и метаболическими нарушениями [26, 27]; • эффективность профилактики лучевых циститов при химиолучевой терапии рака шейки матки [28]; • эффективность профилактики инфекций нижних мочевыводящих путей после операции по установке мидуретральной петли – методики хирургического лечения недержания мочи у женщин [29]; • восстановление утраченной способности накопительной функции мочевого пузыря при гиперактивном мочевом пузыре, увеличение интервалов между мочеиспусканиями, снижение интенсивности или устранение императивных позывов, исчезновение недержания мочи [30]. В исследованиях продемонстрирован высокий профиль эффективности и безопасности комбинации листьев розмарина, травы золототысячника и корней любистока в монотерапии неосложненных ИМП. При необходимости возможно также применение комбинированной фитотерапии в комплексе с антибиотиком. Клинические эффекты терапии МКБ комбинацией листьев розмарина, травы золототысячника и корней любистока, такие как нефропротекторное, противоинфекционное, противовоспалительное, антигипоксическое, антиоксидантное, нормализующее рН мочи, спазмолитическое, активизирующее почечное кровообращение и уродинамику, обеспечивали следующие процессы: • ингибирование процесса патологической кристаллизации мочи [31]; • ускорение отхождения осколков конкрементов из мочевых путей после дистанционной ударноволновой литотрипсии [31]; • литолитический эффект, выражающийся в уменьшении размеров конкрементов, снижении концентрации мочевой кислоты у пациентов с впервые выявленными мелкими конкрементами почек [32]. Выделение органических фенолкарбоновых кислот и их глюкуронидированных и сульфатированных метаболитов с мочой приводит к изменению ее кислотности, что противодействует росту бактерий, развитию МКБ [24]. Эффективность лекарственных трав при МКБ обусловлена стабилизацией рН мочи на уровне 6,2–6,8 (препарат подщелачивает мочу, если она резко кислая), повышением образования защитных коллоидов в моче, усилением выведения кальция, магния (ингибитора камнеобразования) и солей мочевой кислоты, микроорганизмов и клеточного детрита с мочой, снижением гиперурикемии и уменьшением прогрессирования уратной нефропатии, спазмолитическим, противовоспалительным, антиадгезивным, нефропротекторным действием, улучшением внутрипочечной гемодинамики и уродинамики, коррекцией сопутствующих метаболических расстройств у пациентов с МКБ, уменьшением микропротеинурии. Комбинация травы золототысячника, корней любистока, листьев розмарина показала свою эффективность при оксалатном, уратном и фосфатном нефролитиазе. Особенностью фитолечения почечного литиаза комбинацией розмарина, любистока и золототысячника является необходимость проведения длительных циклов. Профилактика, лечение и метафилактика (предупреждение рецидивов) МКБ остаются актуальными проблемами современной медицины. По данным зарубежных исследований, согласно сложившейся мировой тенденции, у 7,8% людей имеются асимптоматические камни в мочевыводящих путях, которые в десятилетний период проявляют себя клинически у 20,5% [33]. Магния цитрат – ингибитор камнеобразования Современная фармакология подтвердила положительные свойства магния цитрата в отношении профилактики, консервативного лечения и метафилактики МКБ. Магний – один из важнейших микроэлементов, который специфически взаимодействует более чем с 700 белками организма и является кофактором ферментов [34]. Магний необходим для регуляции артериального давления, контроля уровня глюкозы в крови, синтеза ДНК и РНК, аэробного и анаэробного производства энергии – окислительного фосфорилирования и гликолиза, минерализации костей и др. Магнийсодержащие ферменты могут оказывать влияние на уровни электролитов (калия и кальция), цитрата и других метаболитов в моче. Дисбаланс магния и кальция в моче потенцирует камнеобразование в почках. Важным фактором камнеобразования в почках является расстройство кровообращения. Недостаточное потребление жидкости, расстройство уродинамики на фоне нефроангиопатии различного происхождения, сосудистые изменения, связанные с артериосклерозом и стрессом, запускают порочный круг, способствующий снижению диуреза, перенасыщению мочи солями в результате артериального спазма и венозного полнокровия. Нарушение кровообращения в паренхиме почек может привести к некрозу одного или нескольких сосочков (медуллярный или папиллярный некроз). Гипомагнеземия инициирует воспалительный, атерогенный и тромботический ответ в сосудистой системе. При почечной колике расстройства кровообращения в почке усугубляются – повышается давление в лоханках, нарушается венозный отток, нарастают ишемия почки и растяжение капсулы. Более высокое потребление магния при приеме пероральных добавок может снизить уровень артериального давления, что признано фактором риска заболеваний почек [35]. Дефицит магния – нередкое явление среди населения: за последние годы потребление магния снизилось, особенно в западных странах. Гипомагнезиурия наряду с гиперкальциурией обнаруживаются примерно у трети пациентов с почечными камнями, так как дисбаланс магния и кальция в моче потенцирует камнеобразование. Коррекция органическими солями магния (магния цитрат) способствует снижению риска камнеобразования. При длительной заместительной терапии магнием (200–600 мг солей в сутки) доля рецидивов камнеобразования у пациентов с оксалатными камнями снижается до 90%. Магний увеличивает растворимость оксалата кальция и препятствует осаждению фосфата кальция и оксалата кальция. В эксперименте ионы магния замедляли кинетику образования моногидрата оксалата кальция, подавляя стадию нуклеации [35]. Магний конкурирует с кальцием за связывание оксалатов как в кишечнике, так и в моче, соотношение Mg/Ca в моче используется для оценки риска камнеобразования [36]. По данным B.F. Schwartz и соавт., рецидив камней встречается несколько чаще в группе пациентов с гипомагниемией. Установлено, что процент пациентов с мочеиспусканием менее 1 л мочи в сутки значительно выше в группе с гипомагниемией [37]. Следует отметить влияние ионов магния на экспрессию в тканях почек генов остеопонтина, рецептора холецистокинина А. Экспрессия рецептора холецистокинина В повышается в ответ на нарушение функции почек. Белок остеопонтин может являться ингибитором образования камней в почках. В медицинской практике нашли применение различные соединения магния: оксид магния и карбонат магния (антациды при повышенной кислотности желудка), сульфат магния (гипотензивное действие), аспарагинат магния (коррекция электролитных нарушений), пидолат магния (коррекция дефицита магния). Магний в форме цитрата является наиболее изученным и хорошо усваиваемым органическим соединением. В исследовании C.A. Rodrigeus-Hesles и соавт. на примере ощелачивания мочи цитратом калия-магния показана его эффективность в растворении почечных камней мочевой кислоты. Применение цитрата калия-магния у пациентов с МКБ способствовало полному растворению камней. Результаты подтвердили, что алкализация мочи может успешно применяться в нехирургическом лечении камней мочевой кислоты разного размера с различной локализацией [41]. При смешанных оксалат-фосфатных камнях сочетают две стратегии: антиоксалатную (восстановление уровня магния в моче, применение цитрата и витамина В6, коррекция пищевого рациона с исключением продуктов, содержащих оксалаты) и антифосфатную (исключение гиперфосфатной диеты, подавление уреазопродуцирующих микроорганизмов, защелачивающих мочу и способствующих образованию струвитных конкрементов) [42]. Магний также препятствует образованию камней, содержащих алюминий, вытесняя избыток этого токсичного микроэлемента из организма. Это особенно актуально для пациентов, применяющих содержащие алюминий дезодоранты и косметику, употребляющих пиво из алюминиевых банок. Важным аспектом является коррекция калия-магния цитратом сопутствующих заболеваний. Как известно, сахарный диабет выступает фактором риска МКБ, что обусловлено обменными нарушениями и изменением кислотности мочи. Калия-магния цитрат эффективен для предотвращения гипергликемии, вызванной тиазидными диуретиками, при этом он значительно превосходит по эффективности раствор калия хлорида [43]. При метаболическом синдроме калия-магния цитрат оказывает гипотензивный эффект и приводит к снижению уровня гликозилированного гемоглобина [44]. Таким образом, магния цитрат помогает ощелачивать мочу (повышать pH), а в щелочной среде некоторые типы камней (в первую очередь уратные – из солей мочевой кислоты) становятся более растворимыми. Магния цитрат применяется в комбинированной терапии МКБ, усиливая литолитические эффекты лекарственных препаратов. В комплексной терапии МКБ магния цитрат может входить в цитратные смеси, например, использоваться совместно с цитратом калия. Наиболее часто магния цитрат применяется при уратных камнях. Дополнительно описаны эффекты при терапии некоторых смешанных камней (например, в составе которых есть и мочевая кислота, и оксалаты). Магния цитрат нашел применение не только для растворения конкрементов, но и для профилактики рецидивов после того, как камень успешно удалили. В настоящее время на российском фармацевтическом рынке представлен препарат Урефрон. Это оригинальная комбинация листьев розмарина, травы золототысячника и корней любистока, «усиленная» магния цитратом, который поддерживает соли в растворенном состоянии, благодаря чему дополнительно снижает возможность формирования конкрементов. Компоненты, входящие в состав фитотерапевтического комплекса Урефрон, способствуют подавлению патологической кристаллизации мочи, блокируют образование ядра кристаллизации – матрицы камня (белково-полисахаридной, микробной), препятствуют выпадению в мочевыводящих путях оксалатных, уратных и фосфатных кристаллов, росту имеющихся камней и формированию новых. Среди дополнительных эффектов компонентов в составе Урефрона отмечены растворение и самостоятельное отхождение мелких конкрементов почек. С учетом имеющихся данных фитопрепарат Урефрон представляет собой рационально обоснованную комбинированную форму растительных компонентов для применения при заболеваниях нижних мочевых путей и состояниях, связанных с риском камнеобразования. Дополнительное фармакологически значимое свойство Урефрона обусловлено включением в его состав магния цитрата. Показана способность цитратных солей повышать уровень цитрата в моче, связывать кальций и ингибировать кристаллизацию, что имеет значение при кальцийсодержащих конкрементах. Согласно результатам клинических исследований и систематических обзоров, цитратная терапия ассоциирована со снижением образования новых камней, стабилизацией существующих конкрементов и уменьшением потребности в повторных вмешательствах. Данные о клиническом применении магния цитрата также указывают на снижение экскреции оксалата и индекса перенасыщения мочи оксалатом кальция у пациентов с идиопатической гипероксалурией. Урефрон рекомендован взрослым по 2 таблетки 3 раза в день, во время еды. Продолжительность курса – 1–2 месяца.
Литература
1. Скнар В.А., Абоян И.А., Шированов К.А. Фитотерапия мочекаменной болезни. Под ред. И.А. Абояна. Ростов-на-Дону: Медконгресс, 2025. 304 с. 2. Корсун В.Ф., Корсун Е.В., Суворов А.П. Клиническая фитотерапия в урологии: руководство для врачей. М.: СИМК, 2011. 336 с. 3. Шатылко Т.В., Гамидов С.И., Попков В.М. и др. Эффективность комбинированных схем лечения инфекций мочевыводящих путей у женщин с применением растительного лекарственного средства Канефрон® Н. Урология. 2021; 6: 51–56. 4. Farhadi F., Baradaran Rahimi V., Mohamadi N., Askari V.R. Effects of rosmarinic acid, carnosic acid, rosmanol, carnosol, and ursolic acid on the pathogenesis of respiratory diseases. Biofactors. 2023; 49 (3): 478–501. 5. Shahina Z., Al Homsi R., Price J.D.W. et al. Rosemary essential oil and its components 1,8-cineole and α-pinene induce ROS-dependent lethality and ROS-independent virulence inhibition in Candida albicans. PLoS One. 2022; 17 (11): e0277097. 6. de Oliveira J.R., de Jesus D., Figueira L.W. et al. Biological activities of Rosmarinus officinalis L. (rosemary) extract as analyzed in microorganisms and cells. Exp. Biol. Med. (Maywood). 2017; 242 (6): 625–634. 7. Marcon J., Schubert S., Stief C.G., Magistro G. In vitro efficacy of phytotherapeutics suggested for prevention and therapy of urinary tract infections. Infection. 2019; 47 (6): 937–944. 8. Kumarasamy Y., Nahar L., Cox P.J. et al. Bioactivity of secoiridoid glycosides from Centaurium erythraea. Phytomedicine. 2003; 10 (4): 344–347. 9. Chda A., El Kabbaoui M., Fresco P. et al. Centaurium erythraea extracts exert vascular effects through endothelium- and fibroblast-dependent pathways. Planta Med. 2020; 86 (2): 121–131. 10. Сафина А.И. Эффективность и безопасность применения лекарственных растений в комплексной терапии острого пиелонефрита у детей раннего возраста. Медицинский совет. 2025; (19): 193–199. 11. Grube K., Spiegler V., Hensel A. Antiadhesive phthalides from Apium graveolens fruits against uropathogenic E. coli. J. Ethnopharmacol. 2019; 237: 300–306. 12. Spréa R.M., Fernandes Â., Calhelha R.C. et al. Chemical and bioactive characterization of the aromatic plant Levisticum officinale W.D.J. Koch: a comprehensive study. Food Funct. 2020; 11 (2): 1292–1303. 13. do Amaral F.L.E., Farias T.C., de Brito R.C. et al. Effect of the association and evaluation of the induction to adaptation of the (+)-α-pinene with commercial antimicrobials against strains of Escherichia coli. Curr. Top. Med. Chem. 2020; 20 (25): 2300–2307. 14. Olennikov D.N. Coumarins of Lovage roots (Levisticum officinale W.D.J. Koch): LC-MS profile, quantification, and stability during postharvest storage. Metabolites. 2022; 13 (1): 3. 15. Amraie E., Pouraboli I., Salehi H., Rajaei Z. Treadmill running and Levisticum officinale extract protect against LPS-induced memory deficits by modulating neurogenesis, neuroinflammation and oxidative stress. Metab. Brain Dis. 2023; 38 (3): 999–1011. 16. Milosevic M., Magnutzki A., Braun T. et al. Anti-inflammatory and cytoprotective polypharmacology of Canephron N reveals targeting of the IKK-NF-κB and p38-MK2-RIPK1 axes. Biomed. Pharmacother. 2025; 182: 117747. 17. Орлова Н.В. Антибиотикорезистентность и современная стратегия антибактериальной терапии. Медицинский совет. 2022; 16 (8): 89–97. 18. Буданова Е.В., Горленко К.Л., Киселев Г.Ю. Вторичные метаболиты растений: механизмы антибактериального действия и перспективы применения в фармакологии. Антибиотики и химиотерапия. 2019; 5–6: 69–76. 19. Дудченко Т.Ю., Алмаева С.А., Максимова В.Г. Адгезия как фактор патогенности Escherichia coli, изолированных из мочевыделительного тракта. Проблемы медицинской микологии. 2020; 3: 72. 20. Ильина Т.С., Романова Ю.М. Бактериальные биопленки: роль в хронических инфекционных процессах и поиск средств борьбы с ними. Молекулярная генетика, микробиология и вирусология. 2021; 39 (2): 14–24. 21. Капустина В.В. Микробиологический и электронно-микроскопический анализ деструктивных воздействий на бактериальные биопленки условно-патогенных микроорганизмов: дис. … канд. мед. наук. СПб., 2025. 147 с. 22. Кисельникова О.В., Пухова Т.Г. Возможности фитотерапии в лечении рецидивирующего пиелонефрита у детей. Педиатрическая фармакология. 2007; 3: 94–97. 23. Амдий Р.Э., Аль-Шукри С.Х., Кузьмин И.В. и др. Опыт применения канефрона при лечении острого неосложненного цистита у женщин. Урологические ведомости. 2016; 2: 17–22. 24. Попов А.И., Попова Т.А. Роль препарата Канефрон Н в потенцировании антимикробных свойств нитрофуранов при лечении хронического рецидивирующего цистита у женщин в постменопаузе. Международные обзоры: клиническая практика и здоровье. 2015; 6 (18 ): 88–92. 25. Перепанова Т.С., Хазан П.Л. Растительный препарат Канефрон® Н в лечении и профилактике инфекций мочевых путей. Врачебное сословие. 2005; 5: 44–46. 26. Фомин В.В. Инфекции мочевыводящих путей при сахарном диабете и метаболическом синдроме: возможности терапии комбинированным фитопрепаратом. Нефрология. 2013; 4: 53–56. 27. Цыганкова О.В., Тимощенко О.В., Апарцева Н.Е., Латынцева Л.Д. Отдаленные уросептические и метаболические эффекты лекарственного растительного препарата у женщин с сахарным диабетом 2-го типа, принимающих глифлозины. Терапевтический архив. 2024; 96 (4): 364–369. 28. Коротких Н.В., Мошуров И.П., Андреева О.В. и др. Практическая значимость использования препарата Канефрон Н для профилактики лучевых циститов у пациенток, получающих химиолучевую терапию. Онкоурология. 2023; 3: 126–132. 29. Rechberger E., Wróbel A., Kulik-Rechberger B. et al. Femistina versus Canephron as a prevention of urinary tract infections after midurethral sling surgery – non-inferiority study. Eur. J. Obstet. Gynecol. Reprod. Biol. 2022; 277: 71–76. 30. Пирогов В.А., Чебанов П.В. Гиперактивный мочевой пузырь: как бороться с этой проблемой? Medical Nature. 2021; (3). Аляев Ю.Г., Амосов А.В., Григорян В.А. и др. Возможности применения Канефрона® Н для лечения и профилактики мочекаменной болезни. РМЖ. 2007; 12: 1023. 32. Попов А.И., Попова Т.А. Роль фитопрепарата Канефрон Н в лечении пациентов с впервые выявленными мелкими конкрементами почек. Медицинские новости. 2012; 12: 99–101. 33. Аполихин О.И., Сивков А.В., Комарова В.А. и др. Заболеваемость мочекаменной болезнью в Российской Федерации (2005–2016 гг.). Экспериментальная и клиническая урология. 2018; 4: 4–14. 34. Torshin I.Y., Gromova O. Magnesium and pyridoxine. Fundamental studies and clinical practice. NY: Nova Science Publishers Inc, 2009. 196 p. 35. Ibis F., Yu T.W., Penha F.M. et al. Nucleation kinetics of calcium oxalate monohydrate as a function of pH, magnesium, and osteopontin concentration quantified with droplet microfluidics. Biomicrofluidics. 2021; 15 (6): 064103. 36. Пиццорно Дж.Е., Мюррей М.Т., Джойнер-Бей Х. Руководство по натуральной медицине. Пер. с англ. А.В. Погожевой. М.: Литтерра, 2022. 1032 с. 37. Schwartz B.F., Bruce J., Leslie S., Stoller M.L. Rethinking the role of urinary magnesium in calcium urolithiasis. J. Endourol. 2001; 15 (3): 233–235. 38. Taheri M., Jalali S., Borumandnia N. et al. Effect of magnesium oxide or citrate supplements on metabolic risk factors in kidney stone formers with idiopathic hyperoxaluria: a randomized clinical trial. Magnes. Res. 2024; 37 (1): 12–21. 39. Малхасян В.А., Семенякин И.В., Колонтарев К.Б. Метафилактика мочекаменной болезни: учебно-методическое пособие. М.: ГБУЗ «ГКБ им. С.И. Спасокукоцкого ДЗМ», 2021. 76 с. 40. Просянников М.Ю., Войтко Д.А., Анохин Н.В. и др. Комплексные средства для коррекции уровня рН мочи при метафилактике мочекаменной болезни. Экспериментальная и клиническая урология. 2024; 17 (2): 58–66. 41. Rodriguez-Hesles C.A., Alkhatatbeh H., Alonso Bartolomé M.B. et al. Urine alkalinization for dissolution of uric acid stones and treatment of other urological diseases with a treatment combining potassium magnesium citrate and theobromine. Arch. Ital. Urol. Androl. 2025; 97 (1): 13824. 42. Просянников М.Ю., Константинова О.В., Голованов С.А. и др. Роль щелочных цитратов в метафилактике мочекаменной болезни. Урология. 2022; 3: 19–25. 43. Vongpatanasin W., Giacona J.M., Pittman D. et al. Potassium magnesium citrate is superior to potassium chloride in reversing metabolic side effects of chlorthalidone. Hypertension. 2023; 80 (12): 2611–2620. 44. Afitska K., Clavel J., Kisters K. et al. Magnesium citrate supplementation decreased blood pressure and HbA1c in normomagnesemic subjects with metabolic syndrome: a 12-week, placebo-controlled, double-blinded pilot trial. Magnes. Res. 2021; 34 (3): 130–139.